Эдна Барресс - Под рябиной

Казалось и Марион, и я пришли одновременно к решению взять быка за рога. Я начала, как бы извиняясь:

— Место почти убыточно, стряпчий говорит, не имеет большой ценности…

Но слова Марион:

— Конечно, этот дом — обуза, от которой не знаешь как избавиться. Стивен и я так обрадовались, когда узнали, что Рикки нашли, — опередили мои. — Но вы ведь не собираетесь продавать его прямо сейчас? Лучшее время — весна, когда маклер может заинтересоваться землей. Как ты считаешь, Стив?

«Ну же, Стив, скажи что-нибудь», — мысленно молила я его, мечтая разрядить обстановку, которая казалась мне напряженной.

Стивен ушел со своей чашкой в оранжерею и смотрел в сад. Он вернулся.

— Да, конечно, — осторожно ответил он. — Да, да.

— Бедная тетя Эмма, — продолжала я. — Все эти летние домики нарушили ее покой. Мне кажется, что я почти вижу ее иногда. — На какую-то долю секунды мне захотелось поделиться с ними своими страхами прошлой ночи, чтобы вместе посмеяться, но я не стала.

— Рикки много рассказывает о ней? — спросила Марион, сидя на краешке дивана, попивая кофе, ее тоненькая ручка цепко держала чашку.

Я покачала головой:

— Он почти ничего не помнит. — Может, настало время задать им вопросы, или еще рано? — Только обрывки — как гулял перед домом, играл в саду.

Чашка Марион неожиданно звякнула о блюдце. Я с трудом продолжала, со странным чувством, что говорю в удушливо-закрытом пространстве, будто в стеклянном шаре с колокольчиком, из которого выкачан воздух. Мой голос утонул в вакууме.

Я выдернула себя из этого идиотского образа.

— Он, кажется, был болен? Наверное, тетя Эмма от него устала и его забрали отсюда? — задала я вопрос.

— Да, — кивнула Марион. — Мы не знаем, что приключилось в конце, все произошло быстро, — она разрушила мои надежды. — После этого тетя Эмма стала вдруг еще более странной, бедняжка, и ополчилась против самых близких, знаете, как это бывает у старых.

И все же они здесь находились во время пребывания Рикки. Они столько еще могли мне рассказать. Позднее, когда мы познакомимся поближе, я буду более настойчива.

Мне стало неловко от того, что Стивен нетерпеливо и нервно расхаживал по комнате, постоянно беря вещи и предметы в руки, внимательно осматривал, затем возвращал их на место, переходя от подоконника к туалетному столику, а затем к застекленному бюро. Казалось, он хотел открыть его, но изменил решение.

Может, он, или они, хотели кое-какие мелочи или вещицы тети Эммы? Казалось, здесь нет ничего ценного, и они не так уж любили старуху. Но что мне было делать? Рикки, вероятно, сказал бы: «Возьмите, что вам нравится». Но Рикки здесь не было, а я не могла сама распоряжаться. Мне хотелось, чтобы что-нибудь отвлекло Стивена, и я чувствовала, что могу вести разговор только с Марион. Она уже начала рассказывать о своих детях: сыне Стюарте, который хотел работать на земле после сельскохозяйственного колледжа, о дочери, Шарон, умнее, чем Стюарт, которая собирается в университет, изучать фармакологию. Я разглядывала снимки, которые она мне показывала. Ничем не примечательный молодой человек, более молодая версия Стивена — но выглядел он приблизительно того же возраста, что и Рикки, это уже интереснее. Дочь унаследовала черные, умные глаза ее матери. Я почувствовала, что догадалась о причине раздражительности Марион по отношению к мужской половине семьи. Девушка выглядела веселой и почти моей ровесницей. Мое настроение улучшилось.

— Вы должны приехать навестить нас. Шарон часто дома в выходные. А ваша семья большая? Где живут ваши родители?

Я отвечала уклончиво, в общем. Впереди достаточно времени поговорить о более важном, о моих надеждах, о прошлом — прошлом Рикки. Но только когда я узнаю Марион поближе.

Стивен все еще беспокойно ходил по комнате. На секунду он задержал в руках глиняного китайского мопса — неужели он представляет собой ценность? Мне показалось, что глазурь была вся в трещинках. Марион бросила на него раздраженный взгляд. Не думаю, что ей нужны вещи тети Эммы, но ведь родственником-то был Стивен. Испуг овладел мной, пока я смотрела на него. Я не знала, как справиться с ситуацией!

— Очень рада была с вами познакомиться, и я так счастлива за вас обоих. А сейчас нам пора, да и вам нужно работать. — Марион взяла сумочку. — Возможно, через день-два мы к вам заглянем.

Я видела, как Стивен с неохотой положил пресс-папье, а легкий поцелуй Марион и ее: «Я знаю, мы будем хорошими друзьями», — просто поразили меня. В нашей семье нет привычки целовать друг друга. Наконец они ушли, и я осталась одна.

Со всех сторон я осмотрела пресс-папье. Для моих неопытных глаз — что-то вроде «привета с моря». Я окинула взглядом маленькую, заваленную вещами гостиную. Да, их прихода я никак не ожидала. А если они вновь вернутся завтра или послезавтра, и Стивен прикажет Марион спросить меня, не отдам ли я им что-либо из вещей? Что, если он не так слаб, как кажется?

Надо бы навести справки. Есть идея! Мне нужен совет стряпчего, того агента, что мы встретили. Точно, поеду сегодня. Я вытащила из сумки все для уборки квартиры: запланировано много, но сейчас я не могу ни за что взяться.

— Ну вот, так лучше, — агент — Джон, как он настоятельно просил себя называть, — указал на деревянное сиденье в кафе с видом на море. — Еще через час здесь будет много народа. Мы выбрали лучшее время. — Он улыбнулся. — Я знаю наш курорт. Чай и кусочек торта?

Настроение поднялось. Мне повезло! Он вышел из конторы, предварительно сняв с крючка плащ, не обращая внимание на явное неодобрение своей не слишком молодой секретарши: «Давайте поговорим за чашкой чая!» Да, день был хорош: он избежал на целый час скучнейшей работы и пригласил девушку на чай. Мне просто повезло, что я не мужчина. И еще я поняла, что могу доверять ему.

— Да, хорошо бы, — согласилась я. Ведь я еще не завтракала, дошло до меня только сейчас.

Джон с удовольствием поедал эклер. Надеюсь, я не выглядела жадиной, набросившись на огромный кусок датского пирога — ведь в конце концов, я ем за двоих, хотя он этого не знал!

— Как дела? — спросил Джон. — Помнится, вы должны были приехать сюда на медовый месяц, прежде чем упадет дом.

Я приняла этот дружеский, простой вопрос за приглашение начать объяснение, что мне от него нужно.

— Никак, — ответила я. — Приехала вчера и собиралась было бросить все силы на расчистку дома сегодня утром, но… — на мгновение я припомнила свои ночные страхи, но сейчас, в залитом солнцем кафе, рядом с солидным, веселым человеком, они казались смешными, да он и не был знаком с тетей Эммой, — появились двоюродные родственники Рикки.