Владимир Типатов - Пешка в чужой игре

  ...Этот, казалось бы, обычный день - двадцать пятое августа тысяча девятьсот восемьдесят третьего года, круто изменил в дальнейшем всю жизнь Виктора. А начинался он, как обычно, и ничего не предвещало беды.

  - Виктор, надо съездить в "Центральный" гастроном, - сказала Зинаида Ивановна. – Пусть Михаил Юрьевич передаст через тебя финансовый отчёт. Это очень срочно.

  - Хорошо, я мигом, - сказал Виктор и уже на выходе из кабинета, в дверях столкнулся с директором плодоовощной базы - Стравинским.

  - Осторожней, молодой человек, вы чуть не сбили меня с ног.

  - Извините, Марк Борисович, спешу очень.

  - Куда это вы так торопитесь?

  - В "Центральный" гастроном.

  - Не откажите в просьбе, передайте Михаилу Юрьевичу портфель с документами. Я ему их ещё вчера должен был отдать, да времени свободного не было, а они ему срочно нужны. И сегодня у меня времени совсем нет, с самого утра здесь торчу. Я в долгу не останусь.

  - Передам, нет проблем, я всё равно, туда еду.

  - Ну и славненько, - обрадовался Марк Борисович и вручил Виктору небольшой, кожаный портфель...

 ...Виктор постучался, секунду выждал и вошёл в кабинет директора второго по значимости после "Елисеевского" гастронома Москвы.

  - Михаил Юрьевич, разрешите?

  - Слушаю вас, молодой человек, с чем пожаловали?

  - Зинаида Ивановна просила, чтобы вы срочно передали финансовый отчёт.

  - Совсем забыл, замотался, а тут ещё, так некстати, главный бухгалтер заболел. Передайте Зинаиде Ивановне мои извинения, а отчёт сейчас доставят из бухгалтерии, - хлопнув ладонью себя по лбу, сказал директор магазина и взялся за трубку телефонного аппарата.

  - Да, тут ещё Марк Борисович просил передать вам документы, - сказал Виктор и протянул хозяину кабинета портфель.

  - Какой Марк Борисович?

  - Стравинский. Он сказал, что эти документы вам срочно нужны.

  - Странно, что за срочность такая? - удивился директор магазина, принимая из рук Виктора портфель. – И что за документы?

 В ту же секунду дверь кабинета распахнулась, и в него вошли четверо, быстрым шагом подошли к столу.

  - Товарищи, в чём дело? – нахмурившись, спросил вошедших хозяин кабинета, которому явно не понравилась бесцеремонность непрошенных гостей.

 Один из вошедших молча достал из кармана служебное удостоверение сотрудника КГБ, так же молча показал его хозяину кабинета и Виктору. Тут же сказал: - Вы только что передали портфель присутствующему здесь гражданину Маркову. Подтверждаете этот факт?

  - Подтверждаю, - не стал скрывать очевидного Виктор.

  - Что находится в портфеле?

  - Документы.

  - Какие документы?

  - Не знаю? – пожал плечами Виктор. – Я в чужие бумаги не заглядываю. Меня попросили передать, я и передал.

  - Кто попросил?

  - Директор овощной базы.

  - Фамилию и имя директора можете назвать?

  - Марк Борисович Стравинский.

  - Хорошо, сейчас в присутствии понятых мы осмотрим содержимое портфеля. Возражения есть?

  - У меня нет, - сказал Виктор.

  - А у вас? – обратился сотрудник Комитета государственной безопасности к хозяину кабинета.

  - Вскрывайте, - пожал плечами тот. – Мне самому интересно посмотреть, что там внутри находится.

  - Тогда приступим, - сказал представитель КГБ и, пригласив понятых подойти поближе к столу, открыл портфель, затем медленно стал выкладывать на стол его содержимое.

  - Красивые документы, не правда ли? – усмехнулся представитель Комитета, когда пачка  новеньких стодолларовых купюр США легла на широкий стол. – Сколько там?

  - Сто купюр по пятьдесят долларов США, - закончив считать банкноты, сказал второй сотрудник КГБ.

  - Пять тысяч долларов - это круто, - усмехнулся старший оперативник. – Валютные операции в частном порядке, запрещены законом нашей страны. У вас обоих, как я полагаю, будут большие проблемы.

 У Виктора от удивления округлились глаза и он, ничего не понимающим взглядом, вопросительно посмотрел на Маркова. Тот точно таким же удивлённо-вопросительным взглядом смотрел на него. Прошло несколько томительных минут, прежде чем к Виктору вернулись способности мыслить и разговаривать, и он задал первый вопрос: - Может, наконец, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

  - Я могу объяснить, - сказал один из оперативников. – Происходит пресечение валютной операции и задержание с поличным взяточника и взяткодателя.

  - Что за дурдом?! – вспылил Виктор. – Меня попросили передать портфель, я и передал! А что в нём находилось, я не знал!

  - Мы это уже слышали, но факты говорят сами за себя.

  - Какие факты? – упирался Виктор. – Поговорите с директором овощной базы, и он подтвердит, что я тут не при делах.

  - Следствие разберётся во всём, а пока, прошу проследовать за нами, - сказал старший оперативник и приказал своим помощникам надеть на арестованных наручники.

  Так, в наручниках, их вывели из кабинета и на глазах у сотни покупателей, провели через весь магазин к выходу, у которого их ждали две чёрные «Волги»...

 ... - Да мне не в чем сознаваться! - негодовал Виктор в кабинете следователя. – Спросите Стравинского, тот подтвердит, что это по его просьбе я передавал Маркову этот злосчастный портфель!  Это же, абсурд! Почему я должен отвечать за чужие грехи!?

  - В науке права, есть мудрая аксиома: если хочешь найти преступника, ищи того, кому совершённое преступление могло принести пользу, - сказал следователь и пристально посмотрел на Виктора. - Если вы, действительно, не виноваты, то как  думаете, кому было выгодно вас подставлять?

  - Понятия не имею, - пожал плечами Виктор.

  - Вот и я, пока что, понятия не имею, - с нотками сожаления в голосе, сказал следователь. – Но, рано или поздно, но я обязательно это узнаю. А пока что, всё против вас.

  - Значит, придётся сидеть? - спросил Виктор, и взгляд его потускнел.

  - Я не судья, - пожал плечами следователь. – Будем разбираться, но, честно говоря, я не вижу способов помочь вам. Нет свидетелей в вашу пользу.

  - Поговорите с моей начальницей, - попросил Виктор. - Зинаида Ивановна подтвердит, что именно Стравинский дал мне портфель и, что это по его просьбе я доставил портфель Маркову.

  - Обязательно поговорю, – пообещал следователь и, вызвав конвоира, отправил Виктора в камеру.

 Опытный следователь чувствовал, что Виктор в этом деле пешка в большой игре, и понимал куда и в кого намечался главный удар. В ведомстве, в котором он служил отлично знали о тайной и явной войне всесильного Андропова и непомерно амбициозного Гришина.