Синнамон Берк - Благородная разбойница

Однако Чейз напомнил себе, что он здесь на задании, а не ради погони за удовольствиями. Он взглянул на Летнюю Луну. Она то и дело трогала Спайдера за рукав и постоянно ему улыбалась, но он мало чем показывал, что замечает ее присутствие. Чейз вдруг понял, что ни разу не видел еще чтобы тот выражал какие-то чувства и к Айвори Это тоже было важно и стоило запомнить. Молодая женщина, не привыкшая к изъявлениям привязанности, может стесняться и избегать ее, что, несомненно, сделает задачу Чейза вдвое труднее.

Оживленная дискуссия за столом потихоньку стихла, теперь все наслаждались свежим салатом. Затем было подано блюдо из риса с кокосовым соусом, переложенного отварным овощным пюре, морковью и перцем. Это было главным блюдом, но, по его просьбе, Чейзу подали отличное жареное мясо. Он отрезал небольшой кусочек, попробовал и начал медленно смаковать. Он заметил вдруг, как Айвори с ужасом смотрит на него.

— Прошу прощения, тебя шокирует, что я ем мясо? — спросил он.

— Я выросла на одних овощах, которые выращивают в наших оранжереях, и у меня вызывает внутренний протест сама мысль, что можно есть чье-то мясо. Но, пожалуйста, мое мнение не должно тебе мешать получать удовольствие.

— Не будет, — пообещал Чейз и доел мясо.

Подали также вареные овощи, но он попробовал только немного моркови и отодвинул тарелку. Ему показалось, что блюдо было неплохим, но он вполне мог обойтись и без овощей. На десерт был невероятно роскошный шоколадный торт, покрытый сверху слоем шоколадного мусса, увенчанный шоколадной же глазурью, взвитыми сливками и свежей малиной. Чейз никогда не был падок на сладости и едва прикоснулся к торту, но Айвори отдала ему должное.

В этом было что-то особенное: видеть рядом с ее губами покрытые сливками ягоды малины. Это казалось Чейзу невероятно возбуждающим. Наконец отведя глаза, он увидел, как Летняя Луна смотрит на Айвори с таким открытым презрением, что он испугался. «Неужели она ревнует?» — спросил он себя. Может быть, любовь Спайдера к единственной дочери раздражала ее? Однако Айвори продолжала есть, очевидно, не подозревая о темном угрожающем взгляде, направленном на нее. Кажется, больше никто за столом не замечал этой нескрываемой враждебности, но Чейза это глубоко обеспокоило.

После обеда Спайдер пригласил всех обратно в фойе, однако Айвори не присоединилась к остальным, а направилась к лифту. Чейз, и не подумав спрашивать разрешения у Спайдера, последовал за ней. Она вошла в лифт и медлила, выбирая, на какую кнопку нажать, и, прежде чем двери закрылись, он проскользнул вслед за ней.

— Не могу больше выносить эту импозантную компанию. Надеюсь, ты не будешь возражать, если я присоединюсь к тебе.

Айвори помнила, с какой легкостью Чейз прижал ее в угол во время прошлой их поездки на лифте, и поэтому заранее приготовилась к сопротивлению, но на этот раз он держался в стороне. Она решила все-таки не расслабляться в его присутствии.

— Ты, даже не спрашивая, знаешь, чего я хочу, а чего нет.

Двери открылись на шестом ярусе, и Айвори вышла из лифта, не оглядываясь. Может быть, она думала, что полное отсутствие интереса с ее стороны смутит Чейза, но он нагнал ее у выхода в те самые оранжереи, о которых она упоминала. Именно здесь выращивались свежие продукты для стола. В этот час обслуживающего персонала здесь уже не было, и свет был притушен до бледно-голубого, напоминающего лунный. Чейз, однако, мог разглядеть ряды баков, наполненных тихо переливающимся питательным раствором, в котором выращивались съедобные растения.

Воздух в этом огромном сельскохозяйственном крыле был влажным, и в нем чувствовался скорее не аромат плодородной земли, а тяжелый запах химикатов, но это не было неприятно. По мере того как его глаза привыкали к полумраку, Чейз следовал за Айвори через лабиринт проходов, пока они не оказались в маленьком садике, полном орхидей. Задняя стена была прозрачной, и за ней открывался такой же эффектный вид, как и в его комнате. Этот экзотический сад казался одновременно и мрачноватым, и манящим. Даже если бы Чейз знал, что попал в одно из самых любимых мест Айвори, он не смог бы заставить себя уйти и оставить ее в одиночестве, которого она, видимо, желала.

— Это был самый странный обед, на котором я когда-либо был, — начал он, надеясь приободрить ее. — Он весь был подстроен, верно? Там не было ни одного момента, который бы твой отец не запланировал заранее. Твоей жизнью он так же легко распоряжается, как и своими гостями?

Айвори облокотилась на поручень, идущий вдоль стены.

— Нет.

— Значит, ты много путешествуешь, видела что-нибудь интересное на Земле и в колониях?

— Нет, для меня слишком опасно уезжать отсюда.

— Кроме того, здесь у меня есть все, что мне нужно, чтобы чувствовать себя довольной.

Чейз придвинулся к ней:

— Мне ты кажешься не более довольной, чем Летняя Луна. Ты знаешь, что она презирает тебя?

Айвори продолжала глядеть на звезды:

— Конечно. Она не может вынести того, что мой отец любит меня, а не ее. Я не принимаю это близко к сердцу.

— С его любовницами это часто бывает.

— Как ты можешь оставаться такой спокойной? Не ужели ты не боишься, что она может навредить тебе?

— Каким образом? Она не имеет надо мной никакой власти, и она не может ничего сказать или сделать, что могло бы разрушить любовь отца ко мне.

Чейз почувствовал, что его маневр с Летней Луной не достигает цели. Он вернулся к первоначальной тактике.

— Твой отец приглашает удивительных гостей, но самого его похоже, это развлекает гораздо больше, чем тебя. Как ему удается завлечь таких уважаемых людей к себе, в свое логово?

Айвори незаметно искоса взглянула на Чейза:

— Могущественные люди умеют почти гипнотически притягивать других. Наши гости хотят понять, насколько близко они могут приблизиться к нему; их прельщает опасность, которая его окружает. Он к тому же очень щедр и покровительствует большинству гостей, которые были здесь сегодня вечером, одаряя их через престижные денежные фонды.

— А они отдают себе в этом отчет?

— Конечно, но они приходят сюда получить удовольствие от общества моего отца, а не из благодарности. Понимаешь, он по-настоящему свободный человек, это мало кому удается. Это и привлекает к нему философов и поэтов.

— Но он говорит, что для тебя слишком опасно уезжать отсюда? Он сделал из тебя пленницу, — возразил Чейз. — Ты это понимаешь?

— Ты заблуждаешься, — сказала Айвори тихо. — Он ограждает меня от тех, кто мог бы причинить мне вред, но меня никто не запирает в моей комнате.

Чейз протянул руку и провел по ее волосам. Мягкие пряди вились вокруг его пальцев, как живые.