Виктория Угрюмова - Стеклянный ключ

Борис с изменившимся лицом выбрался из машины, и она неспешно тронулась с места.

Недовольный Мишка пытался увести Андрея, который честно ликвидировал аварию. Он настойчиво тянул его за рукав ко входной двери.

— Пойдем-пойдем, а то клевого сантехника ребятки нашли. И ты тоже ведешь себя как мальчик за три сольдо. — Тут он поймал ледяной взгляд друга и примирительно забормотал: — Прости, прости. Я имел в виду, что с голоду с тобой не умрешь: в случае чего пойдем в слесари-водопроводчики.

Андрей очень приветливо улыбнулся:

— А я никуда не пойду. Я еще не посмотрел все комнаты.

— Зачем смотреть? Невооруженным взглядом видно, что этот кошмар можно продавать только Саддаму Хусейну! Как справедливую кару за преступления против человечности.

— Ты опять спешишь.

— Только не говори мне, что собираешься вкатить бабки в эту развалюху. Поучаствовал в спектакле, поразвлекался — и будет. Тут один ремонт на хорошую хату потянет, причем хату без головной боли. А искать хлопот на свою… — Тут он подозрительно оглядел товарища с ног до головы. — Или тебя этот пистолет Тэтэ заинтересовала? Не верю.

— Станиславский? — поднял бровь Андрей.

— Станиславский не Станиславский, — не сдавался Мишка, который, впрочем, плохо помнил, что это еще за деятель. Кажется, в Москве клиника была такая? — А что она Маринке в подметки не годится, понимаю. Ты видел, как она с мужиком своим обращается? Вот лично тебе такое нужно? Ты со своей мистикой доиграешься однажды — копаться в вонючей ванной из-за паршивого енота.

Он немного перегнул палку и тут же пожалел об этом. Кто-кто, а уж он хорошо знал, как реагирует Андрей на неприятные ему вещи. Он не жалел никого: ни друзей, ни родителей, требуя от всех в равной степени уважения и соблюдения правил приличия.

«Дурак я, дурак! — зло подумал Михаил. — Мирись с ним потом, и еще неизвестно, сколько он будет помнить. Черт, как же надоело, как же смертельно это все надоело!»

Андрей между тем очень спокойным тоном начальника уже не попросил, но приказал:

— Мишаня, давай-ка в контору и займись делами. У тебя их накопилось довольно много. Слишком много для того, чтобы со спокойной совестью считаться младшим компаньоном фирмы. Столько проколов может себе позволить только обычный клерк. А я, с твоего позволения, уж сам решу, как потратить свои деньги.

— Ты поосторожнее — не свихнись, как все эти пассажиры. По ним же Кирилловская рыдает горючими слезьми. По всем — и оптом, и в розницу. И по ней первой: в ее возрасте нормальные бабы бриллианты носят, а не енотов! А если енотов, то в виде шубы!

Он скрылся за дверью.

Снова посыпалась на голову штукатурка, и наверху загудел и затарахтел какой-то очередной инструмент.

Капа подошла к Андрею и вежливо кашлянула за его спиной. Тот только что не подпрыгнул.

— Пойдемте, спаситель, попьем кофейку. Наша Тэтэ пирожков утром напекла с вишневым вареньем — еще свежие. Квартиру вы, конечно, покупать не станете, да мы и не продадим, как вы верно заметили; но мы вам обязаны жизнью. Геночка однажды нас всех утопит, а сам останется новым скорбящим Ноем. Уверяю вас. А знаете, сегодня мне снилась цыганка — красавица ослепительная, в юбке лукового цвета, с гроздью монист. И говорит мне: «Капитолина, будущее твое в скором времени изменится». Я ей отвечаю: — «Давно уж пора помереть». А она ладошкой помахала и отвечает с некоторой досадой: «Ах! Да я же не об этом!» И открою вам тайну: снится она нам исключительно к важным событиям.

И молодой человек не осмелился спросить, кому это — «нам».

За кофе и пирожками, которое оказались необычайно вкусны, Андрей снова завел неспешную беседу:

— Не поймите меня превратно, но я хотел бы еще раз уточнить, кто будет представлять всех владельцев в том случае, если я буду покупать вашу квартиру? С кем вести переговоры?

— Молодой человек! — воскликнул Аркадий Аполлинариевич. — Ну зачем вам нужно взваливать на себя такую тяжкую ношу? Это же не квартира, а страх Господень. Сущее наказание. Вы картины пишете?

— Пока нет.

— Вот видите! Так что ходить в Мариинский парк с мольбертом не станете — вы же занятой человек. Вам нужно вложить деньги разумно, с толком. А здесь один ремонт встанет в такую кругленькую сумму, что оторопь берет. Поверьте мне, я закончил Академию архитектуры и прослужил по этому ведомству сорок пять лет. И уж приблизительную смету составить мне — раз плюнуть.

— Я отдаю себе отчет в том, что возникнут определенные трудности. Но меня они не пугают. То, что легко дается, — дешево ценится.

Текст, в целом обычный и вполне разумный, Андрей адресовал отчего-то не художнику, но Тото, глядя ей прямо в глаза. При этом он краснел и волновался, а она снова представилась ему бессмертной нимфой, которая пережила на своем веку столько людей и видела столько событий, что ее уже ничто не удивляет.

— Молодость! — мечтательно наклонилась Капа к сестре. — Когда я сбегала из дому со своим третьим мужем, меня тоже не пугали трудности. Теперь-то я бы не рискнула вылазить из чердачного окна.

Липа многозначительно поглядела на нее через лорнет.

— Давешний случай не в счет, — слегка смутилась Капитолина. — У нас первый этаж, к тому же это так романтично.

— Позвольте пригласить вас в какое-нибудь заведение неподалеку, чтобы там спокойно обсудить детали. Я ведь верно понимаю ситуацию, делами здесь занимаетесь вы? — немного церемонно спросил молодой человек.

— Пожалуй, я делаю это скучнее, чем остальные, — хихикнула она. — У меня размах пока не тот.

— Согласен поскучать с вами.

— Тогда поехали. Рукой махнуть надо?

Она оглянулась напоследок. Старушенции дружно показывали ей поднятый вверх большой палец.

Они вышли у «Каффы», и молодой человек пребывал в полной уверенности, что делает своей спутнице приятный сюрприз. Если он и казался снобом, то самую малость и, особенно в данной ситуации, не был склонен судить о людях по их достатку. Но даже поверхностный взгляд, брошенный в старой коммунальной квартире, многое сказал. Конечно, Татьяна печет прекрасные булочки, а очаровательные и озорные дамы варят чуть ли не лучший кофе из всех, что он когда-либо пробовал. Но, согласитесь, есть своя прелесть и в изысканных кафе, где дымящийся напиток вам подают в маленьких белых кофейничках и к нему — сливки в крохотном сливочнике. И чтобы меню было разнообразное: кофе по-мексикански, по-бразильски, по-ирландски; с кардамоном, гвоздикой, перцем, виски или шоколадом. И резные табуреты, и стены сплошь в стилизованной наскальной живописи и слоновых бивнях. И всего три столика в верхнем этаже — очень далеко один от другого, чтобы никто не мешал приятной беседе. Да пальмовые циновки, да проворная вежливая обслуга.