Одержимость Сурового (СИ) - Джулия Ромуш

неприятно жжёт. Потому что до этого я был уверен, что Алина пиздит, а теперь… хочу, чтобы хоть что-то оказалось правдой.

Шах никак не успокаивается. Наседает. А я начинаю от ярости сильнее вскипать. Хули доебался?! Я себе ответить на вопросы не могу, ты ещё колупаешь.

В голове полная каша. Вроде решаю, что трогать девчонку не буду. Не прикоснусь после ублюдка. А крышу сносит, и я жадно наблюдаю, как она с себя шмотьё стягивает. Сука.

Бутылку сжимаю до хруста пальцев. Алина как перед глазами стоит. Глаза её. Взгляд затравленный. То, как всем телом дрожала. И слова. Правда думала, что нагну и выебу. Чудом притормозил. Демоны внутри веселятся. Требуют расправы. Полгода эту сучку ядовитую представлял. В позах разных. Как стонет и просит ещё. Ёбнулся? Вполне возможно. Иначе как объяснить, что никого, кроме дряни этой, не хочу? Лживой, борзой. От меня по всем фронтам зависит, а выделывается до последнего.

— Тебе напряжение скинуть нужно, — Шах дальше шлюх своих элитных пропихивает.

— У тебя бордель на проценте? — В ответ подъебываю.

— Ты на эмоциях решения принимаешь. А суч… девка эта имеет влияние на тебя. Вот уже и наплела с три короба. Уже и врач, и психолог. Она жить хочет, а значит будет до последнего пиздеть.

Шах продолжает по фактам раскладывать. Понимаю, что в чём-то прав. Будь на месте Алины любая другая, я бы не слушал. Не пытался оправдать. Но наверху именно Алина. Ведьма эта. И у меня крышу кроет от всего происходящего.

— Вот я и проверю, — рявкаю.

— Давай я поднимусь к ней и…

— Тебе костыли или инвалидное кресло больше нравится?

Шах ржёт. Провоцирует специально. Нравится, бля, что я за неё порву.

— Ладно, может и правда что-то из её слов. Когда в саду оказалась в панике, пыталась назад вернуться. Даже забавно было наблюдать. По идее спетлять должна была, а она назад рвалась.

Зубами скриплю, потому что представляю, что Шах девчонке наговорить успел. Он же с женским полом базарить вообще не умеет. Они одни для него все одноразовые. Вот и меня сейчас хуй поймёт.

— Про звонок Юсупу она знать не могла, здесь правду говорит.

— А что по ебарю её? Или тому, что она ноги раздвигает, оправдание тоже найдёшь? — Шах провоцирует.

Взглядом режу. А он лишь вопросительно смотрит. По факту под дых бьёт.

— Может, в бордель свой поедешь? Хорош мне мозги ебать, — рявкаю в ответ.

— Значит, док для этого нужен? Ищешь способ, чтобы по-другому с неё инфу собирать?

— Я как-то без тебя здесь разберусь.

— Суровый, ебать, я тебя не понимаю. У тебя всегда по этому поводу разговор быстрый был. Динара резво на хер полетела, а здесь…

— Здесь другая тема. Поймёшь когда-то. Когда самого торкнет.

Шах бухлом давится.

— Заебись пожелание. Но у меня мозги в хер не утекают. Я даже с пушкой у виска одну бабу трахать не буду.

Усмехаюсь. Я Юсупу то же самое задвигал. Не так давно. Он с меня ржал и предсказывал пиздец. Вот, бля, пожалуйста. Ванга сраная. До Алины ни одна не цепляла. Все проходящие были. Попользовал и выбросил. А эта сучка глубоко засела. Характерная. Гордая. Наглая. В ней всё так, как мне нужно. Под мои настройки настроена, стерва.

— А с саблей у горла? — Ржу. Шах кривится.

— Хоть брюхо вспори, я на такую хуйню не ведусь. Бабу близко подпускать — могилу себе рыть. Сдаст при первом удачном случае. Доверие бабам нет. Они только на одно годны. Ноги раздвигать и глубоко заглатывать.

— Не будь так уверен, Шах.

— Это ты с Юсупов по девкам сопли пускаете. Кто-то из нас должен дела вести, а не хуем думать.

Шах меня веселит своей упертостью. Даже интересно становится, какая девка сможет его планы на холостяцкую жизнь наломать. Не хуёво так его нагнуть.

— Не переживай, когда твои мозги утекут, мы тебя подстрахуем.

— Завали, — ржёт и бокал ко рту подносит.

— Значит, уверен, что нет такой тёлки?

— Не родилась, бля.

— Отвечаешь за базар?

— На слабо меня берёшь? — Глаза Шаха вспыхивают. Азартный.

— Интересно, что дороже будет — девчонка или твоя монаршая коллекция.

Шах прищуривается. Подсчитывает, сколько там бабла? У него коллекция есть, которая в огромном сейфе хранится. Сабли монархов. Он её по всему миру собирал. Свои сабли он даже трогать никому не разрешает. Вот и любопытно. Будет такая девка, за которую он коллекцию отдаст.

Шах скалится, а после руку протягивает. Самоуверенный, значит? При любых судьба нагнёт и девку подгонит. Вот здесь я и повеселюсь.

Глава 9

Я не знаю сколько времени сейчас. Знаю лишь, что за окном темно, уже давно темно. А, значит, глубокая ночь?

Ноги затекли от того, что я сидела в одной позе. После того как ушёл Демьян, я как будто в какой-то транс погрузилась. Он ведь слышал, что я сказала, правда? Даже переспросил. А после… Господи, как только выражение его лица вспомню, так и вздрогну. Я надеялась на другую реакцию. Хотя бы на то, что он что-то скажет. Начнёт задавать вопросы. А он просто ушёл. Дверью хлопнул так, что у меня в ушах ещё долго звенело. И что мне делать? Проверять закрыта ли комната я больше не решаюсь. Одного раза хватило.

Меня разрывает от желания выйти и найти Сурового. Поговорить. Хотя бы несколько вопросов задать. Я ужасно переживаю за маму и сестру. У мамы был повторный приступ. Она сейчас на препаратах и под присмотром врачей. Если я не навещу её завтра, то она начнёт переживать и тогда… Демьян ведь меня отпустит к маме? Сестре позвонить разрешит?

Боже. Обхватываю себя руками за плечи. От всех этих вопросов голова взрывается. Я понимаю, что, наверное, моё заточение — это последствия моего побега.

Закусив губу, беззвучно ною. За что мне всё это? Ну почему я? Почему я должна расплачиваться за