Людмила Леонидова - Лондон у ваших ног

Вспомнила дедушку. Грех он многообразен. Я согрешила не от похоти. Я согрешила от желания почувствовать себя наконец женщиной рядом с богатым мужчиной, берущим на себя все заботы. Мне хотелось притулиться, спрятаться за его широкую спину, ощутить себя не только любимой, но и обустроенной в этой жизни.

Хотя мы с Мишей не бедствовали, но он всегда полагался на меня, зная, что я выкручусь, добуду, принесу. С Николаем все по-другому. Стол, который накрыли вчера два официанта, мне приходилось видеть только в кино.

— Я позвоню тебе обязательно, — вырвалось у меня, и он, добившись своего, наконец дал знак водителю.

— Буду ждать.

— Пиджак! — вдруг вспомнила я, почувствовав запах мужской туалетной воды.

Водитель притормозил. Николай снова открыл дверцу и, сняв с моих плеч пиджак, обнял меня. Я прижалась к нему, словно знала тысячу лет, а вот сейчас расстаюсь навсегда.

Свадьба дочери

Свадьба по-английски — это когда столы не ломятся от разнообразных яств и их не составляют в один ряд. Никто не кричит «горько» и не ездит к памятникам возлагать цветы.

Круглые маленькие столики в дорогом ресторане, накрытые белыми крахмальными скатертями, словно сугробы, возвышаются на зеленом поле ковролина. Перед входом в зал — секьюрити: у них пронзительные взгляды и уоки-токи в ушах. Их нанял Джек. У англичан это принято, когда устраивают такие приемы. Гостей сверяют по списку и называют номер столика.

Возле серебряного прибора карточка с именем приглашенного и, словно балетный ансамбль, выстроенные в ряд рюмочки, фужеры, бокалы. Официанты в белых перчатках обходят гостей. Ловко орудуя щипцами, они последовательно раскладывают с подносов закуску, салаты, холодные блюда, наливают понемногу напитки.

Гости сдержанно торжественны. Это близкие и друзья Джека, получившие за несколько месяцев официальное приглашение на свадьбу в письменном виде.

Невеста с женихом (бело-черные одежды, фата и бабочка) не веселятся до упаду и совсем не пьют. Но держатся раскованно, с вежливой улыбкой на устах.

Мы с Мишей сидим с ними рядом за одним столиком. Мы единственные гости со стороны невесты. Обещали приехать ее подруги, но, видимо, не получилось.

Глядя на свое отражение в зеркалах на противоположной стене, я не узнаю себя. Будто моя бабушка в молодости на балу в кадетском училище. Волосы подобраны вверх, декольтированное, без бретелек платье на косточках. Сначала я собиралась взять платье напрокат. Но, когда мы пришли в бутик, где Александра заказывала свадебный наряд, я взглянула на ослепительное чудо и решила: «Моё». Конечно, глупо покупать платье на один выход, чтобы потом всю жизнь в шкафу висело. Да и удовольствие не из дешевых, наша с Мишей вместе взятая годовая зарплата.

— Решай сама, — вяло пробубнил муж, пожимая плечами.

Я не поленилась, забралась в примерочную и надела его. И снимать уже не хотела.

— Сидит, как влитое, только под него нужно лифчик без бретелек достать, — посетовала я.

— Что ты такое говоришь, достать? — застыдила меня Александра. Сейчас принесут.

Через минуту принесли такой лифчик, что его можно было носить отдельно без платья, тоже выглядел бы как вечерний туалет.

— Вылезай, — приказала Александра и, отдернув занавеску примерочной, заставила меня выйти и подняться на маленькое возвышение посреди зала, специально для примерки длинных нарядов. — Платье должно быть элегантным и не слишком фривольным, — поучительно заметила дочь, задумчиво приложив палец к щеке и отойдя от меня на небольшое расстояние.

Я интенсивно закивала головой в знак согласия, мысленно расставаясь с нарядом, наполовину обнажавшим мое тело.

Но моя строгая дочь не торопилась выносить приговор. Она буквально обползала меня вокруг, придирчиво осматривая каждую складочку, каждый защип, и наконец к моему удивлению, признала, что эта вещь действительно моя и что я в ней будто родилась. Затем мигом развеяла мои прагматичные сомнения:

— У тебя единственный ребенок, так?

— Да, — категорично подтвердила я.

— Выходит замуж?

— Точно, — пришлось еще раз согласиться с мудростью и последовательностью ее мышления.

— Такое событие у человека происходит раз в жизни.

— Надеюсь, — чуть с сарказмом подтвердила я, потому что в этой части не слишком большой жизненный опыт ее подвел.

— Должна соответствовать, — не обращая внимания на мою иронию, постановила Александра, и судьба нашей с мужем годовой зарплаты вмиг оказалась решенной.

И вот теперь я сижу здесь, в роскошном ресторане, рядом с Кенсингтонским королевским дворцом, в вечернем декольтированном платье, и соответствую. Соответствую событию, нарядным молодоженам и хорошо одетым гостям.

После того как подали горячие блюда, заиграл оркестр, и прилизанный молодой человек пригласил меня на танец.

— Это мой брат, — представил его Джек.

— Вероятно, младший? — уточняю я, потому что сам Джек выглядит посолиднее. Наверное, старею, раз стала пользоваться успехом у мужчин моложе себя.

Выяснилось, что брат Джека (он назвал себя его кузеном) учит русский, немного говорит, ему нужна практика. Он стал читать мне наизусть стихи Пушкина. Потом, ведя меня в медленном танце, спел несколько строчек из «Катюши». На этом его познания в русском иссякли и, теснее обняв меня, он начал недвусмысленно заглядывать в мой глубокий вырез. Я благосклонно позволяла любоваться собой.

Затем меня пригласил отец Джека. Он тоже слишком плотно прижимался к моей полуоткрытой груди и, судя по тону и выражению лица, говорил какие-то комплименты. Я пару раз поблагодарила. Кажется, впросак не попала.

Перетанцевав почти со всей мужской половиной, убедилась, что я в полном порядке и пользуюсь здесь успехом. Мой наряд сыграл в этом не последнюю роль. Было приятно хоть раз в жизни ощутить себя настоящей леди. Я была в ударе.

Миша тоже не терял времени зря. Башмаки, которые мы купили ему здесь (он, как и я, рассчитывая на холод, прибыл в теплых сапогах), скользили по паркету среди изящных английских туфелек. Дамы, как всегда, были от него в восторге. Он галантно расшаркивался, целовал ручки, а женщины дарили ему восхищенные взгляды.

Брат Джека, видимо вспомнив что-то еще по-русски, опять направился ко мне.

— «Выпьем, добрая подружка…» — снова процитировал он мне Пушкина.

— Не возражаю, — согласилась я, чем, вероятно, его немало озадачила. Такого выражения он не знал. — Йес, — повторила я и, интенсивно закивав головой, направилась к стойке бара.

Бармен колдовал над напитками. Желающих освежиться было достаточно. Образовалась небольшая очередь.