Лорен Хендерсон - Заморозь мне «Маргариту»

Накануне Баз предупредил меня, чтобы я надела подходящую обувь. На мне были туфли на резиновой подошве, которые отчаянно скрипели, но не скользили. Перебросив ноги через перила, я взялась обеими руками за тросы и двинулась по мостику, сначала осторожно, потом все увереннее и увереннее. Стальная планка чуть подрагивала под ногами. Я присела на корточки и посмотрела вниз. К голове тотчас прихлынула кровь, меня охватило радостное возбуждение, настоящий восторг высоты. Глаза слепили жестокие, как тропическое солнце, прожекторы. Я встала, повернулась и, не отрывая рук от тросов, посмотрела назад. Мне казалось, что я канатоходец, болтающийся в тридцати пяти футах над сценой, – пылинка в пустоте.

– О, вижу, тебе там нравится! – крикнул Баз, нервно улыбаясь из-за перил.

– Сэм? – послышался снизу знакомый голос. – А я вижу, что у тебя под юбкой!

– Не видишь, лгунишка, – уверенно ответила я. – Она слишком узкая.

Я неохотно повернула назад и успела перескочить через перила прежде, чем Баз бросился мне помогать. Мини-юбка из лайкры – одно из самых великих достижений двадцатого столетия.

– Извращенец! – крикнула я Салли, свесившись вниз.

– Знаю, cara[45], – крикнул он в ответ. Уверена, при этом он хлопал своими гигантскими ресницами, хотя с такой высоты разглядеть невозможно.

– Ну, значит, с этим разобрались, – сказал Баз. – Решетку я тебе показывать не буду, – он махнул рукой на потолок, – а то начнешь лазить по ней, как обезьяна. – Но туда мы тянем все тросы. Там расположены блоки.

– С ними ничего не может случиться? – спросила я, все еще не в силах оправиться от пьянящего восторга. – Держится крепко?

Баз посмотрел на меня с ужасом.

– Ничего не может случиться. Ни-че-го! Разве что, – добавил он спокойнее, – один трос зацепится за другой и застрянет.

– А мобиль или человек? Как с ними?

– Ну, тогда они тоже застрянут, – неохотно сказал Баз. – Но – и это очень большое «но», заметь, – этого не случится. Ни-ког-да! Я проверяю все тросы перед каждым спектаклем. Рабочие тоже мгновенно чувствуют, стоит им взяться за трос, зацепился он или нет. Ничего ни разу не случилось. Так что не надо волноваться, хорошо?

– Есть, капитан Баз! – отсалютовала я.

– Давай вниз, – велел он. – Не хватало мне получить инфаркт от твоей любви к высоте. А тебя тянет к ней, как утку к воде.

Когда до пола оставалось несколько ступенек, я спрыгнула вниз и ловко приземлилась на обе ноги. Передо мной стоял Салли и благоразумного вида молодой человек с квадратным лицом, примерно моего возраста. На нем были очки в тонкой оправе. Он приятно улыбался.

– Привет. Меня зовут Бен Сэбот, – сказал он, пожимая мне руку. Ладонь была такой же квадратной, как и все остальное тело, а пальцы – лопатой. (Невежды почему-то считают такие пальцы характерной чертой всех скульптуров. Бен тут, однако, ни при чем.) Одет он был в свитер с коротким воротником и старые поношенные брюки. Как и Мелани, своим уверенным и компетентным видом он создавал вокруг особую атмосферу, правда, не столь высокого напряжения. – Я заместитель худрука. Что-то вроде второго капитана на корабле.

– Бен сделал всю эту байду, – объяснил Баз, спускаясь вслед за мной. Он кивнул в сторону декораций «Вирджинии Вулф». – А потом что-то наплел газетчикам, чтобы они написали хорошие рецензии. Куда катится мир, я не понимаю. Бен усмехнулся.

– Баз работает в «Кроссе» с доисторических времен, – весело сказал он. – Так что не будет относиться ко мне всерьез, пока я не проработаю здесь хотя бы лет десять.

– У меня это чуть ли не первое место работы, пришел прямо из училища, – гордо сообщил Баз. – Начинал помощником старшего плотника, потом дослужился до заместителя – тогда, до сокращений, у нас была такая должность.

– Значит, лет через десять малыш Лерчи займет твое место? – предположила я.

– Чушь! Забудь об этом. Не раньше, чем я смогу вбить в его тупую башку хоть немного здравого смысла.

– Я видел тебя на мостике, – сказал Бен. Он стоял, сунув руки в карманы и раскачиваясь на каблуках. – Голова не кружилась?

– Обожаю высоту. Мне захотелось прыгнуть на трапецию.

– Пришлось чуть ли не волоком тащить ее оттуда, – пожаловался Баз. – Из Сэм получился бы классный высотник, если бы она не ошиблась с полом при рождении.

– Да пошел ты, старый динозавр! Я посильнее многих мужиков, – ничуть не обидевшись, рассмеялась я.

– В отличие от тебя, да, Бен? – Баз решил дразнить нас по очереди.

– Мне тяжело лазить по трапу, – смутился Бен, как школьник. Впрочем, похоже, он отыскал подход к Базу и не боялся старика плотника. К тому же Бен не кичился своей начальственной должностью. – Стараюсь не смотреть ни вниз, ни вверх.

– А вот ты наверняка умеешь лазить, как обезьяна, – Баз пихнул Салли в бок. – Судя по твоему виду.

– Попробовай ти говорить мне это в Сицилия, – для пущего драматизма Салли усилил свой акцент.

– Бен? – послышался голос со сцены. – Бен! Из-за задника вышел Филип Кэнтли и уставился на нас. У него была уникальная способность заставлять ни в чем не повинных людей чувствовать себя так, будто их застигли на месте преступления. Даже не представляю, что стряслось бы с настоящим преступником под таким инквизиторским взглядом. Из Филипа вышел бы отличный полицейский, следователь или директор школы для мальчиков – любая профессия, где надо пороть и истязать, прекрасно бы ему подошла. Он злобно посмотрел на нас и сухо сказал:

– Я тебя ищу, Бен. Надо обсудить кандидатуры актеров.

Он говорил так, точно, кроме Бена, здесь никого не было.

– Иду, Филип, – ответил Бен с чуть ли не рабской покорностью. – Может, выпьем кофе? – И уже повернувшись к нам: – Увидимся.

Филип Кэнтли развернулся, и Бен, прежде чем броситься вдогонку за Его Величеством, лукаво нам подмигнул. Они скрылись в маленьком кабинете помощника режиссера, расположенном у самой сцены и заваленном реквизитом для сегодняшнего спектакля. Там обитала единственная в театре сносная кофеварка.

– Здесь стоит рабочий Мэри, – сказал Баз нам с Салли, показав на точку в нескольких футах от стола помощника режиссера. – У него на голове наушники. Канат тянется сюда с платформы. Рабочий снимает канат с этого крюка на стене, а закончив, вешает обратно.

– А что будет с канатом после того, как Мэри спустится на палубу? – спросила я.

– Она отстегнется, и рабочий тут же уведет его в сторону.

Баз потянул двумя руками за воображаемую веревку.

– Понятно, – задумчиво кивнула я. – В общих чертах.

– Очень мило. Когда придет Мэри?