Хелен Рой - Завещание авторитета. Конец игры

   Новое пробуждении ничего кроме ещё больших мук не принесло. Что-то острое, раскалённое пронзало тело, лицо Алексея исказила судорога. Закрытыми глазами, он попытался оттолкнуть от своего измождённого тела предмет, причиняющий мучительную боль, но чья-то сильная рука перехватила его кисть, прижала к полу.

   - Терпи! Не кричи! - приказал над ухом всё тот же не знакомый глухой голос. - Иначе Анисе будет худо.

   Попович не понимал о чём или о ком толкует незнакомец, боль переполняла, не оставляя места другим мыслям. Между зубов сунули грязную палку, и снова что-то острое вонзилось в кожу.

   - Да хреново... Я тебя тут немного подлатал, но... - пробормотал причмокивая мужчина, гася фонарь. - Извини брат продезинфицировать нечем. Да и всё равно это тебе не поможет. Через пару дней расстреляют или сам помрёшь. Пуля-то осталась в теле. Слишком глубоко села. Нет, не добраться без инструментов...

   Последние слова Попович слышал, сквозь померкшее сознание...

***

   В доме на окраине посёлка Семендер расположился Махмуд Юсупов. Он не прятался, кто мог его тронуть в собственных владениях? Это земля как и всё вокруг принадлежало ему. Бойцы отряда занимались строительными работами, хозяин этого небольшого особнячка решил расшириться, ожидая ещё одного наследника.

   Аниса, жена Махмуда, перебирала крупу. В последнюю неделю женщина старалась дальше ворот особняка не ходить. Каждый шаг ей давался с трудом, девятый месяц беременности вымотал её окончательно.

   Она устало посмотрела на сарай, где держали пленников, а потом на мужа, ожидавшего важного гостя. Несколько часов назад он получил сообщение от Лиса: "машины с оружием благополучно достигли Дагестана. Жди. Скоро буду".

   Лис периодически появлялся в их доме, но ничего хорошего, его визиты не приносили. Как Аниса ненавидела этого человека. Именно он втянул Махмуда в опасную и никому не нужную войну, снабжая оружием.

   Скрипнула калитка и в сопровождении боевиков появился долгожданный гость - среднего роста мужчина, на глаза надвинута шляпа. Сколько бы не пыталась Аниса, она почему-то никогда не могла вспомнить лица этого человека, он от чего-то всё время держал голову, низко наклоняя вперёд, большие чёрные очки закрывали глаза.

   - Лис! - воскликнул Махмуд, подымаясь навстречу гостю. - Как добрался? Присаживайся за стол, отобедай со мной.

   - Спасибо! Давненько я не ел твоего плова.

   Мужчины разместились тут же во дворе, на веранде. Аниса накрыла на стол и удалилась, не мешая важному разговору.

   - Двадцать "калашей", десять ящиков патронов, - пробормотал, перечисляя Лис, разложив руки вдоль спинки скамейки.

   - Погоди! Ты же обещал двадцать ящиков! - встрепенулся Махмуд.

   - Обещал. Но ты ещё за ту партию не расплатился до конца!

   - Нет пока денег... Вот получу выкуп за пленных...

   - Твои пленные столько не стоят, - засмеялся гость. - Так что ищи деньги. А то следующей партии не будет! Ты слышишь меня Махмуд? Не будет!

   - Да, слышал я, - недовольно ответил боевик.

   - Чтобы к первому числу все деньги были или порошок. Так что ищи Махмуд. Я же выполняю свою часть договора, - Лис закурил, дым ленивой струйкой переместился с веранды на виноградники, уплывая в сторону. - Да и ты лучше пока в горах отсидись. На тебя объявили облаву федералы.

   - Не буду я прятаться! А гостей я встречу как положено, - злобно парировал Юсупов, сжимая кулаки. - Пусть только попробуют сунуться на мою землю!

   - Ну что ж дело твоё! Как знаешь.

   - Махмуд, - крикнул один из боевиков, выходящий из сарая. - Журналюга сдох.

   - Тащи его сюда, - велел Юсупов, сплюнув на землю.

   Али потёр красные от бессонницы глаза и неохотно вернулся в сарай. Там стоял резкий запах навоза, пота и гниющего тела. Поморщившись, включил фонарь. Прищурился, пленник лежал там же, на досках. Схватив Алексея за ворот грязной рубашки, потащил наружу. Ткань под пальцами боевика трещала и рвалась.

   - Вот, - тело приземлилось к ногам Махмуда.

   - Ай, ай! Такой товар пропал! - сокрушался Юсупов, разглядывая пленника. - А это что? - он указал на белую полоску запачканную кровью, небрежно намотанную под одеждой. - Кто его перевязал? Откуда бинты?

   Словно услышав вопрос боевика, Попович пошевелился, приходя в себя. Глаза с трудом приоткрылись.

   - Он живой! - Али тут же подскочил к пленнику, продолжавшему лежать на животе. Повёрнутое на бок лицо ничего не выражало. Алексей вдруг поднял голову и его холодные глаза в упор уставились на сидящего напротив Лиса. Тот на мгновение ошарашенно замер.

   - Ты! - прохрипел пленник, разжимая распухшие губы, узнавание проскользнуло в его затуманенном взгляде.

   - Кто тебя перевязал? - нетерпеливо с акцентом спросил Махмуд, видя растерянность гостя и наблюдая за изменениями, происходящими на его лице. Пленник молчал, продолжала смотреть только на Лиса.

   Тот резко подскочил и наотмашь полоснул Алексея, схваченным со стола ножом. А за тем с садистским удовольствием стал наблюдать, как по лицу пленника потекла кровь.

   Одна из струек с привкусом железа просочилась между губ Поповича. Он ничего не чувствовал, потому что удвоенная боль в спине заглушала все остальные ощущения. Лёша застонал, голова дёрнулась и опустилась на землю. Тёмный мрак снова его окутал.

   - Зачем? - возмутился с досадой в голосе Юсупов.

   - Всё равно ничего не скажет. Упрямый, осёл! - довольно, со злорадством пробормотал Лис.

   - Я должен знать имя предателя! И я узнаю это, - пообещал Махмуд. - Али тащи сюда доктора.

   - Бесполезно. Он ничего не скажет, - с сомнением в голосе бросил боевик, почёсывая бороду, поглядывая с подозрением на Лиса.

   - Тогда расстрелять его! Я итак позволил доктору жить слишком долго. Моё гостеприимство закончилось...

   Али взялся за автомат и исчез в сарае. Через несколько минут от туда послышалась глухая очередь.

   - А с этим, что будешь делать? - хмурясь, поинтересовался Лис.

   - Выкуп потребую. Если выживет. Сколько могут дать за журналиста?

   - Я к тебе когда-нибудь с просьбой обращался или что ни будь просил? - начал из далека Лис, игнорируя вопрос. Он нервно вытер в полотенце, забрызганные кровью руки. Юсупов первый раз видел, что бы партнёр так нервничал.