Тэми Хоуг - Плач волчицы

— Дерьмо, — пробормотал он, отходя от окна.

Он оставил его открытым и направился в ванную комнату, в которую бывший владелец ЛАмур переделал гардеробную еще в двадцатые годы. Она до сих пор сохранила сантехнику и кафель из настоящего белого фаянса. Правда, вся эта красота потускнела и потрескалась от времени. Джеку повезло еще, что не сгнили водопроводные трубы.

Раздался щелчок, и приемник, стоявший на крышке старого туалета, ожил. Из него понеслись громкие звуки блюза в исполнении Захария Ричарда-«Моя малышка покинула меня». Несмотря на то что от музыки гудела голова, Джек автоматически двигался в такт блюза, наполняя раковину холодной водой. Музыка бросала вызов тишине своим беспокойным ритмом, руладами аккордеона и головоломными пассажами гитары.

Сделав глубокий вдох, он наклонился, сунул голову в раковину, вынырнул через минуту, ругаясь по-французски и отряхиваясь, как мокрая собака. Критическим взглядом он долго рассматривал свое лицо в зеркале, взвешивая аргументы «за» и «против» бритья, и не смахивая капли воды со своего орлиного носа. Он откинул мокрые волосы со своего высокого и широкого лба. Черные брови резко выделялись над налитыми кровью черными глазами. Красноватые линии на щеках, делающие его лицо сердитым, остались в тех местах, куда врезалась его «подушка».

В своем теперешнем состоянии он выглядел опасным и грубым и старался не попадаться людям на глаза. Во «Френчи» его знали как Джека Любимца Публики. Джека, у которого всегда была улыбка на лице. Джека— Дамского Угодника. Жителей Байю Бро удивляло, что их Джек Бодро в литературном мире слыл «современным мастером ужасов».

Он усмехнулся и наклонил голову набок, сухая усмешка искривила его рот.

— pas du tout, mon ami, — прошептал он. — Pas du tout [16]

Он протянул руку, чтобы взять зубную щетку. В этот момент музыка внезапно оборвалась.

— Только что к нам поступила следующая информация, — сказал диктор. Его обычно веселый голос стал строгим и унылым. — «Кейджун новости» только что получили информацию об очередной жертве «Душителя на болоте». Сегодня утром, примерно в семь часов, два рыбака в районе Байю Шене, приход Сан-Мартин, обнаружили тело неопознанной женщины. Хотя официальные власти еще не сделали заявления, из достоверных источников стало известно, что имеется несомненное сходство обстоятельств этой .смерти с тремя другими, произошедшими в Южной Луизиане за последние восемнадцать месяцев. Тело последней жертвы, Шерил Линн Кармуш, из Лоревилля, было обнаружено…

Джек наклонился и нажал на кнопку магнитофона. В ту же секунду веселая музыка, исполняемая на флейте Майклом Душе, вырвалась из динамиков, разгоняя напряжение, унося прочь мрачные новости. Достаточно жестокости, он ее натерпелся так, что хватит до конца жизни. У него было столько воспоминаний о жестокости, что в любой момент, если бы он захотел, он мог их вызвать и они обрушились бы на его голову градом камней. Ему уже не надо было пополнять свой литературный арсенал свежими примерами.

Нельзя расслабляться. Это был его девиз. Этот и традиционный кейджунский клич войны-Laisser Ie Ьоп temps rouler[17]. Он не хотел слышать ни о каких задушенных девушках из Лоревилля. Он не мог вернуть жизнь Шерил Линн Кармуш. Он мог только жить своей жизнью, и он намеревался именно так и делать, начав сегодняшний день с большой тарелки жареных креветок и бутылочки чего-нибудь холодного в «Ландинге».

Пот градом струился с Лорел, когда она стояла на коленях на свежевскопанной земле. Он струился по ее лбу, а одна капля покатилась по носу. Она смахнула пот рукой в грязной перчатке, и на лице остался грязный след.

Никто бы никогда не узнал в ней некогда решительного адвоката — и это ее вполне устраивало. Она хотела раствориться в мире бездумного физического труда, где не надо ни о чем думать, где требуется делать простые вещи-вскапывать почву, .сажать цветы. Она понимала, что будет выглядеть замарашкой, когда закончит свою работу в саду. Но существовали более неприятные вещи, которыми можно было перепачкаться.

Желая поскорее восстановить все, что испортила собака по кличке Эйт, она отправилась к Ландри в семь тридцать и пришла как раз тогда, когда Бад входил в калитку. То, что она не хотела встретить по дороге много народу, тоже было причиной ее ранней прогулки, но она не хотела себе в этом признаваться.

Все утро она убирала следы вчерашнего погрома, проследив и за тем, чтобы в дальней ограде сада была поставлена новая калитка. Она убирала мусор, собирала его граблями и складывала в кучу, позволив себе остановиться лишь для того, чтобы выпить охлажденного чая, который принесла ей Мама Перл. Затем она понемногу перетащила весь мусор на край маленького поля, которое находилось с северной стороны участка тети Каролины, где сложила его в одном месте и решила сжечь, чтобы не привлекать змей и грызунов.

Она подумала, что сначала следует позвонить в муниципалитет и узнать, нужно ли для этого специальное разрешение. Никто в Байю Бро и не подумал бы о таких формальностях, но времена изменились. Она не жила здесь много лет. Может быть, этот участок купил какой-нибудь просвитерианин в надежде убежать от сельской жизни. Или женская молодежная лига решила, что необходимо бороться с загрязнением среды, до тех пор, конечно, пока она не мешала бизнесу их мужей.

Лорел легко представила свою мать, возглавляющую крестовый поход против простых смертных, сжигающих мусор, и не замечающую того, что Росс Лайтон отравлял реку химикатами, чтобы получать огромнее урожаи тростника.

Мысли о Вивиан стерли все, что осталось от улыбки на лице Лорел. Она пробыла уже четыре дня в Байю Бро и ни разу не звонила в Бовуар. Там долго терпеть этого не будут. Она не испытывала никакого желания навещать дом, где прошло ее детство, и людей, которые жили там, но существовала некая вещь под названием «семейный долг», и Вивиан обязательно обрушится на нее с обвинениями, что она забыла о нем, если она не появится там в самое ближайшее время.

Эта мысль вызывала досаду. Тот. факт, что необходимо встретиться с Вивиан и Россом, пусть даже только за обеденным столом, оказался достаточным, чтобы она иначе посмотрела на свое решение вернуться., В душе она испытывала потребность увидеть место, с которым ее многое связывало, и это чувство перевесило ее отвращение к предстоящей встрече с Вивиан и отчимом.

Желание уехать одной туда, где бы ее никто не знал, было сильным, но Лорел не. решилась на это. Уехать и ни с кем не общаться? Но именно этого она хотела сейчас избежать. Ей требовалась поддержка Каролины Чандлер, женщины с сильным характером и бесконечной любовью без всяких условий. Ей хотелось снова побыть с Саванной. Она скучала по Маме Перл с ее постоянной суетой и свирепым видом. Одна короткая встреча с Вивиан и Россом стала казаться ей лишь небольшой платой за радость возвращения домой.