Энн Максвелл - Тайные сестры

Под лунным светом песок казался асфальтированной дорогой. Внезапно песок стал влажным: на дне оврага протекал ручей. Кейн подождал, пока Кристи переберется через него.

– Тише, – произнес он едва слышно.

Она кивнула, и они пошли дальше, стараясь ступать как можно тише.

Откуда-то справа вдруг раздались мужские голоса. Криети похолодела, а сердце отчаянно заколотилось. Но похоже, их, слава Богу, не обнаружили.

Кейн снова схватил ее за руку, увлекая за собой.

Холодный ночной ветер обдал Кристи, и она почувствовала, что находится на высоте семи тысяч футов и воздух здесь разрежен. С трудом дыша, она еле поспевала за Кейном. Лишь через пять минут он немного замедлил шаг.

Кейн дышал часто, хотя и легко. Похоже было, что на него высота совершенно не действовала. А ведь легкие у него, вспомнила Кристи, прострелены. Конечно, он силен и вынослив, но все-таки и он не машина. Ему тоже нужно дышать.

От этой мысли Кристи вдруг стало легче. Кейн вопросительно поглядел на Кристи. Она молча улыбнулась ему, и они отправились дальше.

Через несколько минут им снова попался ручей. Кейн увлек Кристи в тень растущих над водой ив и притянул к себе. Не успела она опомниться, как он прижал губы к ее уху – так близко, что она чувствовала его горячее дыхание, – и прошептал:

– Тихо.

Кристи неподвижно стояла, прижавшись к нему, спиной ощущая холод ночи, а грудью – его разгоряченное тело. В ночной тишине она слышала лишь дыхание Кейна – и свое собственное.

К своему удивлению, Кристи обнаружила, что их уединение и близость скорее приятны ей. Казалось, в мире остались только они – она, Кристи Маккенна, и он, Эрон Кейн.

– Хорошо, – пробормотал Кейн, и они двинулись дальше.

Метров через пятьдесят, в ложбине оврага, поблескивая под лунным светом, стоял низкий открытый джип.

– Твой? – спросила Кристи.

– Твоего дружка-взломщика, – хмыкнул Кейн в ответ.

– Что?

– Это его джип.

– Он вовсе не мой дружок, – возмутилась Кристи.

– Ш-ш-ш…

– Но…

– Потом, – перебил ее Кейн.

Наконец в четверти мили от джипа, в тени ив, посеребренных луной, Кристи разглядела кузов знакомого фургона.

Кабина была высоко над землей, и Кейн осторожно подсадил Кристи и бесшумно закрыл дверь.

Мотор заводился медленно, словно нехотя. Кейн расслабился, откинувшись в кресле.

– А фары ты забыл включить? – спросила Кристи.

Он улыбнулся:

– Пока нельзя.

Кейн отлично вел машину в полной темноте. Лишь пару раз они на что-то наткнулись.

Кристи поневоле залюбовалась Кейном – сосредоточенным выражением лица, сильными руками, уверенно державшими руль.

Проехав несколько миль по дну оврага, они выехали на дорогу, которая, впрочем, оказалась не намного ровнее, чем дно оврага. Машину то и дело потряхивало на ухабах. Через милю начался еще один овраг.

Кейн так и не включил фары и не сбавил скорость. Лишь один раз, когда дорогу пересекал олень, Кейн резко нажал на тормоза.

Освещение в кабине он тоже не зажигал, поэтому огромный фургон был практически незаметен на ночной дороге.

«И этот „гробокопатель и сукин сын“ считает меня взломщицей?! – думала Кристи. – Тоже мне выискался…»

Наконец Кейн включил фары и прибавил скорость.

– Теперь мы уже в безопасности? – спросила Кристи.

– Да.

– Почему Джонни был один? – продолжала она допрос. – Или ты стоял на стреме?

– Что?

– Не притворяйся, что не понял. Я не думаю, что гости Хаттона оставляют свои машины в овраге.

Кейн усмехнулся.

– Ты не был в доме вместе с Джонни, но ты следил за домом. Ты назвал его взломщиком, стало быть, ты знал, что он делает в доме. Отсюда следует, что ты стоял на стреме.

– А из тебя получится неплохой сыщик. – Стараюсь.

– И много ты времени проводишь с грабителями и убийцами?

Он спросил это так спокойно, что Кристи сначала не поняла вопроса.

– Мужчина, которого ты считаешь грабителем и убийцей, похоже, не очень-то тебя пугает.

«Понятно, значит, тогда, в музее, он заметил, что я подслушиваю его разговор с Вероникой».

– Стало быть, – продолжал Кейн, – одно из двух: либо тебе нравится секс с убийцами, либо тебе не терпится залезть к убийце в штаны, чтобы узнать, чем он отличается от других.

Кейн говорил совершенно спокойно, тем сильнее было оскорбление.

– Останови машину! – потребовала Кристи.

Кейн не обратил внимания на ее слова.

Она потянулась к ручке двери.

Кейн нажал какую-то кнопку, и замок защелкнулся.

– Выпусти меня!

Голос ее выдавал страх, но она не могла ничего с собой поделать. Кристи действительно не на шутку испугалась.

– Машина идет на большой скорости, и если ты выпрыгнешь на ходу, то сломаешь свою нежную шейку. К тому же тебе вовсе нет необходимости рисковать головой. Я уже сказал: я тебя не трону.

– Пошел ты к черту!

– Я там был, крошка.

Кристи была уверена: он ее не тронет. Но от этого ей не было легче.

– Что тебе от меня нужно? – враждебно спросила она.

– Я спас твою задницу. Не кажется ли тебе, что ты теперь предо мной в долгу?

– И за это я должна ложиться с тобой в постель?

– Мне нужна кое-какая информация, – резко перебил Кейн. – А не секс. Господи, почему каждая женщина так уверена, что все мужики только и мечтают, как бы затащить ее в постель?!

– Потому что это действительно так, – буркнула Кристи.

– Не всегда.

– Ерунда.

Кейн неожиданно рассмеялся:

– Расслабься, крошка. Со мной ты можешь чувствовать себя в безопасности.

– Неужели я выгляжу уж совсем дурочкой? – огрызнулась Кристи.

– Если бы я хотел тебя изнасиловать, я бы сделал это сразу, тогда, когда ты лежала подо мной. Честно говоря, ты меня тогда здорово возбуждала.

Эта грубая откровенность вдруг вызвала у Кристи приступ гомерического смеха. Она хохотала как сумасшедшая и остановилась лишь тогда, когда совершенно обессилела.

– Ты к этому не привыкла? – спросил Кейн через некоторое время.

– К чему?

– К адреналину, – спокойно пояснил он. – Когда побегаешь как следует, сначала становишься чертовски раздражительной. А потом, когда отходишь, чувствуешь себя так, словно по тебе проехал огромный грузовик.

Кристи глубоко вздохнула:

– Ну, до этого я еще не дошла.

– Подожди, скоро дойдешь.

Ночь становилась все холоднее. Фургон съехал с плато в огромный каньон. Эти места казались Кристи знакомыми, и через несколько минут она поняла, что подъезжает к Ремингтону, только с другой стороны. Огни большого города, мерцавшие вдали среди кромешной темноты, казались стайкой светлячков.

Проехав несколько миль по направлению к огням, Кейн неожиданно свернул с главного шоссе на узкую дорогу, посыпанную гравием. Впереди чернел еловый лес, сливавшийся в темноте с горными хребтами на горизонте.