Александра Авророва - Умом мужчину не понять

Лана захлюпала опухшим носом и хрипло выдавила:

— Я не понимаю, откуда там кровь… ведь Миша не убивал, правда?

Света как раз понимала, однако объяснить не имела права. Она дала Мишке слово и должна его держать, какой бы сволочью тот ни оказался и какой приятной женщиной ни оказалась вдруг Лана.

— Может, у Витьки все-таки шла кровь из носа, когда они подрались? — неожиданно осенило Свету. — Вот Мишка туда и наступил… в офисе, а не на квартире.

— В офисе, а не на квартире, — зачарованно повторила Лана. — Конечно! Почему я не сообразила сказать это ментам?

— Вряд ли они бы поверили. Да, положение аховое. Так Мишка признал, что был у Витьки?

— Он не был у Вити. Просто в соседнем доме как раз оказался один из адресов… я имею в виду квартиру, которую можно снять. Миша подъехал туда, но понял, что это рядом с Витей, а рядом ему жить не захотелось. Вот и все. Но… понимаешь, так неудачно вышло… Этот Родионов сегодня в офисе допрашивал нас порознь… мы растерялись, и ему стало ясно, что мы вчера наврали… говорили, что ездили вместе, а на самом деле нет. Лучше бы мы сразу сказали правду! В результате менты перестали нам верить, и Мишу арестовали. Видеться с ним мне не разрешают. А тебе?

— Мне тоже. Так чего ты хочешь от меня, Лана?

— Не знаю, — вздохнула Лана. — Я схожу с ума, мне нужно понять, как быть. Наши замы… Лагунов и Дмитриев… они советуют упирать на состояние аффекта… то есть, что Миша убил в состоянии аффекта. Но я думаю, это неправильно, ведь он же не убивал! А они говорят, я делаю только хуже.

— Мне они говорят то же самое, — призналась Света.

— Да? И что ты решила?

— Пока ничего. Нужно найти настоящего убийцу, тогда все разрешится само собой. Если не Мишка, значит, убил кто-то другой, правильно?

Похоже, эта свежая мысль гостью поразила.

— Кто?

— В том-то и дело, что не знаю. Наверное, любовница. Слишком уж их было у Витьки много, я всегда говорила, что рано или поздно он допрыгается. Попалась ревнивая, обнаружила соперницу и…

— И убила его, а не ее? Сомнительно.

Света и сама вчера приводила тот же аргумент, но теперь упрямо заявила:

— Ведь ради кого-то он брал у Мишки ружье! Хотел поразить своей мужественностью новую любовницу, так?

— Да уж, — с ненавистью произнесла Лана, — чтобы показаться мужественным, ему точно требовалось ружье, да и то не помогло бы.

Света удивленно подняла глаза, и собеседница тут же спохватилась:

— Прости, он ведь мертв, и о нем надо отзываться хорошо. Но, Света! Если мы будем врать друг другу, то никогда ни в чем не разберемся. Да пропади они пропадом, хорошие манеры, если из-за них Мише придется сидеть в тюрьме! Я буду говорить, как есть. В «Интермаге» каждому ясно, что Миша олицетворяет мужское начало, а Витя женское. Нет, он, разумеется, не гомосексуалист, речь тут не о сексуальной ориентации, а скорее о душевном складе. Миша… это медведь. Сильный, мужественный, спокойный, простодушный. За ним, как за каменной стеной, а его слово нерушимо.

Вообще-то за последнюю пару дней иллюзии Светы по данному поводу полностью развеялись, однако она кивнула. Мнение Ланы полностью совпадало с тем, что сама она чувствовала всего неделю назад.

— А Витя… Витя — змея, — сузив глаза и глядя вдаль, без обиняков заявила Лана. — Красивая, гибкая, слабая, хитрая и ядовитая. Миша считал его своим другом… я всегда думала, что он ошибается, но не могла этого доказать. А теперь могу. На друзей не собирают компромат. Представь, Света… Миша организовал «Интермаг», придумал все, пробил, обустроил, нашел нас… и, в частности, Витю. Как юрист, впрочем, Витя идеален. Миша вообще умеет подбирать персонал, это его сильная сторона. Он сделал Витю своим компаньоном, а тот потихоньку стал тянуть одеяло на себя. Да, конечно, Миша… он требовался фирме в сложный начальный период, в период становления, а потом все потекло само собой, и роль Вити стала куда важнее… но поначалу-то было наоборот, да и вообще, кто знает, что ждет впереди! А Витя, как кукушонок, решил выбросить хозяина из гнезда. Нет ничего хуже неблагодарности. Неблагодарности и предательства. Вот Витя — он такой и есть. Делая вид, что он Мише лучший друг, втихаря собирал на него компромат и хихикал за спиной. А потом, почувствовав свою силу, неожиданно поднял голову и укусил. Это случилось десять дней назад. Ты не представляешь, как это гнусно! Вчера вечером перед тобою один человек, а сегодня утром — совсем другой. Мы все просто опешили, когда Витя вдруг начал обращаться с Мишей, словно с… с… с глупым, никому не нужным, никчемным неудачником. Еще накануне держался почтительно, и вдруг как с цепи сорвался. А он просто-напросто заполучил все документы, какие были ему нужны, и мог дальше позволить себе не притворяться.

«Она по-настоящему любит Мишку, — в который раз подумала Света. — Ох, как плохо!» Было бы куда приятнее, окажись Лана банальной охотницей за богатыми мужиками.

— Значит, дней десять назад у Мишки и Витьки начались конфликты, так?

— Да. Их провоцировал Витя, а Миша… у него и впрямь были проблемы… ну, — Лана явно заколебалась, — прости… в личной жизни… мы любили друг друга, но не могли быть вместе, ему это было тяжело… и на работе тоже не все ладилось. Короче, Витя провоцировал, а Миша срывался. Я понимаю, откуда у Лагунова и Дмитриева эта идея про состояние аффекта. Но сорваться — одно, а убить — совсем другое.

— А ты знаешь Витькиных любовниц? — упорно гнула свое Света. — Раньше он часто приводил их к нам в гости, но потом я ему запретила.

— Почему?

— Я ему честно сказала… тебе, мол, хоть бы что, а я привыкаю к девушке, и мне потом ее жалко. Поэтому я не знаю его последних любовниц… помню только эту блондиночку с пикников… кто она, вроде программист?

— Раньше это назвали бы делопроизводитель, — усмехнулась Лана. — Нина Усова. Твои сведения устарели, ты давно не выезжала с нами за город. Он Нину бросил. Сперва она бегала за ним и рыдала, а сейчас вроде успокоилась.

— Ага! — обрадовалась Света. — И давно успокоилась?

— Трудно точно сказать, я же специально за этим не следила. Ты думаешь, это она? Погоди… итак, какое-то время назад Витя завел себе новую любовницу на стороне… в смысле, не на работе.

— А почему не на работе?

— Неужели ты думаешь, — вздернула брови Лана, — что кого-нибудь из наших девушек Витя сумел бы обмануть, предъявив чужое ружье? Все мы знаем, что он, как девица, боится выстрелов. Вот Миша, тот охотник, настоящий мужик, а Витя… нет, он нашел дурочку на стороне, можешь не сомневаться.

«Если, конечно, Мишка не обвел вокруг пальца нас обеих с этим своим ружьем, — прокомментировала про себя Света. — То есть если Витька и впрямь это ружье у него попросил, а не…» Что «не», она предпочла не додумывать.