Дж. М. Дарховер - Вечно

– С чего ты это взял? – спросила Селия, поднимаясь на ноги. Как и в любое другое утро, она подошла к кровати и поцеловала Коррадо в лоб.

– Это всем известно, – ответил Винсент. – Если ты продолжишь в том же духе, то окажешься этажом ниже с диагнозом истощения.

Селия отмахнулась от своего брата.

– Не глупи, Винсент. Я поеду домой тогда, когда сможет он.

У Винсента защемило в груди, пока он наблюдал за тем, как его сестра заботится о своем муже, заботливо приглаживая его волосы и поправляя его больничную одежду.

– Вдруг этого не случится?

Плечи Селии напряглись.

– Не говори так.

– Ты должна учитывать вероятность того, что он может не очнуться.

В темных глазах Селии вспыхнул гнев.

– Он очнется.

– Да, но… что, если нет? – спросил Винсент. – Коррадо не захотел бы вот так разлеживаться. Он не захотел бы того, чтобы за ним ухаживали.

– Он захотел бы жить, и он будет жить. Он становится сильнее с каждым днем.

Несмотря на непоколебимую уверенность своей сестры, Винсент знал достаточно для того, чтобы слепо поверить ее словам.

– Чем дольше он находится в коме, тем меньше шансов на то, что он…

– Я знаю, – перебила его Селия. – Я слышала докторов, но они не знают Коррадо так, как знаю его я. Он справится.

– Что дает тебе такую уверенность?

– Его обещание. Когда он покинул дом, он сказал, что вернется ко мне. Коррадо умеет держать слово.

* * *

Проснувшись, Хейвен прищурилась от яркого утреннего света, лившегося в комнату через окно. Вздохнув, она отвернулась от солнечного света и наткнулась на лежавшего рядом с ней Кармина. Он спал, его грудь размеренно поднималась и опускалась. Его правая рука была перемотана эластичным бинтом, начиная от пальцев и до самого локтя.

Стиснув зубы, дабы сдержать рвущийся наружу возглас, Хейвен перевернулась на бок. Из ее вены выскользнула игла капельницы, когда она потянулась к Кармину. Замешкавшись в нескольких дюймах от его лица из-за нежелания его будить, Хейвен все же провела кончиками пальцев по переносице Кармина, отметив появившуюся на ней шишку, которой не было ранее. Хейвен не понаслышке знала, в результате чего появляются подобные вещи.

Погладив его по лицу, она запустила пальцы в волосы Кармина, вновь знакомясь с его чертами. Зашевелившись, он пробормотал нечто неразборчивое и открыл глаза. Отшатнувшись, он едва не упал с кровати. Хейвен поспешно отдернула руку.

– Ты проснулась! – воскликнул Кармин. Хейвен широко улыбнулась, услышав его голос. Она постаралась совладать с эмоциями, однако они оказались сильнее нее. Кармин стер слезы, покатившиеся по ее щекам. – Ты в порядке? Что-нибудь болит? Черт, что я несу? Разумеется, у тебя все болит!

– Всё нормально.

– Нет, это не так, – возразил Кармин. – Тебе больно, tesoro. Ты хоть представляешь, как сильно ты меня напугала? Я думал, что потерял тебя! Когда я очнулся в машине и увидел, что тебя нет рядом, мне показалось, что моя жизнь кончена. Но я поклялся, что не сдамся, и не я не сдался. Я не допускал даже мысли о жизни без тебя.

– Я жива, – сказала Хейвен сквозь слезы.

– Да, но…

– Никаких «но», – перебила она. – Я тоже думала, что потеряла тебя. Я умоляла их оставить тебя в покое после аварии.

– Ты умоляла их?

– Они собирались убить тебя, – ответила Хейвен срывающимся голосом, вспоминая пережитое. – Я пообещала им, что поеду с ним, что с не стану сопротивляться, если они сохранят тебе жизнь. Я бы все отдала ради этого.

– Ты пожертвовала бы собой ради меня? – спросил Кармин, смотря на Хейвен со всей серьезностью. – Ты бы отдала свою жизнь взамен моей?

– Да. Разве ты не поступил бы так же?

– Ты же знаешь, что поступил бы.

Кармин попытался обнять ее, однако сделать это было непросто, учитывая их травмы. Охнув, они оба поморщились от боли. Перевязанная рука мешала Кармину обнять Хейвен должным образом.

– Твоя рука… – сказала Хейвен, уткнувшись носом в грудь Кармина.

– Пуля задела кость, поэтому им пришлось перебинтовать руку.

Хейвен напряглась.

– Пуля?

– Да. Ничего страшного, пустяки.

– Ничего страшного? В тебя стреляли!

– Да, Нунцио.

– Боже, где он?

– Расслабься, он мертв, – заверил ее Кармин. – Он и все остальные.

– Они мертвы? – Кармин кивнул. – Все? – очередной кивок. – А ты – нет?

Кармин улыбнулся, услышав ее вопрос.

– С утра был жив, – ответил он, потянувшись за ее рукой и прижав ее к своему сердцу. – Кажется, оно бьется.

– Так и есть, – Хейвен улыбнулась, смотря в глаза Кармина – в глаза, которые она боялась никогда больше не увидеть. – Мне так тебя не хватало.

– Mi sei mancata, – ответил Кармин. – Я так рад, что ты пришла в сознание.

– Где ты был ночью?

– У меня возникло одно дело, – ответил Кармин, помедлив.

– Какое?

– В данный момент это не имеет большого значения.

– Твой отец сказал мне ровно то же самое.

– Значит, ты уже получила ответ. Пожалуй, нам следует к нему прислушаться.

– Ты же бунтарь. С каких пор ты его слушаешься? – спросила Хейвен, с удивлением смотря на Кармина.

– Я никогда не слушался его раньше и посмотри, к чему это нас привело, tesoro. Полагаю, пора к нему прислушаться – похоже, он хорошо понимает то, о чем говорит, – ответил Кармин, делая паузу. – По крайней мере, иногда. В остальных случаях я, как и прежде, уверен в том, что он ни черта не смыслит.

Хейвен рассмеялась, выслушав его ответ. Лежа в тишине, и обнимая Кармина, она попыталась систематизировать мысли, беспорядочно витавшие у нее в голове. Однако сделать это было нелегко в силу крайней обрывочности сохранившихся воспоминаний и странной напряженности, воцарившейся в комнате.

– Всё хорошо?

– Да, а что? – спросил Кармин.

– Не знаю. Я просто переживала…

– Прекрати переживать, – сказал Кармин строго. – Ты должна сосредоточиться на выздоровлении.

– Ты снова говоришь, как отец, – заметила Хейвен, чувствуя, что пространные ответы Кармина нисколько не ослабляли ее страхов.

– Видимо, я похож на него куда больше, чем мы думали.

– Ты совершенно не такой, – возразила Хейвен. – Ты никогда не будешь таким, как он.

– Я не был бы в этом так уверен.

Хейвен с замешательством посмотрела на Кармина, не поняв, что именно он имел в виду, однако их беседу прервал раздавшийся стук в дверь.

– Легок на помине, – воскликнул Кармин.

– Некрасиво судачить о других людях, – сказал доктор ДеМарко, заходя в комнату.

– Все, что я говорю за твоей спиной, я смогу сказать тебе в лицо.