А мы любили (СИ) - Лия Султан

Тем более, после их последней ночи.

— Она не может, — выдохнул он и насупился. — Мы с ней…

Он остановился, потому что, конечно, говорить такое дочери нельзя, но Камелия всегда была внимательной и проницательной, так что и на этот раз перемена в отце не ускользнула от нее.

— Вы с мамой что? — между бровями пролегли две прямые складки, когда она догадалась, о чем он промолчал. Покачав головой, девушка прикрыла глаза ладонью. — Когда вы успели?

— На ее день рождения, — выдержав паузу, признался Даниал. — Спонтанно, — он потер ладонями лицо и устало взглянул на Камелию. — Свет отключили, нас потянуло друг к другу, я ее поцеловал и…

— Так, давай без подробностей. Я все-таки ваша дочь, а не подруга, окей?! Господи, ну за что мне это? Вот скажи, как из счастливой семьи мы превратились в непонятно что? — сокрушалась девушка.

— Я люблю твою мать, — вырвалось у Даниала. — Ее люблю, себя ненавижу.

— Что за пара мазохистов елки-палки! — фыркнула дочь.

— Камелия, может, хватит издеваться? Я позвал тебя, чтобы ты мне помогла. Скажи, где мама?

— Я не знаю, — положив руку на сердце, выпалила она. — Честно. Она сказала, что едет за город, поживет там немного и поработает.

— Не верю, что она тебе не сказала, а ты не спросила. Вы же близки, — прищурился Даниал.

— Мама попросила ни о чем не спрашивать. Она захотела сменить обстановку. Я не стала давить. Знаю только, что где-то за городом.

— А если с ней что-то случится, а мы даже не знаем, куда ехать? О чем Джама думает?

— О себе, — вскинув подбородок, ответила дочь. — Мама думает о себе. И правильно делает. А ты сначала с матерью своего ребенка разберись. Извини, конечно, но как ты себе представляешь ситуацию: “Дорогая, прими меня обратно, но я с прицепом”? Ты думаешь, мама побежит, роняя тапки? Да никогда. Я не знаю, что должно случиться, чтобы она простила. Вот правда.

И ведь дочь снова права: не в бровь, а в глаз. Поведение Рианы уже давно его напрягало и бесило, а когда Даниал узнал, что девка без его ведома переехала в Алматы и сняла квартиру, то озверел. Но Риана быстро включила дурочку и тараторила:

— Алишке нужно больше солнца и тепла, а в Астане холодно и ветрено. Здесь больше развивашек для него, здесь хорошие детские сады.

Он твердо сказал, чтобы она возвращалась домой. Прилетать к ребенку два раза в месяц — всё, на что он пока способен. Подрастет — возможно, сможет забирать на длительный срок. А пока… пусть живет с матерью в столице.

Когда Риана сообщила ему, что беременна, Даниал понял, что это конец. Отправил ее в другой город, купив молчание и заставив не высовываться. Сумма с шестью нулями ежемесячно падала на карту бывшей секретарши, которая носила под сердцем его сына — тот самый плод предательства и порока. Когда Джамиля в очередной раз заговорила о разводе, он, снедаемый чувством вины, согласился. Слишком высокую цену Даниал заплатил за то, что на несколько минут забылся в номере Сингапурского отеля.

Глава 11. Черная пантера

Что случилось в Сингапуре?

Огни ночного Сингапура мерцали перед глазами, но он ничего не замечал и ничего его не удивляло, не привлекало и не радовало. Стоя у панорамного окна, Даниал боролся с желанием разбить его и сделать шаг в бездну, чтобы уже наверняка разбиться и не чувствовать боли.

Глоток виски. Взгляд вниз. Страшно до тошноты.

Сев в кресло, мужчина откинул голову назад и посмотрел в потолок. Возникло сильное желание услышать родной, любимый голос, и он позвонил ей. Жена долго не поднимала трубку, и Даниал прикрыл глаза, умоляя ее взять.

— Да? — хрипло отозвалась она.

— Джама, это я, Даник.

Воцарилось молчание.

— Как ты, милая?

— Нормально.

— Ты ела?

— Нет.

— Спишь?

— Нет.

— Почему?

— Не хочу.

— Что делаешь?

— Ничего.

— Ясно, — он чуть не раздавил бокал от злости. Сколько ни старался, никак не мог до нее достучаться. А она только отдалялась и отдалялась.

— Когда ты приедешь?

— Послезавтра. Скучаешь по мне? — давно она не спрашивала его об этом.

— Нет. Хочу чтобы мы быстрее начали бракоразводный процесс.

— А я не хочу, — процедил он сквозь зубы.

Она ничего не ответила, только сопела в трубку.

— Хорошо, поговорим, когда я приеду. Спокойной ночи.

И вновь Даниал не дождался ее реакции — послышались рваные гудки. Со злости мужчина бросил телефон на кровать и осушил стакан. Горечь вперемешку с выдержанным алкоголем обожгли гортань. Его уже так достала эта беспросветная реальность, когда тебя не слышат, не принимают и хуже всего — обвиняют в смерти сына. В дверь номера осторожно постучали. Он нехотя встал с кресла и пошел открывать.

— Здравствуйте, Даниал Темирланович, — робко пробормотала ассистентка, держа в руках пухлую папку.

— Что такое, Риана? — нахмурился Даниал.

— Ребята прислали нам обновленную информацию по завтрашней сделке. Я все распечатала, чтобы вы посмотрели перед встречей, — в своей исполнительности она походила на отличницу.

— Заходи.

Даниал впустил помощницу в номер и рукой указал на стол. Она положила на него папку и окинула взглядом беспорядок: пепельница с бычками — хотя шеф вроде не курил, початая бутылка виски, пустой бокал. Риана покачала головой и покосилась на босса, который сел в кресло и прикрыл глаза ладонью.

— Вам налить еще? — услужливо спросила она.

— Налей. И себе тоже.

— Я не пью.

— И правильно делаешь, — хмыкнул он и понял, что опьянел. — На эту гадость очень легко подсесть.

Риана налила виски в пузатый бокал, обхватила его длинными пальцами, подняла и чуть встряхнула. Янтарная жидкость плескалась на дне и завораживала, вызывая игривую улыбку. Она подошла к креслу и поняла, что босс заснул. Тогда девушка наклонилась и положила ладонь на его колено:

— Даниал Темирланович, — прошептала она.

— Что? — дернув ногой, спросил он, а затем убрал руку с лица и открыл глаза.

— Ваш виски.

Риана протянула ему бокал и когда он забирал его их пальцы, как и взгляды встретились.

Номер освещали огни большого города и приглушенный свет стильных настенных бра. Риана решила прибраться, взяла пепельницу, отнесла ее в ванную и выбросила бычки в урну. Затем протерла салфеткой стол, на который Даниал умудрился пролить виски, когда пил в одиночестве. Девушка видела, что босс уже пьян, но не уходила.

— Как ваша жена? — спросила она участливо.

— Нормально. Хочет развод, — бросил он равнодушно. — Столько лет вместе и она хочет развод.

— Печально, когда браки по любви так распадаются, — грустно вздохнула она.

— А вот ты, Риана, почему не замужем? —