Алена Судакова - Золотые рыбки

Любит ли она его? Да она живет им, с тех самых пор как брат предложил ей выкупить старую парикмахерскую и перепрофилировать ее в салон красоты. Сколько она прошла инстанций, вытерпела бумажной волокиты, раздала взяток! Нужно было составить бизнес-план, получить ссуду, сделать ремонт, закупить оборудование, материалы, найти квалифицированных работников! Уйма сил, времени, нервов, желания. А тут приходят два козла, и ты больше не чувствуешь себя человеком!

Еще долго после их ухода Алена не могла прийти в себя. Мимочка отпаивала ее каплями и тараторила на ухо:

— Отдай то, что они хотят!

— Это? — Алена сунула ей в нос бумажку с цифрой.

— Ой! Так много?

— Так много… — передразнила ее Алена. — Что мне делать?

— Отдать!

— Ты опять? А что потом? Им понравится, и они будут притаскиваться сюда каждую неделю — вот что будет! Ни черта не дам. Пойду в полицию.

Мимочка пыталась отговорить ее, повисла на шее, словно прощалась.

— Алена, не шути с ними, я тебя умоляю!

— И не собираюсь. Шутить с ними будут другие.

В голову пришла мысль о соседе. Он же мент!

Расчудесно! Вот пусть и спасает ее, это его прямая обязанность. Она налогоплательщик и требует защиты.

Планом Алена поделилась с Мимочкой, но та не поддержала ее.

— Где ты найдешь соседа сейчас?

— Поеду в розыск. Буду ждать, вдруг повезет. Или вечером дома. Куда он денется?

Все оказалось проще: Семен как раз вышел из ворот управления.

Он выслушал ее с серьезным выражением лица.

— Ну? — нетерпеливо подалась она вперед, едва не коснувшись его ноги коленом.

— Что?

— Что мне делать-то? — почти крикнула она Семену в лицо.

— Сухари сушить…

— Чего?..

— Деньги собирайте, — ответил он.

Алена опешила. Хорошо, что машина стояла у обочины, потому что у нее не было сил держать руль.

— Собирать деньги? Вы не будете меня спасать?

Семен усмехнулся в кулак, увидев ужас в ее широко раскрытых глазах. Она не собиралась скрывать, что боится. Очень!

— Во-первых, спасать вас буду не я. Я ловлю убийц, а они — другая песня.

Он позвонил по телефону в отдел по борьбе с организованной преступностью. Алена, замерев, вслушивалась в разговор.

— Пахомов, я тебе мою соседку подкину. Зачем? Выслушай и узнаешь. Не забудь объяснить, что ей делать. Да… Волкова Алена…

— Владимировна, — подсказала она.

— Слышал? Вот и лады. Жди, — он дал отбой, повернулся к ней. — Их придется брать с деньгами, иначе доказательств не найдешь. Поедете в управление, найдете капитана Пахомова. Он возьмет показания и все объяснит.

Алена с трудом скрыла, что разочарована поворотом событий.

— А вы? — спросила она. — Не будете ловить бандитов?

— Мне и своих хватает.

— На самом деле?

Они смотрели друг на друга. Алена вдруг подумала, что рядом с этим человеком ей становится спокойнее. Если бы не его мерзкий характер, она взглянула бы на него иначе. Пожалуй.

— Ладно, мне пора.

Он первый прервал игру в гляделки и полез из машины. У нее не было повода держать его, но и отпускать просто так не хотелось.

— Может быть, мне подождать вас?

Семен остановился, посмотрел на нее с прищуром и покачал головой.

— Я не знаю, когда освобожусь. Свидетеля надо опросить.

— Понимаю.

Алена медлила.

— Мне очень понравилась ваша мама.

Семен улыбнулся.

— Моя мама не может не нравиться, особенно если в каждой женщине видит потенциальную невесту!

— Слава богу, ко мне это не относится! — немедленно обиделась она. — Мне хватило бывшего. До сих пор отвязаться не могу. Всего хорошего!

Алена резко развернула машину и увидела в зеркале заднего вида, как Семен хмыкает вслед. Пусть не опасается, она не претендует на его свободу!

Сразу подняться к свидетельнице Семен не смог — приходил в себя на скамейке возле подъезда. Алена распалила в его душе подвядающее желание прекрасного. Иногда, увязнув в работе с головой, он забывал о женщинах. Но потом эта забывчивость возвращалась ему сторицей, как сейчас. Хотя уж на такую бабенку он не должен был реагировать! Его всегда влекло к женщинам мягким, ласковым, а эта — ты ей слово, она тебе двадцать. Ты ей снова — она драться… Но если на мгновение забыть о несносном характере, то как женщина она очень и очень симпатичная: большие зеленые глаза, аккуратный носик, ямочки на щеках и губы… Пожалуй, он попробовал бы их на вкус.

Мимо Семена прошла бабка с сумкой на колесиках, покосилась на него зло и выдавила:

— Ходят тут всякие! Чего расселся? Шел бы жрать водку к своему дому!

Семен возмутился:

— Гражданочка, вы видите у меня в руках выпивку?

— Так уже выпил, небось, да выкинул! — не сдавалась бабка. — Пошел отсюда, а то милицию звать буду.

— Во-первых, бабушка, не милицию, а полицию, — поправил Семен.

— Учить меня еще будешь! — вспыхнула та, едва не отдавив ему ноги колесами сумки.

— …а во-вторых, я и есть полиция, — Семен сунул удостоверение, и бабка тут же смягчилась:

— Ты уж извини меня, сынок. Мало ли ходят тут… А по телевизору такие страсти говорят, что спать можно только после валокордина. Недавно слух прошел, что в Москве маньяк объявился. Женщин вроде убивает. Правда?

— А вы, бабушка, не гуляйте по ночам, и все будет в порядке.

Семен помог старухе вкатить сумку в подъезд. Дальше они разошлись: Семен поехал на последний этаж, а бабуля вышла на втором.

Наиля Шебаркулова — полная моложавая женщина лет сорока — сорока пяти долго разглядывала его удостоверение, но не потому что сомневалась в нем — не знала, что говорить.

— Скажите, а это на самом деле Вероника?

— Ее опознала сестра.

Шебаркулова кивнула, пригласила Семена в комнату.

— Проходите, садитесь на диван. Хотите чаю?

— Не откажусь.

Она щелкнула кнопкой электрического чайника, нарезала лимон, подала Семену сахар и ароматный мед.

— Это мед с собственной пасеки, — сказала она. — Я живу в Москве несколько лет, а семья осталась в деревне.

Семен разглядывал обстановку: скромная мебель, старый сервант у стены, в нем фотографии юноши и девушки.

— Ваши дети?

Наиля кивнула головой.

— Как вы познакомились с Сосниной?

— Мы вместе работали. Кассирами в супермаркете. Вроде бы работа несложная, но муторная. Столько покупателей через себя за день пропустишь, гору товара проведешь, да еще будь с каждым вежливой, терпеливой. К вечеру свет в глазах меркнет. А уж если недостача… Или служба безопасности тебе провоз сделает.