Следуй за мной (СИ) - Юлия Николаевна Николаева

не буду. Но я же не просто так приехал.

Я уставилась на него.

— Ты хочешь заняться сексом? Здесь?

— Почему бы и нет.

— Это безумие.

— Все происходящее безумие. Иди ко мне.

Он притянул и начал целовать, а я поддалась, решив, что так будет лучше. Через полчаса, приведя себя в надлежащий вид, поинтересовалась:

— Я могу идти?

— Знаешь, что меня больше всего поражает? Несмотря на весь цинизм ситуации, ты трахаешься с удовольствием, а не с презрением.

— Это всего лишь секс.

— Вот именно. И я тебе нужен только для секса, потому ты и не паришься.

— Завязывай уже. Поздно и холодно, я хочу домой.

— Я бы тоже где-нибудь заночевал.

— Вызывай такси и возвращайся в город.

— Шутишь? Кажется, у вас на участке есть баня?

— Даже не думай. Это слишком опасно.

— Не переживай, я уйду рано.

Пришлось согласиться. Мы вместе дошли до участка. Бросив взгляд на окна и никого не приметив, я пропустила Сережу, он скрылся в бане, благо, она была почти возле калитки. Быстро я прошла в дом, там стояла тишина, в гостиной горела настенная лампа, кидая на пол тусклый свет.

Усевшись на диван, я откинула голову на спинку и выдохнула. Происходящее напоминало дурдом в крайней его степени. Ладно, главное, выдержать завтра еще несколько часов, и мы вернемся в город. Я прилегла и стала рассматривать потолок, размышляя о происходящем. Не заметив как, заснула.

Проснувшись, обнаружила, что накрыта пледом, за окнами уже светло. Лампа выключена, а из кухни раздавались звуки и летели запахи. Значит, кто-то встал и готовит завтрак. Как мило. Этим кем-то оказался Поленов. На плите жарилась яичница, сам он строгал салат.

— Доброе утро, красотка, — улыбнулся мне, — как спалось в одиночестве?

— Это ты меня накрыл?

— Да. Спустился, смотрю, ты спишь, свернувшись в комочек. По ночам тут еще прохладно. Кофе хочешь?

— С удовольствием.

Я присела на стул, Дима налил кофе, но не отдал, а нагнулся ко мне.

— Кофе за поцелуй, — улыбнулся заговорщицки. Закатив глаза, я чмокнула его в лоб, он рассмеялся.

— Ты всех по утрам целуешь или только избранных? — раздался голос.

Глава 12

Повернувшись, мы увидели Красовицкого, идущего по гостиной в нашу сторону. Дима выпрямился и подал мне кружку.

— Хорошо смотритесь, — заметил Данила, усаживаясь за стол рядом со мной.

— Увы, сердце ее отдано другому, — хмыкнул Поленов, Красовицкий усмехнулся, разглядывая меня.

Тут появился и Рома, увидев нас втроем, тоже усмехнулся.

— Королева и ее фавориты, — съязвил, не удержавшись. Мужчины нисколько не обиделись.

— Завтрак готов, — возвестил Поленов, ставя на стол сковороду с яичницей, — налетайте.

— Может, разбудить Женю? — высказала я мысль.

Быстро поднявшись по лестнице, зашла в комнату. Женя спал, лежа на боку и укрывшись простыней. Я села рядом и погладила его по щеке. Она была холодная, и вообще вид у Жени был слишком бледный.

Потянула его за плечо, переворачивая, и от ужаса закричала, вскочив: в груди его, чуть левее центра, торчал нож, воткнутый по самую рукоятку, кровать залита кровью. Женя был мертв, в этом не было никаких сомнений.

Я пулей спустилась вниз, увидев в гостиной взволнованных мужчин. Не успели они спросить, что случилось, как распахнулась входная дверь и ворвался Сережа. На него посмотрели с крайним удивлением, я, плохо соображая, вообще не обратила внимания.

— Женя… умер, — пробормотала и грохнулась в обморок.

В себя пришла минут через десять. Сидела на диване, клацая зубами. Мужчины, уже выяснив ситуацию, вернулись вниз. Мы все разместились в гостиной: Сережа слева от меня на диване, Красовицкий справа, Рома и Поленов в креслах напротив.

Кто такой Сережа, они уже выяснили, лишив меня сомнительной радости объяснять, что к чему. Уважения ко мне сей факт не прибавил.

— Итак, — высказался Поленов, — что будем делать?

— Что значит, что будем делать? — уставилась я на него. — Вызывать полицию.

— Уверена?

— То есть?

— Не хочу кого-либо обвинять, но… Ситуация любопытная. Женя убит кухонным ножом, и теоретически это мог сделать любой из нас.

— Ты в своем уме? Считаешь, что убийца сейчас здесь?

— А что? — вклинился Рома, разглядывая меня. — Хорошая версия. Давайте подумаем, кому может быть выгодна смерть отца. Например, что получаешь ты, Лиза?

Я посмотрела на него негодующе.

— Понимаю, куда ты клонишь, но не дождешься. Я его не убивала.

Рома пожал плечами.

— Повод у тебя явно есть. Если нет завещания, ты получишь половину всех его денег. Узнав об измене, он мог оставить тебя ни с чем. Вот ты и перестраховалась.

— Ты тоже получишь половину, так что повод и у тебя есть.

— Но у меня нет отвращающего от себя фактора.

— Женя мог оставить тебя с носом, а тебе деньги явно нужны. Музыканты много не зарабатывают.

— Ребята, успокойтесь, — вмешался Красовицкий, — давайте рассуждать по-деловому. Что мы имеем: у вас обоих есть повод.

— Считаешь, я могу убить человека? — повернулась я к нему.

— Необязательно сама, — влез снова Рома, бросив взгляд на Сережу.

— Эй, — высказался тот, — я тут ни при чем.

— Откуда ты вообще взялся? — поинтересовался Поленов.

— Приехал вчера на электричке. Это легко отследить. До Сосново доехал на автобусе. Ждал Лизу за домом на поляне.

— Так вы встречались?

— Ночью, когда все уснули.

Мужчины одновременно усмехнулись, бросая на меня взгляды, я вспыхнула.

— В какое время? — задал вопрос Красовицкий.

— Около часа. Мы пробыли на поляне минут сорок, потом я пошел ночевать в баню, а Лиза вернулась домой.

— Да это бред, — разозлилась я. — Сережа не мог убить, это просто глупо. Он звонил мне вечером, он приехал на электричке, остался до утра, какой в этом смысл, если мы замыслили убийство?

— Ладно, — согласился Данила, переводя взгляд на Поленова. — У тебя есть мотив?

Дима усмехнулся.

— В какой-то степени есть. У меня сорок процентов акций, у Жени было шестьдесят. После его смерти акции делятся пополам между наследниками, если я правильно понимаю? Таким образом, я получаю решающий голос.

— В любом случае очаровать нашу красавицу, если она получит весь пакет, ты сможешь, — усмехнулся Красовицкий, — дела вести она не умеет, так что… Понятно.

— Что о себе скажешь? — поинтересовался Поленов.

— У меня ни мотива, ни интересов. Я хотел, чтобы Романов вложился в меня, заиметь хорошие связи благодаря ему. Так что его смерть мне невыгодна.

— Или, — не согласился Дима, — после Жениной смерти ты воздействуешь на вдову, примерно, как говорил обо мне, и получишь, что хотел.

— Прекратите, — не выдержала я, вставая и шествуя к сумке за телефоном, — все это омерзительно. Я вызываю полицию.

— А если на ноже твои отпечатки? — задал