Предание Темных - Кейси Эшли Доуз

ее. если я когда-нибудь стану правителем, я положу свою жизнь на то, чтобы добиться независимости…)

к освобождению и процветанию..

Влад вновь дергается, пытаясь освободиться, но Лале не позволяет ему этого сделать и слышит:

– Да, конечно, только мне этого уже никогда не узнать! Потому что они мертвы. Мертвы! И если месть сжигает дочиста – значит я сгорю заживо! Но и они – все они – сгорят вместе со мной!

– Но если начнешь гореть ты – пламя неотвратимо перекинется и на меня.

Услышав это, Влад перестает дергаться. И на очень длительное время замолкает. В какой-то момент Лале даже кажется, что она вновь обнимает какую-то безжизненную скалу, когда вдруг слышит тихий – совершенно лишенный прежней ярости и ненависти – голос. Скорее, уставший и исполненный глубокой печали:

– Знаешь, я ведь любил своего крестного. Мы часто бывали у него в гостях. Он всегда баловал нас с братом..

Но по мере того, как он говорит, перед Лале против воли вновь начинают мерцать картинки, как тогда.. только теперь это картинки того, что когда-то видел сам Влад, которого она обнимает..

«…просторная зала, каменные стены, праздничное настроение.

– Пойдем, Влад, крестный зовет! – рука старшего брата Мирчи хватает руку младшего и ведет за собой – у него там пирожные! Такие, как ест французский король!

-А вот и мои озорники! – бородатый мужчина склоняется к ним – Мирча, Влад, идите сюда! Ну, какие из них на вас смотрят?

Мирча усердно тыкает пальцем в большое пирожное:

– Можно мне вот то, белое!

– Конечно.. тебе и Владу..

Крестный протягивает мальчики невообразимо прекрасное, волшебное и большое пирожное, как, в его представлении, у французского короля!

– Ешьте мои милые! – улыбается он – от сладкого у

(…грэдиш улыбается, глядя им в след, словно это не племянники, а его родные сыновья:

– От сладкого у деток зоркие глазки.

я едва успеваю заметить, с какой быстротой лицо влада при этих словах вдруг чернеет, напрягается и оскаливается, а глаза становятся темно-синими. ноздри раздуваются, точно у бойцового пса, с силой втягивая воздух, а кулаки сжимаются в мгновение ока до побеления костяшек..)

деток зоркие глазки..»

..видение закруживается мутной дымкой.

ВСПЫШКА!

И Лале снова видит лишь Влада и кучу кольев вокруг.

Но теперь вдруг тыльной стороны ее ладоней, сомкнутых на его груди, вдруг едва ощутимо касаются холодные пальцы Влада. Вначале Лале сжимает руки еще крепче – решив, что теперь друг намерен высвободиться другим образом..

Но вот его касание, сначала едва заметные, становятся более ощутимыми. Он не пытается расцепить руки Лале и скинуть их с себя.. нет, он просто их касается. Касается и отпускает, касается и отпускает. Минута за минутой.. и наконец, будто жаждущий до неиссякаемого источника воды, он вдруг жадно приникает к ладоням Лале.

С силой сжимает их своими собственными руками и прижимает к своей холодной щеке. Лале чувствует на своей коже его горячее прерывистое дыхание.. и расслабляет руки, позволяя Владу их разомкнуть и теперь уже уткнуться в ее ладони лицом.

Проходит еще какое-то время, прежде чем дыхание друга становится немного ровнее, и, не отнимая лица от ее рук, он произносит едва слышно:

– Спасибо, Лале.. За то, что ты со мной. Я не знаю, как ты это делаешь, но когда ты рядом – порой озаряется даже самый кромешный мрак…

-9-

Наше время, Румыния.

Замок Влада.

Я распахиваю глаза, впервые не чувствуя ужасного ощущения «прорывания через толщи вод». Быть может оттого, что моя голова буквально взрывается увиденным, и я пытаюсь как можно быстрее все это осмыслить, не упустив из виду не одной детали, не забыв ни одного образа..

Там, в прошлом – некий приближенный лидер бояр по фамилии Грэдиш предал семью Влада, из-за чего были убиты отец и старший брат Влада Дракулы. И здесь – уже в настоящем – наш Влад пылает лютой ненавистью к этому Грэдишу, явному потомку того рода. Потому что портрет именно того мужчины висел у него в кабинете, которого я только что видела.. через видения Лале.. это был он! Точно!

(…это мой предок, тоже грэдиш. говорят, между нами есть сходство.

услышав это, влад тут же переводит на него взгляд и смотрит слегка замутненным взором, после чего как-то отрешенно и отрывисто заявляет, точно слова стоят ему больших усилий или дико пересохло в горле:

– да. вы очень похожи..)

Может ли быть такое, что Влад настолько детально изучил историю своего рода вплоть до 15 века (что логично, раз он и явился

(…я родился и вырос в швейцарии, и лишь недавно узнал, из какой семьи происхожу. В эту страну меня привело желание больше узнать о своих предках…)

в Румынию только для изучения рода и даже знает, кем был построен замок), что осведомлен о предательстве того Грэдиша? О причине, по которой погибли двое его дальних предков – отец и старший брат Влада Дракулы?

Тогда это объясняет, почему сегодня так взбесился, когда Грэдиш

(..были их верными советниками и соратниками. Они направляли и не раз выручали их в беде!..)

нагло начал говорить о помощи его рода Дракуле, когда на деле те их напротив предали в самый уязвимый момент и стали причиной гибели тогдашнего правителя и его старшего сына.

Однако, судя по реакции Грэдиша – тот не имеет такой богатой и глубокой информации о своем роде и не знаком с такими деталями его (не самыми приятными для него, кстати) биографии. Напротив, он гордился сегодня и

(..это ведь не просто аристократия. нет! грэдиши были приближенными к правящей семье господарей!..)

и бахвалился об их участии в семье «правящих господарей». Да, Грэдиш об этом не знает. Зато Владу точно об этом известно. Это объясняет тогда еще и то, почему он скрыл сегодня свою фамилию

(..везде указан «аноним».. <..> господин влад, ваша фамилия является тайной?..)

в документах – слишком уж она, кхм-кхм, «громкая». Но все это сходится только в том случае, если он правда тот, за кого я приняла его с самого начала – дальний потомок Влада Дракулы.

Тогда и это, и ненависть к роду Грэдиша и всем его предкам и потомкам, и сокрытие фамилии, и построенный в 15-веке «моим предком» замок, и

(..мой предок, основатель замка, очередь дорожил этими картинами..)

картины…Все-все сходится в одну точку, от которой теперь уже никак нельзя откреститься, несмотря на отсутствие необходимого надгробия в фамильном «могильнике».

Наверняка, этот Влад – потомок Влада Дракулы.

Но я больше не хочу играть в детектива! Хватит с меня загадок, предположений, метаний..

Он пообещал мне

(..я согласен. по мере необходимости и возможности..)

правду. Не думаю, что его происхождение из рода Дракулы является той истиной, которую моему мозгу будет непосильно принять. Поэтому если он действительно хочет, чтобы я осталась тут еще хоть