Кейси Марс - Молчаливая роза

— Я ведь сказал, чтобы меня не беспокоили, — бросил он Эллисон Уитмэн — девушке, временно замещавшей его личную секретаршу Деллу Уиллис, заболевшую гриппом. Было всего лишь девять утра, но Боже, как ему не хватало Ди!

— Извините, сэр. Звонит миссис Микс из Коннектикута. Она говорит, что немедленно должна сообщить вам что-то чрезвычайно важное.

Джонатан вздохнул.

— Ладно, давайте. Переключите ее на мой аппарат.

Он раздраженно ткнул пальцем в кнопку громкой связи на своем телефоне цвета слоновой кости, без которого чувствовал себя как без рук. В этом аппарате имелись часы, калькулятор, память телефонных номеров сотни людей, с которыми он чаще всего общался, кнопка автоматического повторного набора, магнитофон для записи разговоров и радио. Джонатан не приобрел телефон с миниатюрным телеэкраном лишь по той причине, что терпеть не мог телевидения.

— Ну что там еще, миссис Микс? — рявкнул он в микрофон, не скрывая раздражения. Его ждал напряженный десятичасовой рабочий день, когда ничего нельзя перенести на завтра, потому что программа предстоящих деловых встреч тоже расписана по минутам.

— Понимаете, тут объявилась некая мисс Джеймс, мистер Стаффорд. Носится по городу, сует свой нос куда не следует, лезет с вопросами. Я чувствую, что из-за нее могут быть большие неприятности. Вам бы надо как-то унять эту дамочку, и чем скорее, тем лучше.

Джонатан поднял телефонную трубку, тем самым отключив громкую связь. Пальцы его сжимали трубку, подвергая пластмассу суровому испытанию на прочность.

— С тетей Стелл она еще не виделась?

— Это мне неизвестно. Но рано или поздно она на нее выйдет.

— Прежде всего вам самой не надо было распускать язык. Я вас давно предупреждал. — В ответ послышался стон. Джонатан понимал, что этими словами ранит самолюбие миссис Микс. Чокнутая старуха, хотя по годам еще вовсе не старая.

— Эта мерзкая бабенка умеет втираться в доверие. Прикинулась невинной овечкой, а оказалась такой же дрянью, как и все остальные…

— В следующий раз помалкивайте, если не хотите проблем.

— Прямо смех какой-то получается, — проворчала Ада. — Вы годами стараетесь, чтобы все было шито-крыто, и чуть что — кричите на меня. А ваши тайны гостинице только во вред…

— Лучше смотрите, чтобы она еще раз не заявилась, — предостерег Джонатан. — Все прочее я беру на себя. И лично разберусь с этой мисс Джеймс, подумал он.

— Как скажете.

Оба положили трубку не попрощавшись.

Джонатан неприязненно относился к старухе Микс, но надо признать, что она любила старое фамильное гнездо. Это она спасла особняк от разрушения и чудесно его отреставрировала. Поскольку от первого поместья Стаффордов ничего не сохранилось, дом на Черч-стрит был практически единственным имуществом, доставшимся наследникам от прошлых времен. Джонатан твердо намеревался защищать свою собственность и корил себя за то, что не сумел уберечь остальное.

И не собирался допускать, чтобы кто-нибудь распространял появившиеся три года назад абсурдные слухи, которые бросали тень на репутацию семьи Стаффордов.

Майкл Галвестон вышел из помятого желтого такси у кирпичного дома, в котором жила Девон, — на Семьдесят восьмой улице, между Лексингтон-стрит и Третьей авеню. Дом был старый, но прекрасно отремонтированный. Слева и справа от парадной двери высились красивые каменные колонны, а широкую лестницу охраняли большие гранитные львы.

Майкл предпочитал камню и дереву стекло и хромированную сталь. Когда они с Девон поженятся, то будут жить в его высотном кондоминиуме[2] — никаких проблем с отоплением, отличная сантехника… Такой сообразительной девушке как Девон не потребуется много времени, чтобы привыкнуть к удобствам ультрасовременной квартиры. Эта мысль заставила Майкла улыбнуться.

Он нажал кнопку интеркома[3], и тут же откликнулся нежный, ласковый голос Девон.

— Это я, — сухо сказал Майкл. Он пришел для серьезного разговора и решил сразу взять правильный тон.

Раздался зуммер — это Девон нажала у себя кнопку, впуская Майкла в дом. Он вошел в вестибюль, равнодушно скользнув глазами по огню в мраморном камине, стенам, облицованным панелями вишневого дерева, диванам и креслам, обитым гобеленовой тканью. То ли дело в его доме: черная кожаная мебель, темное тонированное стекло… Чисто и просто, в мужском духе, никаких тебе штучек-дрючек. Майкл вошел в лифт и нажал кнопку второго этажа. Старинный лифт, облицованный красным деревом, полз чертовски медленно — быстрее было подняться пешком. Наконец дверь с медными накладками и матовыми стеклами неторопливо отползла в сторону. Майкл пересек холл, направляясь к квартире Девон. Она открыла дверь прежде, чем он постучал.

— Привет, Майкл!

— Хай. — Он небрежно чмокнул ее в щеку. — Соскучился по тебе.

После бурного разговора в машине на обратном пути из Стаффорда они еще не виделись. Галвестон не мог поверить, что Девон всерьез вознамерилась реализовать свой невероятный замысел.

— Выпить хочешь? — спросила она, закрыв дверь.

— Виски с содовой. Двойную порцию.

Девон направилась к старинному серванту орехового дерева, служившему ей баром. Майкл тем временем расстегнул пальто, снял шарф и швырнул все это на стул. Девон протянула ему хрустальный стакан. Пока Майкл со стаканом в руках шел к коричневому дивану, кубики льда элегантно позвякивали. В комнате царило смешение старины и современности. Чувствовалась рука опытного дизайнера — правильное соотношение цветов, со вкусом расставленные здесь и там предметы искусства стиля «модерн», несколько великолепных картин старых мастеров… Но дизайнер Девон не требовался. Все это приобрела, расставила и развесила она сама.

Она села на диван, а Майкл — в кресло напротив. Галвестон хотел поговорить с ней серьезно и не желал отвлекаться на женские прелести. Он с головы до ног оглядел девушку. Сегодня на ней был свободный ярко-красный восточный халат, скрывавший длинные стройные ноги до самых лодыжек. Тяжелые деревянные серьги покачивались в мочках изящных ушей. Такие женские лица любил изображать Микеланджело.

Не удивительно, что жены вице-президентов корпорации, эти старые курицы, отнеслись к Девон так холодно. Они ревновали к ней своих мужей, только и всего. А коллеги зеленели от зависти, узнав, что он уже спит с ней. Женитьба на Девон позволит ему вырасти в их глазах…

Майкл наклонился в кресле и, глядя ей прямо в глаза, внушительно произнес:

— Девон, тебе вряд ли понравится то, что я скажу. Но ничего не поделаешь, придется выслушать.