Патриция Макдональд - Замужем за незнакомцем

Эмма, не выпуская из рук телефонную трубку, доковыляла до двери, посмотрела в глазок. На крыльце стоял молоденький полицейский. Она впустила его.

— Спасибо, что так быстро приехали!

— Это наша обязанность, мадам, — ответил он. — Вы считаете, что в доме есть посторонние?

— Да, наверху. Будьте осторожны. — Эмма прошла за ним в гостиную.

У лестницы полицейский включил фонарик. Сердце у Эммы готово было выпрыгнуть из груди. А когда у нее в руке зазвонил телефон, она от неожиданности вскрикнула. Нажав на кнопку, она рявкнула:

— Алло! Кто это?

— Эмма? — раздался обеспокоенный голос. — Это Берк.

— Берк… — с облегчением выдохнула Эмма. — Слава богу!

— В чем дело? Как ты там?

— У меня здесь полиция. Кто-то проник в дом.

— Где Дэвид? — спросил он.

— Дэвида нет дома.

Берк несколько мгновений молчал.

— Сейчас приеду, — сказал он.

— Спасибо, — шепнула Эмма, но он уже повесил трубку.

— Мадам! — Полицейский стоял наверху. — Окно в ванной комнате открыто.

— Как это? — удивилась Эмма. — Значит, кто-то залез в окно? Я слышала скрип.

— Здесь никого нет.

Эмма молчала. Лицо у нее пылало. Она тяжело опустилась в кресло и сказала:

— Прошу меня извинить. Я зря вас побеспокоила.

Глава седьмая

В окна на кухне Берка Хейзлера стучал дождь. Эмма сидела в удобном кресле, положив ноги на скамеечку. В руке у нее был стакан минералки. Эмма потихоньку успокоилась. Берк приехал к ней, предложил заказать ужин на дом и ждать Дэвида, но у Эммы случился приступ клаустрофобии — она готова была отправиться куда угодно, лишь бы не сидеть дома. Тогда Берк предложил оставить Дэвиду записку и поехать к нему.

— Ты уж меня извини, Берк, — сказала она. — Я как тот мальчик, который все кричал: «Волки! Волки!» У меня нервы на пределе.

— Да не волнуйся ты. Я рад, что хоть чем-то могу тебе помочь.

Берк стоял у плиты, отпивал вино и мешал в кастрюле спагетти. На соседней конфорке булькал соус. На нем был дурацкий фартук с надписью «Поцелуй повара». В кухне было тепло, Эмма приняла болеутоляющее, и ее немного клонило в сон.

— Ты совсем не похож на повара, — улыбнулась она.

Берк погляделся в никелированную лопатку.

— Почему? Потому что у меня морда бульдожья?

— Вовсе она у тебя не бульдожья. Знаешь, а я помню, как ты у меня преподавал на первом курсе. Я тогда влюбилась в тебя по уши.

— Да неужели? — изумился Берк.

— Ты был такой умный, такой загадочный. Мне казалось, что и я тебе нравлюсь, но ты соблюдаешь дистанцию между студентом и преподавателем. А потом ты стал встречаться с моей соседкой.

— Я сразу обратил на тебя внимание, Эмма. И всегда считал тебя удивительно хорошенькой.

— Да ладно тебе! С Натали я ни в какое сравнение не шла. Она была сногсшибательна.

— Я действительно считал, что преподавателям не следует близко общаться со студентами, но Натали было наплевать на правила и условности, — сказал Берк. — Когда я пытался ей что-то объяснить, это было все равно что махать красной тряпкой перед носом у быка. Для нее слова «нет» не существовало.

Эмма почувствовала легкий укол ревности.

— Так она первая обратила на тебя внимание?

— Она обрушилась на меня как лавина. Почему это тебя так удивило?

— Да просто… просто она знала, что ты мне нравишься. Я с ума по тебе сходила, — призналась Эмма.

— Знаешь, если это тебя утешит, скажу честно: за эти годы я не раз пожалел, что поддался соблазну, — вздохнул Берк.

Эмма заметила, как погрустнел ее гостеприимный хозяин. И решила сменить тему:

— Давай я хотя бы на стол накрою. А то сижу тут сиднем.

Берк снял со стены поднос и положил на стол.

— Ни в коем случае! На стол она накроет! Да тебе и из дому-то не стоило выходить.

— Я очень надеюсь, что на следующей неделе смогу выйти на работу.

— Эмма, не торопись!

— Берк, мне уже осточертело сидеть и думать о том, что случилось. К тому же проблемы моих пациентов помогут мне отвлечься от своих собственных.

— Давай обсудим это через пару дней, — твердо сказал Берк.

Берк накрыл ей на подносе, а себе на кухонном столе. И поставил перед Эммой полную тарелку. Он сел и поднял бокал.

— За твое скорейшее выздоровление, — сказал он.

Эмма поднесла стакан к губам и улыбнулась.

— Спасибо, что спас меня. Здесь, с тобой, я чувствую себя гораздо лучше.

— Ну и отлично. Ешь давай.

И они принялись за еду.

— Потрясающе вкусно! — похвалила Эмма.

Берк улыбнулся.

— А что говорит полиция? Как идет расследование? — спросил Берк.

— Адвокат посоветовал нам как можно меньше общаться с полицией. Они подозревают Дэвида.

Берк понимающе кивнул:

— Пока не нашли тело Натали, они постоянно допрашивали меня. Практически преследовали. Но тебе обязательно нужно с ними побеседовать. К тому же, когда я отдал лейтенанту Аткинс твои анонимные письма, она очень ими заинтересовалась. А еще я сказал — надеюсь, ты не будешь против, — что им непременно надо поговорить с Лайлом Девлином.

Эмма отложила вилку:

— Лайл Девлин — это отец Айви?

— Меня спросили, не угрожал ли кто тебе. Я тебе об этом не рассказывал, но после смерти Айви Девлин примчался ко мне, рвал и метал.

— Он обвинял меня? — спросила Эмма.

— Я не хотел тебя расстраивать. Ты и без того ужасно переживала.

Эмма побледнела.

— Ты одобрил мои методы лечения.

— Я этого не отрицаю. И сам говорил об этом Девлину. И все же полиции следовало об этом знать.

Эмма кивнула и снова взялась за еду, но аппетит почему-то пропал. У нее снова потекли слезы, и она стала утирать их салфеткой.

— Эмма, дорогая, извини… — сказал Берк.

Эмма покачала головой:

— Тебе не за что извиняться. Наверное, я просто очень устала. — Она посмотрела за окно, на дождь. — Надеюсь, с Дэвидом все в порядке.

— Он поехал в Нью-Йорк на машине? — спросил Берк.

— Нет, на поезде.

— Как он мог оставить тебя в таком состоянии?

— Вообще-то я была не одна. Мама наняла мне сиделку. Но я сбежала, и она, наверное, обиделась и уехала. Когда я вернулась, ее уже не было.

— Странно, — заметил Берк. — А завтра она вернется?

— Понятия не имею. Может, попросит перевести ее на другое место.

Берк озабоченно взглянул на Эмму.

— И куда же ты отправилась одна? — спросил он.

— Это довольно неприятная история… — Эмма вкратце рассказала об отвратительном свадебном подарке.

— Господи! — воскликнул Берк. — Это что, очередное послание твоего поклонника? Ты выяснила, кто это прислал?