Александер Виктория - Ее высочество, моя жена

– Вы совершенно не умеете врать.

– Чепуха. У меня это прекрасно получается, но только по особым поводам. – И со слащавой улыбочкой продолжила. – Хотя следует признать, что до встречи с вами опыт по этой части у меня был весьма скромен, да и потребности так поступать прежде не возникало.

– Приятно сознавать, что я выявляю в вас все самое лучшее.

– Я полагала, вы будете больше ценить это, – чопорно ответила Татьяна.

– О, я ценю это. – Сделав паузу, Мэтью бросил на нее глубокомысленный взгляд. – Независимо от истинной причины вашего здесь присутствия, я вынужден сознаться, что просто умираю от любопытства.

– О, да неужели? – Татьяна тихо рассмеялась. – Я уже говорила вам, милорд, что в мои намерения просто входит описать…

– Я не об этом. – Он быстро прервал ее дальнейшие объяснения. – В настоящий момент я склонен верить вашим утверждениям. Но мое любопытство задело другое – зачем для этого вам понадобилось изображать мою жену.

– Но ведь я уже вам это объясняла. Простых людей на самом деле часто пугает, если их собеседник принадлежит к королевскому роду, и это ничуть не располагает их к откровенности. – Она печально вздохнула. – О боже, милорд, неужели вы совсем не слушали, о чем я говорила вам до сих пор?

Его глаза гневно сузились, а Татьяна с трудом удержалась, чтобы не расплыться в удовлетворенной улыбке. Ей почти не пришлось прилагать усилия для того, чтобы теперь и её манеры стали для него невыносимы, тем самым, уравняв счет. И получала от этого подлинное наслаждение.

– Я полагал, что, – каждое слово казалось четко выверенным, – из-за того, что между нами произошло, я являюсь последним мужчиной на земле, которого бы вы могли выбрать для участия в этом фарсе, и все же вы предложили это именно мне. – Пристальный взгляд Мэтью поймал её в ловушку и не отпускал, снова вызвав трепет у нее в груди. – Правильно ли я также полагаю, что вы куда меньше бы колебались, если бы не воспринимали все это как некий крестовый поход, не говоря уже о том пожелании, чтобы я сыграл роль вашего мужа…

– Можно сказать и так.

– Вы довольно явно изъявили свое нежелание избавить меня от этого нелепого положения, пренебрегли даже самыми элементарными правилами хорошего тона, не уведомив меня относительно своих намерений, и проделали все таким образом, что лишили меня всякого шанса произнести хотя бы слово протеста. – И хотя прозвучало это довольно легкомысленно, его взгляд ожесточился. – Из всего этого, я делаю вывод, что аннулирование брака не представляет для вас особой проблемы?

– Нет, это вообще не проблема. – Собравшись с духом, произнесла Татьяна и глубоко вздохнула. – Фактически, я…

– Можете не затруднять себя дальнейшими объяснениями; едва ли я нуждаюсь в подробном отчете. – Мэтью продолжал расхаживать, передвигаясь где-то позади нее. После того как он не захотел слушать её объяснения, Татьяна решила не идти ему на уступки и перестала поворачиваться в кресле вслед за его перемещениями. Кроме того, она и так все прекрасно слышала, и особой нужды оборачиваться не было.

– Когда я выяснил, кто вы есть на самом деле, то понял, насколько легко для члена королевской семьи избавить себя от импульсивного и, очевидно, нежелательного брака с человеком моего социального положения. Гражданская природа нашего союза, неосвященного какой бы то ни было церковью, в стране, гражданином которой не является ни один из нас, плюс ко всему, дача скромной взятки, чтобы обойти рутинные требования, все это в целом означало, что законность подобного брака могла быть поставлена под сомнение. Это, во-первых.

– Правда? Я никогда не принимала это во внимание.

Татьяна словно почувствовала, как он пожал плечами, услышав его голос позади себя.

– Теперь это не имеет большого значения. Все прошло и закончилось. – Внезапно, мужчина оказался прямо перед ее креслом и уставился на нее, смущая пристальным взглядом.

– Единственное, что до сих пор имеет значение, так это наш недавно образовавшийся союз. – Обхватив кистями рук, подлокотники ее кресла, он, фактически захватив её в плен, пригнулся к ней почти вплотную. – Моя дорогая леди Мэтью.

Татьяна пристально посмотрела на него, сопротивляясь сразу двум порывам: или сжаться и откинуться назад, или податься вперед и обнять его. Он находился так близко. Так близко, что она могла без помех всматриваться в бесконечные глубины его синих глаз. Глаз, в которых она когда-то потеряла свое сердце и никак не могла получить его обратно.

– Так вы согласны?

Мэтью медленно кивнул.

– Но, лишь на определенных условиях.

– Условия? Что вы имеете в виду? Я хорошо вам заплачу. Учитывая это, условия следует выдвигать мне.

– Возможно, но меня не слишком интересуют ваши деньги.

– Какой вздор. Почему это нет? – По правде говоря, прямо сейчас это ее мало заботило. В данный момент Татьяне было трудно сконцентрироваться на чем-либо еще, кроме близости их тел и соблазнительных подъеме и опадании грудной клетки, сопровождавших его дыхание.

– И все же меня это не интересует.

– Чепуха. Вы ведь нуждаетесь в…, – запнувшись, Татьяна взглянула ему в глаза. Внезапно заподозрив… большее. Сердце заколотилось у нее в груди. Уже через мгновение с ее губ сорвались слова, хотя она и понимала, что было бы ошибкой спрашивать об этом. Или приглашением. Но ее это мало беспокоило. – Так что же вас действительно интересует?

Его пристальный взгляд переместился с ее глаз на губы и обратно. Татьяна подумала, что стоит ей слегка передвинуться и их губы окажутся на расстоянии шепота друг от друга.

– Очень многие вещи, моя дорогая, – нежно произнес Мэтью, его дыхание смешалось с ее. – Но они пока могут и подождать. – Вдруг он резко отпрянул назад и, немного приподнявшись, угрожающе навис над нею. – В данный момент меня больше всего интересует, принимаете ли вы мои условия.

– Представляю себе. – Татьяна откашлялась, игнорируя самодовольный взгляд, которым он окинул ее лицо. Этот ужасный человек, кажется, слишком хорошо понимал, как сильно она жаждет его поцелуя, и, вероятно, догадался, что и сама была бы не прочь поцеловать его в ответ. – И каковы же будут ваши условия?

– Прежде всего, если вы намереваетесь изображать из себя мою жену… – С этими словами мужчина отступил от нее на шаг в сторону и снова стал бесцельно бродить по комнате, рассматривая то здесь, то там предметы интерьера, картины. Его поза была так же небрежна, как и его последующие слова, -…то играть придется правдоподобно. Если мы хотим одурачить весь свет, нам придется быть весьма убедительными.

– Было бы нелепо поступить иначе. – Татьяна осторожно наблюдала за ним, сложив руки на коленях. – И как же, скажите на милость, вы предполагаете сделать это?