Укроти моего зверя - Дия Василькова

планах на завтра. Анна не расслышала большую часть разговора. Ей очень хотелось спать.

— Соня, мы приехали. Идти можешь? — шофер открыл дверь в гараже, хозяин уже ушёл.

— Извините, я могу сама, куда идти? — Аня не ела довольно давно и после спринта, она с трудом вылезла из машины.

— Давай руку, значит так, пока шеф не слышит, я тебя проинструктирую. У него погибла младшая дочь. Со старшей напряжённые отношения, и он добрый только к маленьким девочкам, остальных, ну как тебе сказать, также как его псы. Раздавит и не вспомнит. Если ты его подумаешь обокрасть, обмануть или играть на его нервах и жалости, то сразу станешь мухой на лобовом стекле. Понимаешь?

— Как не понять, у меня мать такая же. Отведите меня в коморку к собакам, дайте корма и одежду, вы меня и не заметите.

— Ты и правда сообразительная.

— Жизнь научила.

— Ладно пошли, в комнату для прислуги, завтра шефу некогда. Так что отдыхай, горничная тебе поможет. А потом, как пойдёт. Чай тебе принесу с печеньем, до утра дотянешь.

— Хорошо.

Аню отвели в комнату на самом верху, очень миленькую, тут же рядом санузел, прислуга спит, шофёр попросил потише себя вести, показал полотенце, халат и вышел.

Девушка сняла драное платье, и свою ценную сумку-банан, кроссовки и в халате пошла умываться. Хотелось смыть с себя весь ужас сегодняшнего вечера, но перевязку решила не мочить. Умылась, вернулась в комнату, выпила чай с молоком и печеньем, легла в постель и отключилась.

 ***

Двадцать лет назад. Нижний Новгород.

— Леська, ты будешь моей! Поняла? Не смей выходить замуж за этого старого козла! — Антон держал за руки свою возлюбленную. Он так рассчитывал, что они вместе сбегут в Москву к его дяде. У того небольшой бизнес, автосервис в Химках. Все как-то выживают в это страшное время, и они смогут.

— Моей маме не платили зарплату год! Год без денег, Дмитрий Сергеевич заботится о нас. Если бы не он, мы бы не пережили зиму. Не ты, а он нас содержит.

— Вот пусть мать и выходит за него замуж.

— Ты не понимаешь, я его люблю. Он не старый, ему всего сорок лет! Для мужчины это не возраст. Тебе всего двадцать, как ты обо мне позаботишься?

— Но тебе девятнадцать! Ты ещё девочка, а он старик для тебя, с мамой твоей дружил.

— И что? Я не могу любить взрослого мужчину? Отпусти, платье порвёшь!

— Дура, я люблю тебя больше жизни!

— Отпусти!

— Нет! — Антон подтолкнул девушку к кровати, в её квартире никого нет, он чувствует себя слишком сильным и возбуждённым. Хрупкая Леся попыталась сопротивляться, но он снова её дёрнул к себе.

— Ты будешь моей, мне не давала, для него хотела остаться девочкой, ты моя, моя!

Ещё одна попытка освободиться, но Леся запнулась о половик, упала и ударилась головой.

— Ты моя, я сделаю то, что должен. И ты ему будешь не нужна, ещё спасибо скажешь.

Антон задрал платье и поцеловал её грудь. Леся застонала, но так и не пришла в себя. Парень медленно раздел свою любимую, целовал неподвижное тело, раздвинул её ноги, поцеловал густой пушок на лобке, он мечтал об этом моменте год, снова целует её грудь. Войти в неё не спешит. Не так он хотел с ней провести первую ночь, но она сама напросилась. Он спустил спортивные штаны, вошёл в неё и остановился. Всё же он так не может…

Пылкий любовник несколько минут гладил нежное тело, поцеловал лицо, снова грудь, потом вдруг встал, оделся и вышел из дома, не хотел, чтобы она видела его, когда очнётся.

— Ты всё равно будешь моей, — посмотрел на тёмные окна и ушёл на тренировку.

Леся очнулась, дома темно и холодно. Нескольких секунд хватило, чтобы осознать, что случилось. Антон её изнасиловал. На ногах пятна крови она понимает, что это значит, она больше не девочка. Мама на смене, вернётся только завтра утром.

— Пожалуйста, только бы не беременность, только бы не залететь. Скотина, Антон, ты просто скотина!

Девушка медленно поднялась и пошла в душ, смыла с себя грязь.

Леся никому ничего не сказала, Антон через пару дней зашёл как ни в чём не бывало.

— Ты ему не нужна, теперь собирайся и поедем со мной в Москву, умоляю, я люблю тебя.

— Если ты не уйдёшь, то я напишу заявление, может, тебя и не посадят, но нервы родакам потреплют знатно, проваливай, козлина.

И захлопнула перед его носом дверь.

Через неделю у мамы Веры снова смена, зашёл Дмитрий Сергеевич, занёс картошку, банку тушёнки.

— Ваше предложение в силе? — Леся вдруг взяла за руку своего благодетеля, от неожиданности он остановился, вроде не собирался оставаться, раз Веры дома нет.

— Какое предложение?

— Взять меня в жёны, — прошептала девушка.

— Да это глупая шутка была, прости. Я когда-то за твоей мамой ухаживал, но она вышла замуж за твоего отца потом, после его смерти вам тяжело стало, я по доброй памяти, помогаю сиротам, что ты, девочка.

Леся, не обращая внимание на его неловкие фразы, расстегнула милый халатик и осталась перед мужчиной в таком виде, от которого у Дмитрия Сергеевича дыхание перехватило.

— А мама твоя знает, чем ты занимаешься?

— Я вас люблю, очень люблю, она мне сказала, что вы хотите на мне жениться, я так обрадовалась и хочу этого больше всего на свете.

— Девочка моя! Это правда? Не могу поверить, ты мне очень нравишься, но я даже подумать не мог.

Она подошла и настойчиво сняла с него куртку, потом свитер и рубашку. Очень медленно, словно хотела его загипнотизировать и лишить воли. Мужчина подчинился, не помогая девушке, позволил ей