Предание Темных - Кейси Эшли Доуз

уже гораздо более твердым шагом стремится прочь. Уверена, если окликнуть его сейчас – он даже не обернется.

В комнату я захожу в крайне противоречивых чувствах. Книгу, что все это время прижимала к груди – кладу на ближайшую тумбочку, дабы не забыть завтра отдать сестре. Если она сама за ней придет первей – примирения за счет вещицы не получится.

Сажусь на кровать и устало смотрю на закрытую дверь.

Теперь уже и Влад сам не отрицает, что у него есть какая-та тайна? Причем тайна достаточно серьезная

(..но поверь, есть в мире такие истины, которые человек принять просто неспособен без фатальных последствий для себя самого..)

и видимо, сугубо личная, раз он не хочет рассказывать о ней.

Однако, ведь Локид и говорил про какую-то серьезную тайну, там, на крыше..

И если это оказалось правдой, то с чего ему лгать на счет всего остального?

-2-

Я не понимаю, что мне удалось-таки заснуть, пока не просыпаюсь от какого-то навязчивого стука.

Тук-тук-тук.

С ужасом решаю, что вновь возвратились эти стуки, как понимаю – что это обычный стук в дверь. В мою дверь.

И с каждым стуком они становятся все более настойчивыми.

Тук. Тук. Тук-тук.

– Да-да.. – мямлю – сейчас.

Я с трудом встаю с кровати и, мельком глянув в окно, замечаю, что по крайней мере гром и молнии, наконец, завершились. Однако, солнце не пришло им на смену. Как и всегда, замок окружает пейзаж тумана, сырости и серости.

Опять сложно сказать во сколько я проснулась.

Но когда открываю дверь и вижу на пороге Валентина, понимаю, что скорее всего уже очень и очень поздно. Едва ли бы дворецкий стал приходить ко мне в семь утра.

– Добрый день, мисс – смущенно бормочет он, явно чувствуя себя неловко от того, что ему пришлось меня поднять на ноги.

От меня между тем не укрывается, что он говорит «день», а не «утро».

– Кушать готов. Сегодня лиловая гостиная – на улице мокро.

Я киваю, все еще туго соображая из-за того смехотворного количества сна, а главное – его временного промежутка:

– Ага.. спасибо, Валентин. Я сейчас подойду. И.. остальные уже встали?

– Все встать, мисс. Ждать вас.

– Черт возьми – и тут, вспомнив про сделку, повторяю уже с чувством – черт возьми! Валентин, Грэдиш приезжал? Мужчина, гость?

– Гость нет, мисс. Хозяин ждать гость.

– Хорошо – облегченный вздох против воли вырывается изо рта – передай им, что я скоро буду.

Умыться и причесаться стараюсь настолько быстро, насколько это вообще возможно. Между тем, от меня не укрывается факт, что будить, почему-то, меня пришел именно дворецкий, а не кто-то из «моих», как то обычно происходило.

Что, у них слишком много дел или они так же утомились этой бессонной ночью, как и я, и их «встать и ждать вас, мисс», заключается лишь в том, что они растеклись в форме инфузорий уже не на своих кроватях, а на креслах гостиной?

Может, именно из-за бессонной ночи, а не из-за мокрой террасы, мы едим в замке? Где тепло, а главное много кресел, где можно продолжить демо-версию сна?

В любом случае, быстро все сделав, выбегаю из комнаты – лишь в последний момент заметив книгу Милли. И то, только потому, что она лежала на тумбе возле двери – как все-таки я продуманно ее сюда вчера положила. Точно бы ведь забыла!

Беру ее под мышку и выбегаю в холл.

Оборачиваюсь, на мгновение дезориентировавшись.

Так.. лиловая гостиная. Та комната, в которую Антон отвел меня в самый первый день приезда. Кажется, это.. второй этаж..

Тук. Тук-тук.

Вздрагиваю и оборачиваюсь.

У-у-у..

Теперь я уже не могу списать это на дворецкого или на стуки в дверь. Я в холле одна – и больше нет никого. Однако..

Тук-тук-тук.

Однако стуки продолжаются. И это не те стуки, которые были вызваны Валентином. Эти другие – глухие, совсем глухие, и опять будто бы..

Это те же самые стуки.

У-у-у..

Вновь подхожу к колонне, хотя совсем этого не хочу. Теперь кажется, что стуки идут именно оттуда. Приникаю к ней ухом..

Тук.

Чувствуя себя полной идиоткой, стучу в ответ.

Тук.

Пауза. После чего целая барабанная дробь, будто бы пробудившегося из-за моего стука нечто:

Тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук…

Я ошарашенно отскакиваю, но будто бы влекомая вчерашней магнитной силой, тут же притягиваюсь к колонне обратно. Прикладываюсь ухом и опять стучу.

Тук.

В ответ: У-у-у..

Чувствую, что тело вновь перестает принадлежать мне. Я будто бы наблюдаю за своими действиями со стороны. Внимательно вслушиваюсь, и вот мои пальцы вновь поднимаются и касаются холодной поверхности колонны:

Тук-тук.

– Клад ищешь?

От голоса совсем рядом я вздрагиваю и подскакиваю на месте. Резко оборачиваюсь, едва не выронив книгу из рук. Лео хохочет и чуть склоняет голову, позволяя рыжим кудрям чуть закрыть лицо:

– Доброе утро, соня – кивает на колонны – нашла что-нибудь?

– А?

На мгновение мне кажется, будто бы он тоже что-то слышал и теперь мы оба об этом знаем. Знаем, что надо – нет, не надо – просто НЕОБХОДИМО найти источник этих стуков, источник стонов, их надо найти, надо идти за ними, надо, надо, надо..

– Говорю, что искала?

Голос друга вновь служит мне эффектом ведра холодной воды на голову.

– Звуки – бормочу и киваю на колонну – там звуки.

– Звуки?

– Туки, ты не слышал?

Улыбка сходит с его лица и теперь он уже гораздо более озадаченный подходит к колонне. Убрав рыжие кудри с одной стороны, приникает ухом к поверхности. Проходит пара мгновений прежде, чем он выпрямляется и жмет плечами:

– Ничего не слышу, Джен.

Но теперь ничего не слышу уже и я.

Кажется, Лео не особо притягивают эти «звуки-не-звуки», потому что он тут же выбрасывает их из головы и вновь улыбается мне:

– Смотрю, ты сегодня выспалась лучше нас всех. Сразу заснула, как пришла?

Понимаю, что Лео считает, будто бы мы все легли спать после того, как он меня проводил. Я уже открываю рот, чтобы рассказать ему о стуках, которые заставили меня выйти из комнаты после этого, о подземелье и о Владе..

Но вдруг так же быстро рот и закрываю.

Внезапно во мне поднимается странное, резкое чувство недоверия. Словно что-то сбилось в настройках ума и я вижу Лео в кривом зеркале.

Или напротив, какая-та серая пленка слетела и теперь показывает мне его истинное, до селе тщательно сокрытое, изображение. Будто бы визуальный детектор лжи вдруг взял и прогнал всю его суть через призму правды.

Его лицо, жесты, голос – все это кажется вдруг подозрительным и фальшивым. Искусно подделанным,

(..и в делах это отлично действует, да? ну, например… по работе нужно разузнать о каком-то человеке или использовать его в своих целях..)

настолько пропитанным ложью и лицемерием, что удивительно, как я раньше могла этого не замечать.

Лео, очевидно, не придает значения и тому, что я не отвечаю на его вопрос, потому что его взгляд уже тут же скользит