Вероника Ульянова - Готический храм

Он прижимал ее к дереву, он чувствовал: вставший как никогда мощно член рвался наружу, Максим мучительно предвкушал почувствовать запретнейшее наслаждение, и тут он понял, что у него нет с собой презерватива. Засовывать свой прекрасный член – свою гордость, чистую, будто отлитую идеальную скульптуру женских мечтаний, засунуть его в эту блять, по-любому чем-нибудь больную, а даже если и не больную – момент упущен. Он хотел образ – будь на месте Кристины предварительно вымытая, связанная на большой шикарной кровати красотка со всеми справками – он бы трахал ее, наслаждаясь тем, как она скулит и плачет. Но он в парке с Кристиной – нет, это даже не он, все это… но нужно доиграть роль, иначе все будет зря.

– Я мог бы сделать с тобой все что угодно – но я не хочу тебя, грязная блядовая тварь. Передай брату: если он не прекратит, он сам знает что – то тебя изнасилует банда бывших зеков и наркоманов – для них ты будешь в самый раз.

Максим отшвырнул ее на землю, тут из него чуть не вырвалось «прости», и ему пришлось быстрее ретироваться, дабы не испортить ужасное впечатление, которое он вроде как произвел.

Девушка осталась лежать на земле, она была заплакана и скорее растеряна, чем напугана, она узнала Максима по голосу – все, кто жил на районе, знали его, лично или понаслышке, когда он еще учился в школе и закатывал обычные тусовки, на которых не продавались наркотики, а кто мог – приносил траву с собой – на этих тусовках побывали почти все… На самом деле Кристина хотела Максима, ну как и, наверное, большинство девушек. То, как она дрожала, и эти слезы, она сама не понимала насколько это было наиграно – как в истинной девушке в ней жила актриса, она отыгрывала свою ночную фантазию и дрожала от вожделения, а не от страха. Когда же Максим прекратил прижиматься к ней и оттолкнул, она непроизвольно вскрикнула от разочарования, которое Максим конечно же не распознал, она села и едва пересилила себя, чтобы не побежать за Максимом. Тогда она откинулась на подушку из травы и листьев, запустила руку под юбку и начала гладить себя между ног.

Максим после этого приключения долго мылся, постирал одежду, в которой был при шестидесяти градусах, отчего испортил футболку и выкинул ее.

Через пол часа после произошедшего Кристина пришла домой. Не здороваясь с Зеленым, с которым они вместе снимали квартиру, она хотела пойти в душ, чтобы еще пофантазировать о Максиме, раздирающем на ней одежду, но проходивший на кухню брат увидел ее растрёпанную и грязную с потекшей тушью.

– Что случилось?!

Зеленый схватил сестру и осмотрел.

– Кто сделал это с тобой?! – он заглянул озабоченно ей в глаза: – Что сделал?

Кристина подавила смешок, она была немного не в себе, она хотела сказать, что все в порядке, даже очень, но это тоже показалось ей забавным. Пока она пыталась ответить, Зеленый спросил еще раз, кто это сделал. Он усадил ее рядом с собой на маленьком кухонном диванчике. Она сказала еле слышно:

– Максим.

Зеленый в бешенстве вскочил и ударил кулаком в стену. Убедившись, что сестре и ему из-за руки после стены не надо в больницу, он отправил ее в душ, а сам побежал к Андрею.

***

Зеленый и Андрей встретились в помещении, арендованном для боев бомжей, в отдельной комнате, где считали деньги и проводились деловые встречи. Андрей сидел, понурив голову. Это было похоже на бред – Максим изнасиловал?! Ему все итак дают, Андрей скорее поверил бы, что изнасиловали Максима. Да и кого? Кристину?! Она не во вкусе его друга. Но Зеленый врать бы не стал. Неужели? Андрей знал, что Максим уходит во мрак, но не думал, что инициация произойдет настолько быстро. И ладно даже убийство – он пережил бы и, наверное, простил другу все – но изнасилование. Либо уже поздно и друга не спасти, либо нужно действовать быстро и жестко.

– Пора все рассказать твоему отцу.

– Нет, – Андрей ударил кулаком по столу, – Не смей.

– Тогда нужно разобраться с ним самим. Он перешел черту.

– Мы первые начали.

– Это уже неважно. Колесо завертелось. Если ты ничего не сделаешь – сделаю я.

– Что ты сделаешь?

– Что захочу, – едко.

– Нет, – веско, Андрей встал, – он мой друг.

– А я?

– Дай мне время – я придумаю, что делать. Пообещай, что не тронешь Максима, пока я не скажу. Главное: не говори отцу. Мы разберемся с ним сами.

– Ладно.

***

Максим тяготился по поводу того, что сделал – о Кристине. Ему нужно было поделиться с кем-то. Кроме Алины ему некому было рассказать. Капитану и Диме – было бы стыдно. Он пришел к ней в гости, с тех пор как здесь не стало отчима (Максим думал, что тот скончался по естественным причинам), Максим приходил с большим, чем раньше, удовольствием. Брат и сестра сидели на кухне, пили чай со сладостями. Наконец Максим вывалил с чем пришел:

– Я все думал, как разобраться с Зеленым, и чуть не сделал нечто совсем отвратное.

– Что? Ты можешь мне рассказать.

– Я чуть не изнасиловал девушку, его сестру.

– Но не изнасиловал же.

– Да, но чувствую себя все равно гнусно.

– Хочешь скажу кое-что от чего возможно полегчает?

– Попробуй.

– Я таки отравила отчима. Но он сразу не умер, полежал в коме, потом вернулся и после разговора со мной, доделал мною начатое – я дала ему яд, в итоге отравился он сам.

Максим застыл, сестра продолжала удивлять его, то приятно, то неприятно, но всегда пугающе. Вроде как бы ему нужно ее отчитать, но после его признания… С другой стороны – он же все-таки не сделал, а она сделала, но он не сделал незнакомому человеку, который лично ему не вредил, а она отчиму, который ее мучил. Это ужасно. Вся моя жизнь. То есть нет, не то чтобы, но я смертельно устал. Если бы не храм, послал бы все к чертям и уехал из страны. Максим поник головой и долго не разговаривал. Алина поставила в очередной раз чайник, он вскипел, и тут Максим спросил:

– А как ты достала яд?

Алина могла бы убедительно соврать, но подумала: Капитан говорил, что нет ничего, чтобы могло испортить его отношения с Максом, вот и посмотрим.

Пока она рассуждала, Максим и сам все понял:

– Ну конечно, кто же еще.

Максим вскочил со стула и выскочил из квартиры, не забрав сумку и куртку. В кармане джинс был телефон, Максим узнал, на какой Капитан вписке, самому Капитану звонить не стал, чувствовал, что по голосу его можно понять, что он немножко зол. Спустя час Максим звонился в дверь. Квартира была в другом районе. Открыл незнакомый парень, не пьяный, не обдолбанный, прилично выглядит.

– Зови Капитана.

– Кого?

– Сашу? Афанасьева, – все страннее, подумал Максим.

– А, так бы сразу и сказал, – парень добродушно улыбнулся, – Саша! Иди сюда, к тебе пришли.

Капитан завернул в коридор, увидев и оценив Максима в дверях, он приближался все медленнее. Волосы Капитана были опрятно уложены, на нем была застегнутая на все пуговицы рубашка, жилетка, все аккуратно, глажено… Капитан подошел достаточно близко, и Максим сходу ударил его в челюсть. Никогда до этого он не бил в полную силу. Капитан словил нокдаун. Держась за стенку, он тихо извинился перед парнем, открывшим дверь, и вывалился на лестничную площадку.

– Тварь ты этакая, ты в своем уме?! – Максим схватил Капитана за шиворот и затолкал в лифт.

– В чем дело?

– Ты помог моей сестре прикончить отчима.

– Да, она хотела этого.

– О да, так же как хотела работать на меня среди богатых ублюдков и жирных извращенцев, так же как хотела лишиться девственности с козлом, не пропускающим ни одной юбки и не любящем ее. Конечно, она хотела именно это, но так мы с тобой на что? Мы должны ей это запрещать. Ладно ты ей меня с потрохами сдал, ладно ты ее … трахнул, но это край. Это же даже дебилу понятно, что это блять ебаная душевная травма – отчима своего убить.

Лифт открылся на первом этаже, Капитан к тому времени очухался, оттолкнул Максима и вышел самостоятельно. На улице, удаляясь все дальше от многолюдных мест, они говорили громче и громче.

– Если бы ты больше проводил с ней времени, – угрюмо защищался Капитан, – Она бы не попросила меня научить ее. Сделай так, чтобы Максим снова захотел со мной общаться, – он передразнил женский обиженный голос, – И я сделал. Я даю ей то, что она хочет. Я рядом, в отличие от тебя, и я знаю ее лучше, чем ты! Я ее испортил?! – я ее открыл – я помог ей выразить себя – она такая – она не боится. Все происходит, как должно – это ее путь, вот и все, и я тут не причем.

– А я когда был маленьким – хотел летать и иметь рабов, когда вырасту, и что дальше?

– Так с твоими деньгами ты можешь иметь и то, и другое! Она уже не маленькая. Она необычная. Все девушки хотят от меня статуса в контакте и цветов каждый день. А она ножик, яд и научить ее заглатывать до основания, – в этом месте своей речи, Капитан приготовился защищаться, – Так в ком изначальная проблема?

– Как?

– Что как?!

– Как я могу летать?!

Капитан замер от удивления, ведь жесткий подкол про сестру и минет Максим пропустил мимо ушей, зато спросил то, что спросил: