Анастасия Юрковская - INDIFFERENT(СИ)

– У нас таких нет! – недовольно пробурчала Пейтон, на что я снова рассмеялась.

– У тебя уже был…

– И то верно, – она меня обняла и тут же отстранилась, сексуально задвигав бедрами. – Я хороша, правда?

– Очень.

Откуда ни возьмись, к ней сзади прилип парень, но она сразу дала ему отворот поворот. Спустя минуту он вернулся.

– Отвали! – бросила она и сделала шаг ко мне. – Вот же прилипало.

Когда песня закончилась, мы в ожидании застыли, чувствуя какое-то напряжение, пробежавшее по залу.

Обернувшись к сцене, я посмотрела на Яна, который сбросил с себя футболку и швырнул на одну из колонок на сцене. Он выглядел разгоряченным. Капельки пота блестели на его груди и плавно спускались вниз.

– Все мужчины лгут. Не только вам, но и себе. Эта наша природа. Нам легче солгать, чем признаться в своих слабостях, грехах, страхе или чувствах, – Ян шумно вздохнул. – Мы причиняем этим боль не только вам, но и себе… Мы ранимы… Нас проще унизить… Разбить сердце…

Музыканты заиграли, а Ян взял микрофон в руки, присев на край сцены. Глядя в толпу, он запел, иногда останавливая свой взгляд на ком-нибудь из толпы.

– Пойдем, выпьем, – предложила я Пейтон.

– Я хочу дослушать, – проговорила девушка, глядя в этот момент не на Яна, а на Лео, который перебирал струны своей гитары.

Подождав пока закончиться песня и глядя в пол, я потянула Пейтон к барной стойке.

– Тебе нравиться Лео! – выдала я.

– Так заметно?

– Очень, – весело проговорила я. – Ты сама говорила, что вы сблизились пока ты жила у него.

– Да, но я не думаю, что мои чувства… Он же Лео Харрис, а я Пейтон, которая переспала с Тими! И не тольк…

– Пойдем, проветримся? – Предложила я.

– Угу.

Надев верхнюю одежду, мы вышли на улицу, и Пейтон повела меня к какой-то мужской компании.

– Эд, есть сигарета?

– Да, милая.

Мужчина в кожаной куртке помог Петти подкурить и странно улыбнулся.

– А ты?

– Я нет. Спасибо.

– А зря,– произнес рядом стоящий с ним боров.

– Я забыл последнюю строчку! – я услышала где-то сзади смех Лео и Тими, но не стала оглядываться.

– А ты когда ко мне заглянешь? – мужчина притянул Пейтон к себе и довольно по-хозяйски положил ей руку на живот, плавно поднимаясь чуть выше.

– Нууу… Щас с работой запарки… Да и скучно с тобой последнее время.

Рядом стоящий боров пялился на меня, а потом рассмеялся.

– А твоя подружка?

– Она может за себя говорить, – произнесла Пейтон, отчего мои брови поднялись еще выше.

– Не хочешь со мной…

Боров не дал договорить своему приятелю, потянув меня к себе.

– Ну уж нет! – я высвободилась из его противных объятий и мгновенно подбежала к парням из группы. Мои щеки горели, а сердце колотилось настолько сильно, что я непроизвольно прижала к нему ладони.

– Тебе не стоит с ними общаться, – обратился ко мне Ян.

– Да. Да. Я поняла, – я снова огляделась по сторонам и непроизвольно прижалась к Яну.

Сообразив, что я сделала, я постаралась отстраниться, но к группе подошел боров, и теперь уже Ян прижал меня к себе.

– Отдыхаете?

– Да, Слей, – ответил Лео, подкуриваю сигарету.

– А ты не хочешь присоединиться? – обратился ко мне здоровяк.

– Нет, я…

– Певунчик, твоя девка?

Ян кивнул и мгновенно отвернулся, будто потерял интерес к диалогу.

– Пойдем внутрь, ты замерзла.

Ян потянул меня в клуб и отпустил только тогда, когда я уже стояла около барной стойки.

– Если в таком состоянии ты исчезнешь из моего поля зрения, я за себя не ручаюсь, Пейдж.

Наверное, сбоку это смотрелось как воркование или страстный шепот на ушко, но на самом деле, это было ужасно.

Когда вернулась Пейтон, то предложила выпить по коктейлю, а потом еще выпить, а потом еще…

Напившись до супер веселого настроения и обойдя апатию и воспоминания о бывших и недобудущих парнях, нам стало все равно, буквально, на всех и на все.

Мы ворвались в толпу танцующих, как сумасшедшее, даже не вслушиваясь в музыку. Одна песня сменялась другой и ни я, ни Пейтон не заметили, как к нам прилипли какие-то парни, во всю прижимаясь к нашим задницам.

Когда до меня дошло, я была бы рада избавиться от этой пиявки, но в толпе было настолько тесно, что я и локтем нормально пошевелить не могла.

Оглядываясь по сторонам в поисках пути отступления, я пыталась вместе с тем убрать руки парня со своей попы. Когда ни первое, ни второе у меня не вышло, я в край растерялась.

Я была слишком пьяной, чтобы хоть как-то его от себя оттолкнуть, а спереди его еще кто-то, как будто специально, прижал ко мне.

Язык парня уже был на моей шее, когда я руками пыталась не дать ему добраться до мой груди.

– Черт! – застонала я. – Отвали от меня! Отвали! – закричала я.

Внезапно, я ощутила, как меня кто-то вытягивает из толпы за руку. Это было больно, но оно стоило того.

– Картер! – радостно закричала я, бросившись на шею Яну. – Ты меня в буквальном смысле спас! Его язык так…

Ян не дал договорить и поволок меня на улицу. А когда мы оказались там, он еще минут пять куда-то меня тащил.

– Куда мы идем? Я замерзла…

– Подальше, пока тебя не изнасиловали!

Ян окинул меня своим взглядом и поволок дальше.

Стоя около дверей моей квартиры, он достал ключи у себя из кармана и открыл дверь.

- Откуда у тебя ключи от моего дома?

Ян молча толкнул меня внутрь, включил свет и закрыл двери.

– Тебе надо петь! – строго проговорила я, глядя на недовольное лицо Галлагера. – Когда ты уже перестанешь так на меня смотреть?

Я сняла туфли и села на диван, поджав ноги.

– Я знаю, что провалила то задание, подставила себя и тебя под удар, но ты даже не дал мне шанса… Все время находясь рядом с тобой, я чувствую себя ужасно.

Ян присел рядом со мной на диван и протянул стакан воды.

– То, что у меня есть к тебе чувства, никак не должно тебя волновать. Я ведь не прошу тебя отвечать мне на них, правда же? – я дождалась пока парень кивнет и продолжила. – Побудь еще чуточку ко мне таким безразличным и холодным… Поцелуй еще парочку девушек у меня на глазах и я уверена! Да! Точно! Что еще неделька и я больше ничего не буду к тебе чувствовать. Я перестану пялиться на тебя и доставлять проблемы… Я помню! Я сама по себе, а ты…

Ян грубо притянул меня к себе и впился в мои губы. Больно. Страстно. Коснувшись пальцем моего подбородка, он заставил меня приоткрыть ротик и проник туда языком, чувственно лаская мои губы.

Мое дыхание участилось, как и сердцебиение, тело ослабело и превратилось в пластилин, с которым можно было сотворить все, что угодно.