Разведи меня - Инга Максимовская

в омут с головой. Он холодный и расчетливый. Что будет, если он случайно раскроет наш маленький секрет?

– Так сделай так, чтобы этого не произошло, куколка. И побольше энтузиазма. Мой муж любит поострее. Я жду результата. У тебя неделя. Кстати, Алевтина Петровна тебе привет передавала. Милая старушка, но невнимательная. Очень будет жаль, если она под машину попадет, правда? Ты меня поняла?

Конечно я все поняла, кроме одного – что вообще со мной происходит. Этот мужчина от чего-то совсем не вызывает у меня отвращения, и этот факт меня озадачивает и немного пугает. Трубку бросаю в сумку. Демьянов не соврал, я получила новый аппарат через час после того, как он уехал. Очень дорогой телефон мне доставил курьер. И в квартире проклятой съемной сразу стало слишком просторно, как только за моим боссом закрылась дверь. Слишком просторно и глухо, словно в склепе.

На работу. Мне пора на работу. А я сижу, как пришибленная, пялюсь в стену, заклеенную отвратительными обоями и пытаюсь не чувствовать запаха мужчины, которым пропиталось пространство, и от которого голова кружится. Это точно от аромата мускуса и зверя, а не с похмелья.

Пиджак цвета пожара, блузка с бантом на груди, в которой я становлюсь похожа на пуделя Артемона, юбка карандаш, туфли, подаренные мне моим новым боссом. Из зеркала на меня смотрит городская сумасшедшая, ликом похожая на перезрелый помидор. Волосенки встопорщенные стоят дыбом. Хоть я и извела на свою шевелюру пол упаковки воска.

– Красотка, – бубню себе под нос, рыская по прихожей в поисках зонта трости. На улице начинает накрапывать, и если я еще и промокну, то сходство с Артемоном станет совсем уж неприличным. Мои волосы от соприкосновения с влагой становятся похожи на металлическую кудрявую стружку. Страшное зрелище, не распрямляемое никакими «утюжками». Даже керамика об них стирается. Демьянова я смогу завалить в таком виде, только если вырублю его до комы. Помаду забыла. Вот так. Пару мазков розовой дешевой губнушкой. Странно, ни фига не накрасилось. Дрянь, а не помада. Откуда она у меня? Не помню.

На улицу я вываливаюсь только через полчаса. Опаздываю я катастрофически, и наверняка получу по шапке от злого начальника, таскавшего меня всю ночь на ручках и не выспавшегося. Какой кошмар. Дождь уже не накрапывает, а льет как из ведра. Я даже борюсь с желанием вызвать такси. Хорошо хоть погода сегодня нелетная, и бабок нет на посту. А то бы…

– Аргентина Дмитриевна…

Вздрагиваю, когда прямо передо мной, из ледяных струй, выступает огромная фигура, затянутая в костюм. Один из охранников Демьянова, переминается с ноги на ногу, кажется не обращая внимания на то, что уже промок насквозь. И взглядом меня щупает, словно рентгеном. Неприятно пахнет опасностью.

– Иван Ильич приказал вас привезти в офис. Только сначала заедем в одно место. Там у шефа встреча важная.

– Не стоило утруждаться, я и сама прекрасно доберусь, не будем отвлекать начальника от переговоров. Люблю гулять под дождем. Да и кроме того, тут идти то всего ничего, – мужские пальцы впиваются мне в локоть, предвосхищая мою попытку сделать ноги.

– Ничего, Аргентина Дмитриевна, меня не затруднило. Я же на работе, приказы выполняю. Поедемте, босс не любит ждать. Это вам на будущее совет. Опоздавших он наказывает, – ухмыляется держиморда. А я судорожно пытаюсь понять, что же меня за сюрприз ожидает. Судя по всему он не очень приятный и возможно болезненный. Черт, вот я влипла. Куда ни кинь, везде клин.

– Неужели батогами бьет?

– Я не знаю, не проверял, – забавляется охранник. Ну что ж, веселье. Так веселье.

– Мне переодеться нужно, наверное. Обычно так куртуазно приглашают в гости.

– Вы и так прекрасны, аж неможно глаз отвесть. Босс в восторге будет, – что же так веселит этого бегемота, что он аж хрюкает? Я как коза на веревке иду в машину, подчиняясь силе, наверняка на убой. Неужели вспомнил меня хищник?

– Что ты себе позволяешь? – шиплю, когда меня этот нахальный нукер подталкивает в машину. Оступаюсь, нога привычно подламывается. Зонт выпадает из руки. Что-то трещит очень подозрительно. Но мне сейчас интересно совсем не то, что происходит в данный момент. Мне страшно.

Глава 21

Демьянов

– Как сквозь землю эта сука провалилась. Канула просто, – Леснов сегодня на себя не похож. Одет неряшливо, под глазами мешки. Жена его здорово ощипала при помощи наемной девки. Я весь город уже перелопатил. Хрен там плавал. Баба просто фанттом.

– Как ее звали, говоришь? – делаю большой глоток коньяка из подогретого как положено, снифтера.

– Тина. Так эта чертова шлюха представилась.

– А полное имя, как думаешь? Может быть от «Аргентины»

– Думаю, что это вообще вымышленное имя. Тина, Кристина, Мартина. Да хер ее знает. На самом деле она какая-нибудь Наташа с Уралмаша, мать ее. И я, сука, повелся как сопляк. Найду, урою. Будет в ногах валяться, мразь, вымаливать пощады. Я ее… – сжимает толстые пальцы в кулак Леснов. Становится неприятно, и от чего-то очень злит меня этот его жест.

Я не слушаю злобный поток мыслей Игорька, мне интересно сейчас совсем другое. Замираю в ожидании, гипнотизирую взглядом дверь в этот омерзительно-пафосный гурманский рай. Устрицы, лежащие на серебряном блюде ничего кроме отвращения и тошноты не вызывают. Знать дела то у Игоряши не так уж и плохи, раз он обедает шампанским и гадами. Жутко хочется гребаной «котлеты с пюрешкой и подливкой как в садике». А ведь я, кажется, вспомнил, где видел эти глазища нахальные и чертовы губы. Смешно. И что я буду делать, если окажусь прав? Тина, мать ее фантазерку так. Одно я знаю точно, Леснов не дотронется и пальцем своим жирным до чертовки. Затруднительно ему будет стирать ее в порошок, если я даже все таки прав. Она моя. Я из нее душу вытрясу сам сначала.

Дверь открывается неожиданно. Я отвлекся на беснующегося приятеля, и проследил появление Жоры и моей новой помощницы. Что-то странное мне кажется в ее походке, идет покачиваясь, и я не могу взгляда отвести от этой странной женщины, одетой словно веселый зубодробительный клоун. У меня аж голова звенит от цвета ее пиджака, явно мне на зло купленного. И бант этот на груди. Идет Аргентина Дмитриевна нетвердой походкой испуганной женщины. Хотя, может я уже накрутил себя и фантазирую. Ну какая из этой дурнушки женщина вамп, способная свести с ума зажравшегося Леснова, не считающего женщин за людей вообще. Он их зовет мясом. Морщусь от омерзения. В глаз раскаленным штырем впивается мигрень. Чушь. Я идиот и затеял глупость. Ну хоть убежусь сейчас в том, что я дурак и буду спокойно дальше издеваться над несчастной клушей. Или она надо мной?

– Игорь, ты не против, если к нам ненадолго присоединится моя новая помощница? – он не против. Глаза загораются масляным интересом. Мутить меня начинает еще сильнее. Ничему не учит жизнь Игоряшу.

– А Ирка куда делась?

– Ушла в декрет, – черт. Очень хочется смазать моего дружка-приятеля по брылястой физиономии. Сграбастать в охапку Аргентину и просто уйти.

– В эксплуатацию вошла? – мерзко хохочет Леснов. А я не свожу взгляда с Аргентины, которая уже стоит совсем рядом. И я чувствую запах страха, яблока и опять этого чертового греха, чтоб его…

– Здравствуйте, – ее голос сиплый и писклявый заставляет мое сердце колотиться. А тело покрыться мурашками. Она не вамп, она… Сегодня выглядит еще более экзотично чем всегда. Губы странно распухли, и помада на них слишком яркая, цвета пожарной машины. Волосы вьются мелким бесом. Смешная и нелепая. Бант этот еще на ее груди…

– Демьянов, ты неподражаем, – хохот Леснова меня заставляет отвлечься от созерцания неземной красотищи. И слава богу. Потому что еще немного, и я точно отдуплю от какой-нибудь аневризмы, вызванной цветовыми вспышками. – Эта точно в декрет не уйдет, хитрец. Даже у меня не встал бы на такое чудо юдо. Где нарыл такую чунгу чангу?

– Леснов, держи себя в рамках приличия, – рычу я, глядя в наливающиеся слезами глаза моей помощницы. МОЕЙ, черт бы ее