Розы красные (ЛП) - Мюррелл Алексис

— Да, моя семья очень ценит нашу культуру и историю. Мы гордимся этим и любим показывать это любым доступным нам способом. На самом деле, это было желание моего отца перед смертью. Он все спланировал, это был его способ оставить след нашей семьи в Америке.

— Погоди, так это не из-за тебя здание было построено вверх дном?

— Нет, так хотел мой отец. Он думал, что так он будет выделяться на фоне других ресторанов, — признался он, пожимая плечами. — Я думал по-другому, но он не слушал.

— По-моему, «Дельфино» выглядит великолепно. Может быть, твой отец прав, — подразниваю я.

Он качает головой и смеется.

— Будь он здесь, он бы с удовольствием послушал, что ты ему скажешь.

Улыбаясь, я беру его за руку. Мне нравится видеть его таким открытым.

— Знаешь что? Тебе правда следует брать больше отпусков, а не переутомляться. Мне нравится, что ты такой спокойный и игривый.

— Теперь у меня есть оправдание, чтобы так усердно не работать, — улыбается он.

— Мы должны делать это чаще.

Он хватает стакан с водой и тянется к моей руке, потирая костяшки пальцев.

— Мне придется согласиться.

~

Глядя в зеркало, я снимаю макияж и переодеваюсь во что-нибудь более удобное. Мы с Эйденом хотим посидеть допоздна, чтобы провести больше времени вместе до отъезда рано утром домой.

Переодеваясь, я слышу тихую музыку. Просунув голову под майку, я заглядываю в коридор, прислушиваясь, а затем следую на звук. Я натыкаюсь на кабинет, который совмещен с библиотекой. Когда я провожу рукой по книгам на полке, мне бросается в глаза парочка знакомых, некоторые я читала в колледже. Я поднимаюсь по винтовой лестнице и замечаю Эйдена, играющего на пианино. Он не слышит, как я подхожу к нему сзади.

Я наблюдаю, как его пальцы быстро скользят по клавишам. Не понимаю, какую музыку он играет, но он так поглощен, что я не хочу его прерывать.

На столе стоит фотография, и я наклоняюсь, чтобы рассмотреть ее поближе. Снимок сделан крупным планом. В нем я вижу женщину, держащую дюжину роз, улыбающуюся и смотрящую на мужчину, обнимающего ее за талию. Видно, что она по уши влюблена в него. Что касается мужчины, то он прислонился к каменной стене с сигарой во рту. Он не так счастлив, как она. У него безэмоциональное лицо. На снимке оба выглядят молодыми. Однако нельзя сказать, что они оба влюблены. Она выглядит более заинтересованной в нем, чем он в ней.

— Это мои родители.

Я оглядываюсь и вижу, что Эйден перестал играть на пианино. Он закрывает крышку и поворачивается на скамейке, чтобы лучше видеть меня.

Я смотрю на фотографию, потом снова на него. Видно сходство между ним и его родителями. У Эйдена черты отца, но цвет глаз он унаследовал от мамы.

— Ты похож на своего отца, но у тебя глаза матери, — взяв фотографию с собой, я подхожу и сажусь рядом с ним на скамейку.

— Мама также говорила. Она говорила, это единственное, что я получил от нее, — он берет фотографию из моих рук и проводит пальцами по стеклу, касаясь только матери.

Я кладу голову ему на плечо.

— Она тоже любила розы. Поэтому ты их даришь мне?

— Это одна из причин. Мой отец, когда познакомился с матерью, постоянно дарил их ей. Он сказал, что это был его способ показать ей свою любовь, — он кладет картину на рояль, встает и подходит к окну, прислоняется к нему и смотрит на меня. — Я думал, что они тебе понравятся, ну и конечно хотел повторять за папой. И ты для меня особенная. Розами я хочу показать тебе, что чувствую. Роза может говорить громче слов. Когда я даю тебе розу, я показываю себя.

Я вижу красивого мужчину, веселого, милого и заботливого. У него могут быть недостатки, но у кого их нет?

Мне кажется, роза прекрасно олицетворяет его.

— Я понимаю тебя, — заявляю я.

Он стоит и смотрит на меня. Похоже, он не слишком уверен, что я говорю ему правду.

— Значит, все будет хорошо.

Я снова смотрю на фотографию его родителей.

— Расскажешь, что с ними случилось?

Он вздыхает, засовывая руки в карманы.

— Мама умерла ни с того ни с сего. Однажды я вошел в ее спальню, чтобы разбудить ее, но она не проснулась. Я побежала к отцу, он заставил меня остаться с няней. Мама умерла от сердечного приступа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— О, мне так жаль…

— Да, ни одному ребенку не пожелаешь найти своего родителя мертвым в постели. Кошмары потом все время преследуют по ночам.

— Не представляю, что со мной было бы, если бы я нашла своего отца, — пробормотал я.

— А что с ним случилось? — спросил он.

Я встаю и прохожу по комнате.

— Мой отец узнал, что у него рак четвертой стадии, когда я училась в школе, но я узнала об этом только после выпуска. Он не хотел, чтобы я знала, иначе я бы не готовилась к экзаменам. Он обещал дожить пот крайней мере до окончания, и он это сделал, — я стою рядом с Эйденом. — А что случилось с твоим отцом?

— Это было загадкой, которую так и не удалось раскрыть. Он погиб в автомобильной катастрофе. Позвонил мне и сказал, что едет домой. Полиция утверждает, что его сбили с дороги. Они не смогли выяснить, подрезали его или он увидел животное и попытался свернуть с дороги. Он врезался в дерево.

Я задыхаюсь, закрывая рот рукой.

— Ты серьезно? Это безумие, — я хватаю его и обнимаю за талию. — Мне очень жаль.

Он вздыхает.

— Все в порядке. Мы не живем вечно.

Я придумываю что-нибудь еще, чтобы сменить тему. Разговоры о смерти родителей делают ауру в комнате мрачной, и это одна из причин, почему я не говорю о смерти. Это слишком печальная тема для разговора.

— Я не знала, что ты умеешь играть, — я киваю в сторону пианино.

Он оглядывается через плечо, затем снова поворачивается и смотрит на свои руки.

— Я играю с самого детства. Помогает очистить голову, когда нужно подумать.

— Будешь играть для меня?

Он целует меня в лоб.

— Для тебя да. Думаю, тебе понравится то, что я обычно играл перед сном. Почему бы тебе не прилечь на диван?

— Пытаешься меня усыпить? — говорю я, устраиваясь поудобнее на диване.

— Может быть, — он одаривает меня дразнящей улыбкой.

Эйден открывает пианино и начинает играть медленное попурри. Это песня, которая точно может усыпить меня за считанные секунды. Пока он играет, я чувствую, что засыпаю. Время от времени он оглядывается, чтобы проверить, как я, а потом возвращается к музыке. Где-то в середине песни я действительно засыпаю, Эйден подходит и поднимает меня, чтобы отнести в комнату.

— Я могу сама, — шепчу я.

— Нет, я лучше понесу тебя, — он входит в мою спальню и укладывает меня. — Мы уезжаем через пару часов, спи.

— Ладно, спокойной ночи.

Он встает и идет к двери.

— Спокойной ночи.

~

— Чудесные выходные.

Мы возвращаемся в Чикаго ночью. Хотя улетели из Италии рано утром.

— Согласен. Обязательно уедем куда-нибудь еще раз. Я всегда могу найти хороший предлог, чтобы уйти с работы, — говорит он мне.

Я смеюсь, когда мы садимся в машину.

Эйден хотел, чтобы я вернулась к нему домой, но я сказала, что мне нужно к себе, и что мы можем встретиться позже на этой неделе, когда он не будет слишком занят. Но когда мы сворачиваем на мою улицу, я вижу, как в воздух поднимается дым. Две полицейские машины проносятся мимо нас, останавливаясь перед домом в конце улицы, что заставляет меня нервничать.

Я опускаю окно и высовываю голову, чтобы получше разглядеть, перед чьим домом они остановились. Когда мы подъезжаем ближе, я вижу пожарную машину и скорую помощь на улице. Люди выходят из своих домов, пытаясь выяснить, что происходит. Охранник, везущий нас домой, притормаживает.

— Что происходит? Почему мы замедляемся? — спрашивает Эйден.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Сэр, кажется, там горит дом, где живет мисс, — отвечает водитель.

Мы объезжаем машины и медленно подъезжаем к моему дому. Я вскрикиваю от потрясения, увидев, что горит.

— Мой дом, — кричу я, хватаясь за дверную ручку.

========== Глава 10 ==========