Бет Флинн - Девять минут (ЛП)

● Саймон и Гарфанкель / Simon and Garfunkel – дуэт, исполнявший музыку в смешанном стиле – партии в стиле церковного хора, электрогитары, лирико-философские тексты. Психоделический фолк, этника.

Продвигаясь на восток по 84му, мы не разговаривали. Он дал левей на шоссе-441, и мы поехали на север. Я была так близка к дому, что почти чувствовала его запах. Странно было проезжать мимо знакомых мест. Несколько миль спустя мы проехали отрезок дороги, где я жила, и чувство тревоги ослабло.

- Куда мы направляемся? – я откинулась на сиденье, пытаясь расслабиться.

- Небольшой магазин рядом с Ривервью. У них есть шлемы.

Я смотрела на сменяющиеся пейзажи, чувствуя себя с каждой минутой спокойней.

- Любопытства ради, где банда проводит свои встречи?

Он глянул на меня.

- Встречи? Ты имеешь в виду, когда они собираются у ямы?

- Нет. Ну, знаешь, сатанинские ритуалы и все такое. Банда названа именем дьявола. Даже у собак Гризза имена нехорошие. Я думала, может, вы используете какой-нибудь из старых заброшенных номеров в мотеле. Знаешь, для поклонений.

Он закинул голову и рассмеялся.

- Кит, мы не поклоняемся дьяволу.

- На твоем жилете так написано, - думаю, я покраснела.

- Да, чтобы людей до чертиков пугать. Это не религия.

- Вы не дьяволопоклонники? – я уже какое-то время переживала на этот счет и в тайне интересовалась, вдруг Гризз позволил оставить черного котенка по какой-нибудь более мрачной причине.

- Нет, черт возьми! – теперь он засмеялся еще громче.

- Но в ад вы верите. Я имею в виду, что на вашем символе все в таком духе.

- Нет, Кит, - он покачал головой, все еще улыбаясь. – Я не верю ни в дьявола, ни в ад. Ни во что, на самом деле, не верю.

- А как же Бог? – повернулась я к нему. - В Бога ты веришь?

- Нет, обо всех этих вещах, связанных с религией, я много не знаю.

- За все твое обучение ты не взял ни одного религиозного курса? – мои глаза расширились. – Ну, вроде мировой религии, религиозной философии, хоть что-то?

- Ничего из этого, - он замолк, а потом продолжил. – То, что ты делаешь перед едой, это к религии относится?

- Ты говоришь о благословлении? – будучи католичкой, я всегда перед едой вместе с молитвой обозначала знак креста.

- Я не знаю, как это называется.

Теперь была моя очередь улыбаться.

- Ты сказал, что научишь меня шахматам. Позволишь мне научить тебя кое-чему?

Он помедлил.

- Да, конечно. Почему бы и нет?

Так начались религиозные уроки Гранта о христианстве.

Я позволила себе насладиться остатком времени в поездке, пока мы болтали. Я даже смогла убедить его выключить кондиционер и опустить окна. Меня наполняло странное чувство радости. Мы добрались до магазина, и я быстро выбрала себе шлем. Парень, работавший в магазине, знал Гранта. Он никаким образом не подал знака, что ожидает оплаты от нас. Мы вышли из магазина меньше чем через пятнадцать минут.

Я не очень хорошо знала эту местность. Чтобы добраться, мы свернули с шоссе, и сейчас находились на каких-то мрачных улочках. Район выглядел странной смесью старых зданий и деловых предприятий, словно кто-то основательно запутался в попытках зонировать это место. Рядом с магазином я увидела парня, строящего деревянную изгородь. Интересно, была ли это его изгородь или он был нанят. Он бросил на меня грязный взгляд, когда мы заходили в магазин.

Сейчас, когда мы выходили, он крикнул: «Эй, сладенькая. Если хочешь провести немного времени с настоящим мужчиной, почему бы тебе не подойти поближе? Скажи своему младшему братишке, что он может вернуться и забрать тебя через час. Десяти минут тебе хватит?». Затем он мерзко рассмеялся, смех перешел в хрипы и покашливания. Отвратительный тип.

Я посмотрела на Гранта, проигнорировавшего его. Что ж, это хорошо. Если бы я была с Гриззом, то вероятно, стала бы свидетелем убийства. Хотя, если честно, будь я с Гриззом, мистер «Строю Заборы» не сказал бы ни слова. Все же хорошо, что я была с самым младшим из банды. Я не хотела неприятностей.

Когда мы сели в машину, Грант сказал, что в этот раз хочет, чтобы работал кондиционер. Мы закрыли окна, и он завел машину, включая попутно кондиционер. Он вытащил запись с Саймоном и Гарфанкелем и поставил Пинк Флойд. Затем повернулся ко мне.

- Оставайся здесь. Не выходи из машины. Поняла?

Прежде чем я ответила, он прибавил громкости, вышел из машины и направился к мистеру «Строю заборы». О нет. О Боже правый. Грант собирается сделать что-то жесткое, надрать ему задницу. Я огляделась, пытаясь придумать, что буду делать, если случится что-то очень плохое.

Они скрылись за участком уже построенного забора, я не видела происходящего. И музыка играла так громко, я ничего не могла расслышать. Через несколько нервозных минут я решила, что возможно, мне стоит приглушить ее. Не успела я этого сделать, как объявился Грант, обходивший ограду. Он выглядел нормально. Без признаков травм. Возможно, он сказал парню, что за ним кто-нибудь вернется и разберется с ним. Грант запрыгнул в машину, и не успела я сказать ни слова, как мы уже отъехали от магазина. Я решила не возвращаться к этому вопросу.

Следующие несколько часов мы провели, разъезжая по поручениям, – заехали в продовольственный, купили топливо, зашли в аптеку. К полудню мы вернулись в мотель, и Грант ушел в свою комнату. Я отправилась в четвертый номер проверить Гвинни и убедиться, что собаки накормлены. Грант напомнил мне, что я могу взять любую из его книг, когда захочу. Я поблагодарила его за этот день и сказала, что точно воспользуюсь предложением.

Наступил вечер, я решила остаться в номере. Яма меня не привлекала, и я, сделав себе тарелку овсянки, сидела на диване и смотрела телевизор. Выбор пал на местные новости. Я всегда была полна надежды, что увижу сюжет о себе, но прошло слишком много времени, уверена, мое похищение так и не оказалось среди топ-новостей. Полиция, скорей всего, не восприняла его всерьез. Один визит Делии в участок, и они решат, что я была беглянкой. Вот в этом не было никаких сомнений.

Я нетерпеливо переключала те несколько каналов, что у нас были. До появления кабельного еще было много лет, тогда бы вы смотрели то, что было в зоне покрытия. Звук был выключен, и мне показалось, что я увидела журналиста, стоящего на знакомом мне месте. Я прибавила громкость.

- Мы находимся у дома Рэймонда Прайса, - докладывала очаровательная репортерша. – Ранее этим днем мистер Прайс был спасен парой, выгуливавшей свою собаку и услышавшей приглушенные крики. Когда они обследовали местность, они обнаружили мистера Прайса, подвергшегося жестокому нападению. Он стоял спиной к забору с руками, растянутыми в стороны, - репортер сделала эффектную паузу. – Руки мистера Прайса были прибиты гвоздями к деревянному забору, который он строил. В каждую ладонь были вбиты по три гвоздя. Он не мог освободиться, не разорвав себе руки в клочья. У него во рту был кляп, затруднявший попытки позвать на помощь».