Ольга Погодина-Кузьмина - Власть мертвых

Ознакомительный фрагмент

Георгий невольно отметил, что фигура у него по-прежнему отличная – ни капли жира, только мускулы, облегающие по-кошачьи гибкий костяк.

Эрнест подошел и отвлек его. Сказал что-то ободряющее, снова крепко пожал руку, поблескивая очками. Максим попрощался и уехал.

Дальнейшие события развивались спонтанно и стремительно. Георгий все время с кем-то чокался и пил за свое возвращение, и ему снова было странно и хорошо. Затем он как-то внезапно обнаружил себя сидящим в кухне на диване в обнимку с Казимиром; Эрнест разливал по рюмкам водку, а Марков, очень трезвый с виду, говорил:

– Дела семейные ты знаешь… У Эрика еще один пацан родился, почти четыре кило. Моя старшая замуж выскочила, тоже ждем прибавления. Марьяна в Москве, в Управлении госимуществом, пошла по административной линии, но кусок бизнеса за ней. А Максим твой – молодец, правильный парень. Вырос крепкий хозяйственник. Никто не ожидал, что потянет, а он, видишь, взялся и пошел.

– Можно сказать, полетел, – добавил Казимир.

– И ты, Измайлов, знай, что всегда можешь на него положиться, как на самого себя, а на тебя положиться можно, потому что ты мужик. У тебя же все впереди! Плевать на потери, как будто мы не заработаем! Главное – здоровье. Все же при тебе – и красавец, и герой, и сидел…

– Понюхал жизни, – улыбнулся Эрик.

Георгий согласно кивнул.

– Это да. Нанюхался до тошноты.

– Ничего, теперь мы снова вместе. Мушкетеры! Но пасаран! – Марков погрозил кулаком невидимым врагам. – На днях к Василевскому поедем.

– К маршалу? – спросил Георгий, сквозь туман припоминая, что уже не впервые за последний месяц слышит это имя.

– Точно, к маршалу! – чему-то обрадовался Марков.

– Это наш партнер новый. Знакомить будем, – пояснил Казимир.

– Он тебя ждет с распростертыми объятиями. Там такие контакты наверху, посмотришь – шапка упадет! А дом какой на Вуоксе! Красотища, места, рыбалка, шашлыки… Контингент нам обеспечат, отдохнешь, отоспишься. Там и обсудим, каким щенкам хвосты купировать, а кого в парашу с головой.

– Да у меня-то список готов, – заявил Георгий, сосредоточенно пытаясь не промахнуться сигаретой мимо пепельницы.

– И как же я люблю тебя, Измайлов, душа моя! – воскликнул Саша. – И как же я рад…

Они снова обнялись, и Марков поцеловал его – даже, кажется, взасос. Это было последним сколько-нибудь связным воспоминанием.

Георгий вынырнул из сновидения в семь утра, как просыпался изо дня в день в течение двух последних лет, и еще в полусне ощутил присутствие рядом чужого горячего тела. Чуткий зверь, живущий теперь внутри него, быстро и бесшумно соскочил с постели. Но тут же затылок сдавила похмельная боль, и ясно вспомнилось вчерашнее: тюремные коридоры, душный зал, стеклянная загородка, шевелящиеся губы судьи, свобода.

На его кровати, в скомканных простынях, застывшим кадром из артхаусного фильма светились в полутьме обнаженные плечи, сплетенные руки. Похмельное сознание постепенно восстанавливало сцены вечеринки, закончившейся в обнимку с компаньонами. Каким образом в его спальню попал Юра Кошелюк со своей красивой женой, Георгий так и не вспомнил.

Он вышел в кухню, жадно выпил воды, взял из гардеробной одеяло и подушку, постелил себе на диване в кабинете. Лег и уснул так быстро и крепко, как не засыпал уже много недель.

Разбудил его Юра. Парень стоял посреди комнаты голый по пояс и босой, в облегающих кожаных штанах, с массивным золотым крестом на шее. Глядя на него, Георгий подумал о мускулистом теле выдры с удлиненным туловищем и крепкими лапами.

– Тебе тут телефоны оборвали – и Марков, и Макс. Дорошевский спрашивал, как мы… Как мы?

– Отлично, – бодро отозвался Георгий, смаргивая сон, отлично представляя, какой помятой и несвежей выглядит с похмелья его небритая физиономия.

– Тогда почему ушел? – спросил Юра с полуулыбкой, сощурив свои пустые наглые глаза.

– Наверное, отвык от дамского общества.

Юра коротко хохотнул.

– Она как раз в ванной. Плещется как утка. Это на полчаса, минимум…

– Вот как?

Георгию не хотелось вставать перед ним нагишом, и он сперва накинул халат, а потом уже выпутался из простыни.

– Ну да. – Юра взялся обеими руками за косяк двери, показывая, что не намерен выпускать его из комнаты.

– Вы уже позавтракали? – спросил Георгий в меру дружелюбно.

– Нет, ждали тебя. Аля все приготовила. А ты вчера заснул на самом интересном месте… Нет желания закончить начатое? – спросил парень уже без обиняков.

– Есть желание выпить холодного пива, – ответил Георгий Максимович. – Если, конечно, мой трезвенник сын догадался позаботиться об этом.

В кухне он оглядел накрытый к завтраку стол – три тарелки, три прибора, кувшин сока, бутерброды, салат. Часть грязной посуды, оставшейся после вечеринки, была вымыта, часть – аккуратно уложена в посудомоечную машину. Два черных мусорных мешка, плотно завязанные, стояли на полу у раковины.

– Спасибо, но это напрасно, – поморщился Георгий. – Должна прийти домработница… Ты, кстати, давай-ка, оденься. Не будем нарушать душевного спокойствия пожилой женщины.

– Мы подумали – ты встанешь, а тут бардак… Хочется же, чтобы все было чисто.

«Да, хочется», – подумал Георгий с похмельной скукой. Достал из холодильника бутылку пива, которым все же догадались запастись организаторы вечеринки.

Юра не оставлял попыток соединить провода так и не наладившегося контакта.

– Алька вообще хозяйственный товарищ, готовит как ни в одном ресторане, надо тебя к нам на манты-хинкали. Посмотришь квартиру, недавно купили по ипотеке, еще не обставили, зато спальное место – круче не бывает. Знаешь, что можно устроить на круглой кровати?..

– Что, например?

Хлопнула дверь ванной, раскосая красавица явилась на пороге, и Георгий будто с размаху наступил пяткой на торчащий гвоздь: девушка накинула вместо халатика чужую пижамную куртку с корабликами и якорями. Всплывая гондолой недопроявленного фотоснимка, в памяти Георгия рассвело давнишнее утро: выходной, он встал, открыл шторы и впустил нежданное зимнее солнце. Игорь еще спит, раскинувшись, и край пижамы сбился, обнажая загорелый живот и светлую полоску над резинкой.

Девушка улыбнулась, откидывая назад тяжелые длинные волосы.

– Доброе утро. Я не очень долго? Можно мне тоже пива?

– Конечно, – ответил Георгий не сразу. – Завтракайте, мне нужно сделать пару важных звонков… Я прощаюсь, дверь можно просто захлопнуть.

Он прошел через прихожую, через гостиную, еще украшенную обвисшими гирляндами, оказался в спальне. Выйдя на балкон, окинул взглядом перспективу фасадов и мостов, разлив реки, сияющие на солнце шпили. Вспомнил, как много лет назад впервые поднялся на эту высоту, чувствуя себя полководцем, у ног которого распростерт покоренный город.