Екатерина Красавина - Кофе с перцем

Надин была хмурой и серьезной. Она встретила Пашу сухим кивком головы, и он понял: надо срочно включить «фонтан».

— Привет! — он чмокнул ее в щеку. — Отлично выглядишь. Сегодня вычитал в газете классный анекдот. На злобу дня. Слушай! «Папа Карло вырезает из полена Буратино. „Де, де, де…“ — говорит полено. „Еще вырезать не успел, а он уже разговаривает!“ Вырезал, поставил на стол. Буратино как Даст папе Карло по шее! „Я же говорил тебе — депутат я, а ты кого вырезал?!“ — И Павел хихикнул.

Надин выразительно посмотрела на Пашу:

— Совсем не смешно. А потом, я политикой не интересуюсь. Ты же знаешь это.

— Да, конечно, — стушевался Паша. Надин была по-прежнему хмурой.

— Неприятности по работе? Кивок головой.

— Васин?

— Кто же еще!

— И почему сердится наш небожитель?

— Проект под угрозой срыва.

— Кастинг энд пробы стоят на месте? Оскудела талантами земля Российская?

— Павел! Мне не до твоих острот и анекдотов. В любой момент грядет реорганизация, и я окажусь на улице.

— Ты? Да никогда! — патетически воскликнул Паша. — Такая умная, красивая, со знанием двух языков! Английского и французского.

— Трех. Ты забыл еще испанский.

— Забыл! О горе мне, рабу презренному, — заголосил Паша. — Рабу нечестивому! Помилуй меня, о прекрасная владычица джиннов! О принцесса души моей, Надин ибн Кастинг! — И он упал на одно колено, театрально уронив голову на грудь. — Прими дар от твоего раба недостойного, — и он протянул ей бутылку красного вина.

Надин издала краткий смешок.

— Тебе надо у Васина сниматься. Устроил тут представление! Когда будем снимать сериал «Тысяча и одна ночь», я за тебя замолвлю словечко.

— А что, идея неплохая! Сериал получился бы клевый! С элементами детектива, эротики, мелодрамы, боевика. Отличный проект! Лучше, чем ваш «Придворный роман».

— Не порти мне настроение. Да что мы в коридоре стоим? Проходи!

— Спасибо за приглашение, Надин ибн Кастинг.

— Ладно, хватит дурачиться. Есть будешь?

— Из твоих рук… мне все покажется сладостным нектаром. Я голодный как волк. Зубами — щелк!

— Паша! Ты сегодня искришься как фейерверк. Что случилось? Ты выиграл в лотерею? Или на работе повысили?

— Да, повысили. — Паша вспомнил события сегодняшнего дня, и на душе слегка царапнуло. — Меня скоро сделают начальником отдела. По рекламе детских товаров. Памперсы, подгузники, мобили…

— Поздравляю!

— Спасибо.

— Я пойду пока на кухню. Ты располагайся тут. Оставшись один, Паша мгновенно скинул маску дурашливости и стал серьезным. Надо будет осторожно поспрашивать Надин о Марголиной. Но так, чтобы она ни о чем не догадалась. И сделать это будет трудно. Надин умна и проницательна. Так просто ее вокруг пальца не обведешь.

— Чуть бифштексы не пережарила. — Надин вошла в комнату с подносом, на котором стояли две тарелки и мисочка салата. — Потом еще кофе будет.

— М-м, какой аромат!

— Я поем по-быстрому. Работы навалом.

— Продолжение проекта?

— Да.

— Я тебе опять помогу. Можешь на меня рассчитывать. Я свою принцессу в беде не оставлю!

Спасибо. Я всегда знала, что на тебя можно положиться, — с легкой иронией сказала Надин. Она сидела на диване, поджав под себя ноги, отковыривала вилкой от бифштекса маленькие кусочки и отправляла их в рот. — Тебе понравилось женщин рассматривать? Процесс, конечно, увлекательный. Ничего не скажешь!

Это было минное поле, которое он должен был благополучно пройти. Паша перевел взгляд на торшер, стоявший в углу. Красивый, нежно-молочного оттенка абажур с бахромой по краям. Старомодный стиль, который опять вошел в моду. Кажется, это называется винтаж. Впрочем, новое — это всегда хорошо забытое старое.

— Ты о чем? Я просто хочу тебе помочь. Но и смотреть на симпатичные мордашки — тоже приятно. Особенно после тех физиономий, которые я лицезрею каждый день на работе. Одни и те же лица приедаются. — Паша старался говорить как можно убедительней и правдивей. — Да и смена занятий всегда полезна.

Надин посмотрела на него, но никак не отреагировала.

— Сейчас поедим и приступим. Открой вино, — сказала она.

— Сию минуту.

Когда вино было разлито, Паша поднял свой фужер и провозгласил:

— За тебя!

— Мерси!

— За то, чтобы ты стала первой в своем деле. И добилась всего, что пожелаешь.

— Хороший тост, — усмехнулась Надин.

— Ты не должна всю жизнь работать у Васина. Тебе надо выйти в самостоятельное плавание. Большому кораблю — большое плавание!

Рука у Надин дрогнула. Она поставила фужер обратно на столик.

— Я что-то сказал не так? — забеспокоился Паша.

— Нет. Все так. Просто я пока не могу никуда уйти.

— Почему не можешь?

— Потому, — с легким раздражением ответила Надин. — Ты же знаешь: я не люблю разговоров на эту тему.

— Прости, больше не буду.

— Ты каждый раз напоминаешь мне об этом.

— Как мне вымолить твое прощение?

— Никак. Давай работать.

Паша понял, что сегодня Надин не расположена к любовным играм. И решил не настаивать на этом.

— Я готов. Весь в твоем распоряжении. Только сбегаю за ноутбуком.

Вернувшись через десять минут к Надин, Паша застал ее в разгар работы.

— Бери верхний диск, — скомандовала она. Паша сел на пол, включил компьютер и принялся просматривать фотографии претенденток.

Круглое лицо с наивными глазами-пуговками. Пухлые губки, сложенные бантиком. Блондинка в ореоле кудрявых волос. Милый барашек, мечтающий о славе Мэрилин Монро. Слишком примитивный тип.

Роковая брюнетка. Худое лицо. Пронзительный взгляд. Надменный вид. Острые скулы. Стервозность так и прет. К тому же — крупный нос, бросающийся в глаза.

Шатенка восточного типа. Мягкий овал лица, чувственные губы, большие глаза. Сонный взгляд. Как будто бы ее только что разбудили после зимней спячки. Все при ней, но выразительности — ни грамма. Через секунду не вспомнишь, кто это такая.

Паша вдруг поймал себя на мысли, что почувствовал некий азарт. Интерес игры. Ему надо было найти неведомую жемчужину среди хлама и мусора. Отыскать ее, увидеть, разглядеть. Это было намного увлекательней, чем сочинять рекламные тексты о детских подгузниках или ночных горшках…

Рыжий бесенок. Мила до невозможности. Тип задорного сорванца. Но на главную роль в историческом сериале… Не тот типаж.

Волосы цвета темного шоколада. И голубые глаза. Красивое сочетание. Лицо простовато, но выразительная форма губ. И твердый взгляд с легкой усмешкой. Некий аристократизм.

Неужели нашел? Паша почувствовал радостное возбуждение.

— Надин! — крикнул он.

— Ау!