Лина Баркли - Тени в масках

Вилма кивнула.

— И этот мерзавец, который снюхался с моей матерью, до сих пор жив. Сидит сейчас и думает, что ему сошло с рук это убийство. Еще бы! Столько лет прошло.

Вилма отвела взгляд. В ее глазах появились слезы.

— Вилма, неужели тебе не хочется, чтобы этот человек понес заслуженное наказание? Он же совершил убийство и должен ответить за него! Подумай! Моя мать была твоей лучшей подругой.

— О, Сэм!

Он едва сдерживался.

— Значит, эта интрижка никакая не ложь?

Глаза Вилмы блестели от слез и боли.

— Если хочешь, называй это интрижкой. Не знаю… Я видела их вместе только один раз. Как-то пришла к ней без предупреждения, случайно взглянула в окно и увидела, что она обнимается с другим мужчиной. Я даже разглядеть его как следует не успела: она меня заметила. Я бросилась бежать…

Пока что негусто.

— И все?

— Маргарет догнала меня и взяла с меня слово, что я никому не скажу. — Было видно, что разговор причиняет Вилме огромную боль. — В первую очередь, твоему отцу.

— И ты не стала ее ни о чем расспрашивать?

— Нет. Я узнала лишь, что она встречается с ним по понедельникам и средам.

По понедельникам и средам. Как раз по понедельникам и средам они с Синди после школы заходили к отцу в участок, ждали, пока он закончит работу, и возвращались домой вместе, когда наступал вечер.

— А… Джек знал?

Вилма покачала головой.

— Нет, не знал. Да он и не поверил бы.

— Значит, он ничего не сказал тебе об этом письме? — удивился Сэм.

— Нет, конечно. А ты думал, он мне расскажет?

Естественно. Сэм и не подозревал, что между Джеком и Вилмой могут быть тайны.

— Как ты думаешь, кто был этот мужчина? У тебя есть хоть какие-то предположения?

Она опустила голову.

— Я не стала ее расспрашивать, а сама Мэгги ничего не говорила. Да так оно, может, и к лучшему.

Просто удивительно! Он и не подозревал, что Вилма способна столько лет хранить такую ужасную тайну!

— Но как она могла так поступить? Как ты могла скрывать это от всех? — вырвалось у него.

Сэм думал, что она заплачет, думал, что в ее глазах он прочтет вину, но Вилма лишь печально смотрела на него и молчала.

— Твоя мать была счастлива, — наконец сказала она. — Такой счастливой я ее никогда не видела. А я любила ее, мне она была как сестра. Вот почему я хотела, чтобы она была счастлива.

Ушам своим не верю! Подумать только, изменять мужу! Какое уж тут счастье!

— А как же папа, мы?

— Она никогда не оставила бы ни Билла, ни вас с Синди.

— Рассказывай!

— Перестань! Она любила тебя, любила Синди, любила Билла. Она ни за что бы вас не бросила.

Сэм хмыкнул.

— Ну конечно! Поэтому и закрутила роман с другим!

— Ты ничего не понимаешь, — с жаром возразила Вилма. — От этого человека она смогла получить что-то такое, чего не получала от твоего отца.

Сэм потерял дар речи. И немудрено: нечасто такое услышишь от умудренной жизнью женщины.

— И дело тут не в сексе, — продолжала Вилма.

— Такое впечатление, что ты…

— Что я знаю об этом не понаслышке? Так оно и есть! Это случилось давно, я была еще совсем девчонкой и хотела иметь детей. Джек, как всегда, думал только о работе…

— Не хочу ничего слышать! — воскликнул Сэм. Он вскочил и едва не опрокинул чашку с кофе.

— Нет, тебе нужно это услышать. А то ты уже, похоже, считаешь свою мать потаскушкой.

Сэм покраснел, у него возникло чувство, будто он получил пощечину.

— Мне нужно лишь найти, кто ее убил. Вот и все.

Но он знал, что говорит неправду. Он считал мать идеальной. Думал, что она была счастлива в браке. Как и Вилма. Он готов был поклясться, что у них с Джеком брак, которому позавидовала бы любая пара. А оказалось, все совсем не так просто… Сэм чертыхнулся.

— Не могу прийти в себя. Кажется, знаешь человека всю жизнь, а потом…

— Что делать, — горько усмехнулась Вилма. — Все мы люди. И совершаем ошибки.

— Ты считаешь, что поступила плохо?

— Нет.

Тогда, выходит, она совершила ошибку, выйдя замуж за Джека?

— Ты думала бросить его?

Вилма ничего не ответила. Сэма словно обухом по голове ударили. Подумать только, ему и в голову не приходило, что все так серьезно…

— Что стало с тем, другим мужчиной?

— Он полюбил другую.

Сэм задумался.

— Еще неизвестно, как бы поступила моя мать. Может, она хотела нас бросить, а тот человек был против. Или наоборот, — вдруг пришло ему в голову, — возможно, он был женат, а мама угрожала рассказать обо всем его жене. Между ними произошла сцена, и он ее убил.

Сэм снова взглянул на Вилму. Скажи ему кто-то, что у нее был роман на стороне, он ни за что бы не поверил! А тут… Она сама ему во всем призналась.

И вот она сидит, обхватив кофейную чашку, будто желая согреться от леденящего холода. Ссутулилась, опустила голову, переживает, что рассказала о тайне, которую пообещала хранить всю жизнь.

— Ты не собираешься обо всем рассказать Джеку? — спросил Сэм.

Вилма даже не подняла головы.

— Он этого не переживет.

Сэм кивнул.

— Думаю, то же произошло с моим отцом. Он узнал о маминой измене и… не вынес.

Сэм почти не следил за дорогой. Ему не давали покоя детские воспоминания. Они с Синди возвращаются из школы, мать стоит у плиты. Она всегда занималась стряпней. А отец задерживался на работе допоздна. Он любил повторять: у меня нет графика, я не какая-то там канцелярская крыса.

Что же происходило по понедельникам и средам? Сэм напряг память, но так и не вспомнил, чтобы его мать вела себя в эти дни как-то иначе. Она была жизнерадостной женщиной. По понедельникам, по средам и в любой другой день.

Или это тоже была ложь?

Ему не давала покоя и мысль об отце. Ведь Билл Донован был не просто полицейским, он был отличным полицейским. Будь у него основания заподозрить неладное, он из-под земли достал бы преступника. А тут… Как он поступил бы, узнай, что жена ему изменяла?

Сэм выключил мотор, вышел из машины и, даже не оглянувшись, вошел в полицейское управление.

— Что ж ты раньше молчал? — неистовствовал Крамп. — Сказал бы сразу, что тебя интересуют Нельсоны!

Сэм тупо посмотрел на шефа полиции и закрыл дверь.

— Что, это имя тебе о чем-то говорит?

— Ты еще спрашиваешь! Черт побери, Сэм…

— Но ребенок не сын Харлана Нельсона. Прошел уже год, с тех пор как тот умер. — После того, что он услышал от Вилмы, ему меньше всего хотелось говорить о проклятом Харлане Нельсоне и о ребенке. Ему было не до того. — И вообще, при чем тут Харлан? Кому он сдался?