Джейн Хеллер - Ча-ча-ча

Я сделала глубокий вдох и набрала номер. Собравшись совсем уж было заговорить, я вдруг обнаружила, что попала на автоответчик.

«Это номер 555–7562», говорил женский голос. «Если вы звоните по поводу объявления в газете, то даже и не думайте оставлять сообщение после звукового сигнала, если вы не уверены на все сто, что достаточно квалифицированны для этой работы. Ту-у-у».

Я сглотнула и положила трубку. Да кто эта стерва? А кстати, я уверена на все сто, что подхожу для этой работы? Конечно, нет. Единственное, в чем я была уверена, так это в желании получать по восемьсот долларов в неделю. Я выждала несколько минут и позвонила снова.

«Это номер 555–7562», говорил женский голос. «Если вы звоните по поводу объявления в газете, то даже и не думайте оставлять сообщение после звукового сигнала, если вы не уверены на все сто, что достаточно квалифицированны для этой работы. Ту-у-у».

— Добрый день, — начала я, стараясь, чтобы мой голос звучал бойко и убедительно. — Я звоню по поводу вашего объявления, и я абсолютно уверена, что обладаю достаточной квалификацией для предлагаемой работы. Меня зовут Элисон. Мой телефон 555–8184. Буду ждать вашего звонка.

Итак, Рубикон был перейден. Что же я теперь буду делать, если эта женщина перезвонит мне? Я спустилась вниз и налила себе стакан Альмадена. А вдруг она будет одной из моих знакомых? Успокойся, говорила я себе. Если она перезвонит, ты всегда можешь сказать, что уже нашла другую работу или что ты набрала этот номер по ошибке. А можно вообще сказать, что я страдаю раздвоением личности и ей позвонил кто-то из моих двойников.

В тот же день, в половине пятого, зазвонил мой телефон. Меня как током ударило. Мне хотелось включить автоответчик, но потом я решила вести себя как взрослая девочка.

— Алло? — осторожно произнесла я.

— Это Элисон? — осведомился женский голос.

— Да, это она, — ответила я.

— Вы откликнулись на мое объявление. Расскажите мне о себе, — потребовал голос.

— Ну, я обладаю хорошими навыками по уборке, — начала я. Над верхней губой у меня выступили капельки пота. — И еще я обычно работаю в первоклассных домах.

— Действительно? И где вы работаете сейчас?

— В одном доме в стиле эпохи короля Георгана Вудлэнд Вей.

— Вудлэнд Вей. Хороший адрес. Давно там работаете?

— Около пяти лет, — ответила я, подсчитав, сколько прошло времени с того дня, когда мы с Сэнди купили Маплбарк.

— А почему вы уходите? Вы что, не ладите с вашими работодателями?

— Нет, совсем нет. Просто супружеская пара, которая владеет домом, испытывает финансовые затруднения.

— Это сейчас происходит повсеместно. Они погорели на бирже?

— Понятия не имею. Моя задача — убирать дом, а не задавать вопросы. — Я помнила, что в объявлении что-то говорилось о сдержанности.

— Мне это нравится. Встретимся завтра днем в половине четвертого. Бухта Голубой Рыбы, дом 7. Как ваша фамилия?

— Эээ… ммм… Кофф. — События развивались слишком стремительно.

— Отлично. Завтра в половине четвертого.

— Но подождите… я… я не уверена, что смогу…

— Ах, да. Я совсем забыла. Меня зовут Мелани. Мелани Молоуни. Возможно, вы обо мне слышали. Увидимся завтра. — Щелк.

Мелани Молоуни? Так это ей требовалась домработница? Ого, крошка! Так что же мне теперь делать? Если Бетани Даунз обнаружит, что я просто виделась с Мелани Молоуни, то это станет концом моей карьеры в газете. Может быть, даже моим собственным концом. Да пошли они на три буквы, и она, и ее папочка! Потребность в восьмистах долларах Молоуни была намного больше, чем страх навлечь на себя гнев со стороны Даунзов.

Конечно, не было никакой гарантии, что я получу эту работу. Весьма докучливой проблемой было отсутствие у меня хороших рекомендаций. Но я решила, что буду утрясать эту проблему, когда в этом возникнет необходимость. А пока я сконцентрировалась на положительных сторонах того, что стану домработницей Мелани Молоуни. Во-первых, она платила деньги. Во-вторых, мне не придется бросать мою работу в газете и прерывать поиски вакансий в нью-йоркских журналах. В-третьих, я буду работать абсолютно анонимно. Никто, кроме Мелани, не узнает, что я мою туалеты, вместо того, чтобы совершенствоваться на поприще журналистики. Так как Мелани чужой человек в нашем городе, я смогу сохранить мою работу в секрете. И, наконец, я буду работать на прославленного автора биографий знаменитостей, автора книг, ставших бестселлерами. Эта женщина писала об известных людях, так же как и я, только получала она за это не несколько центов, а миллионы долларов. Кто знает, может быть, Мелани станет моей путевкой в высший свет. Вы и сами, небось, слышали об этих голливудских китах, которые начинали с работы в отделении корреспонденции у Вильяма Морриса[26]? А почему бы не начать в качестве домработницы известного человека? Может быть, моя кухню Мелани, вытирая пыль в ее кабинете, утюжа ее лифчики, я смогу приблизиться к ней, изучить ее стиль, узнать, как она заставляет людей рассказывать ей разные вещи. Я смогу выяснить, как она сумела пройти путь от газетного репортера до знаменитого автора книг. Возможно, она поймет, что я могу стать неплохой помощницей, сотрудницей, даже соавтором. Все возможно, не так ли?

Мои фантазии были прерваны телефонным звонком. Это была Джулия. Она приглашала меня на обед.

— Сейчас я не могу позволить себе еду. Я же повернулась лицом к реальности, ты помнишь?

— Я горжусь тобой, Кофф, так горжусь. Увидимся у Макгавина через час.

У Макгавина я не была уже несколько месяцев и была потрясена тем, как изменился состав посетителей этого ветхого заведения, в котором подавали гамбургеры. Раньше оно обслуживало «низшие классы» Лэйтона (то есть людей, которые жили на зарплату) а также персонал «Коммьюнити Таймс», офис которого был по соседству. Теперь же Макгавин явно претерпел изменения. На стоянке вместо велосипедов и грузовиков стояли «BMW» и «мерседесы». Само заведение было битком набито загорелыми и подтянутыми людьми, одетыми в модели Кэролин Роэмз, Донны Кэрэнс и Ральфа Лоуренса[27].

— Что происходит? — спросила я Джулию, заметив три супружеские пары, с которыми я дружила, пока была замужем за Сэнди, и которые сделали вид, что не узнают меня.

— Так обозначилось их падение вниз, — ответила Джулия. — Они больше не могут себе позволить роскошные итальянские рестораны, поэтому пришли сюда. Господь не велит им сидеть дома.

— Им повезло, что у них есть дом, — мрачно произнесла я.

— А как обстоят дела с твоим домом? Есть какие-нибудь сдвиги?