Лоис Гилберт - Без жалости

— Прекрати, Дэн! У нас есть шанс, которым было бы грешно не воспользоваться. По большому случаю это элементарный, прямо-таки академический случай.

— Чушь собачья. Никакой это не академический случай. В конюшню мог проникнуть кто угодно. Кроме того, она находится на расстоянии не менее сотни ярдов от дома.

— Хорошо, хорошо, — сказал Фарнсуорт. — Но почему бы нам не зайти в дом и не выпить там по чашечке кофе? Надо же дождаться парней, которые тащат из леса тело?

— Вы правы, Джим, — вступила я в разговор. — Бабушка с удовольствием угостит вас кофе и поговорит об этом деле.

— Только очень тебя прошу, — сказал Дэн, обращаясь к Фарнсуорту, — пока мы будем находиться в доме, веди себя сносно.

Агент из отдела убийств воздел вверх обе руки ладонями вперед, что должно было означать, что он — человек мирный и фермерами не питается.

На небо между тем наползла темная туча, и из нее начал хлопьями сыпать снег. Я была ему рада хотя бы по той причине, что он должен был засыпать следы крови — если не в конюшне, так в лесу.

Тем временем ко мне подошел Фарнсуорт и заговорил тихим, доверительным голосом:

— Скажу вам по секрету — у нас неплохие шансы быстро поймать убийцу. Но они станут еще выше, если вы подробно расскажете мне о людях, которые обитают на этой ферме или живут от нее поблизости. Убийца наверняка хорошо знал распорядок жизни на ферме, расположение всех строений и даже норов ваших лошадей. Одно не понятно: зачем убийца отволок тело в лес? Ведь он даже не удосужился его спрятать. Вы часто ходите по этой тропе — я правильно вас понимаю?

— Как минимум раз в неделю.

— Вот в этом-то и заключается странность. Кто бы ни убил этого парня, он привязал его к лошади, оттащил в лес, а там оставил прямо на тропе, по которой вы часто ходите. Ведь днем раньше, днем позже вы обязательно обнаружили бы тело. Что ему стоило оттащить его в сторону от дороги хотя бы ярдов на тридцать. Тогда, вполне возможно, вы никогда бы на него не наткнулись.

В его словах была логика. Стоило спрятать труп на некотором удалении от дороги и забросать листьями, как увидеть его с дороги было бы трудно. Работу убийцы доделали бы стервятники и насекомые, и уже через год мертвец превратился бы в выбеленный дождем и солнцем скелет, заметить который из-за прошлогодней листвы и бурелома стало бы еще сложнее.

Почему, спрашивается, убийца бросил труп посреди дороги, по которой часто ходили местные жители? Какую цель он при этом преследовал — если, конечно, у него была какая-то определенная цель?

Фарнсуорт, Дэн и Ноа вслед за мной вошли в дом, топая тяжелыми сапогами. Бабушка и Райан встретили посетителей в гостиной. Они были тщательно одеты — прямо как на похороны. На бабке были черный шелковый жакет, белая блузка с высоким воротником и длинная черная юбка, на Райане — угольно-черный блейзер, черная водолазка и такие же черные брюки. Он держался напряженно и подчеркнуто официально.

— Быть может, кто-нибудь из вас, джентльмены, хочет кофе? — спросила бабушка. — Он только что сварился и еще горячий.

— Я сам разолью, — сказал Дэн. — Не утруждайте себя, Эмили.

Как только Дэн вышел, Фарнсуорт совершил небольшую экскурсию к оружейному шкафу в углу комнаты. Мой «ремингтон» висел на стене. Фарнсуорт взял его в руки и понюхал стволы.

— Боюсь, мне придется попросить у вас ключи вот от этого, — сказал он, ткнув пальцем в застекленный оружейный шкаф. После этих слов в комнате установилось напряженное молчание, а у меня сразу же вспотели ладони. Райан снял ключ с крючка, вколоченного в стену рядом с дверью, и протянул его детективу.

Тот отпер шкаф и стал доставать оттуда ружья из специальных гнезд.

В гостиной появился Дэн с кружками кофе.

— Ты что это делаешь? — спросил он.

— Нужно кое-что проверить, — буркнул Фарнсуорт.

Когда он взял принадлежавшую бабушке двустволку «паркер» с резным прикладом из орехового дерева, Дэн поставил кружки на стол, подошел и выхватил у него ружье.

— Это коллекционный экземпляр, Джим. Оставь его.

— Нам нужно проверить все ружья, Дэн. Если этого парня убили в конюшне на ферме и убийца воспользовался одной из здешних лошадей, чтобы отвезти труп в лес, есть вероятность, что оружие он тоже позаимствовал здесь же, на ферме. Думаю, ты и сам это понимаешь.

— Убийца в дом не заходил, — заявил Дэн, которому уверенность в собственной правоте заменяла факты.

— А вот это нам еще только предстоит выяснить, — произнес Фарнсуорт.

— Для начала тебе предстоит получить на это ордер.

От каждого слова Фарнсуорта и Дэна голова у меня клонилась все ниже, а паника, поселившаяся в душе, усиливалась. Я уже не знала, прав ли Дэн, настаивая на неприкосновенности нашего жилища, или ему не стоит портить отношения с Фарнсуортом и следует дать согласие на осмотр дома.

— Ищешь неприятностей на свою задницу? — мрачно осведомился Фарнсуорт. — Если ты так уж настаиваешь на ордере, я его — можешь не волноваться — получу, но потом, клянусь, переверну в этом доме все вверх дном. Да я тут все перины распорю, если мне покажется, что это необходимо.

— Если ты начнешь копать под мое семейство, — сказал Дэн, — я начну копать под тебя: круглосуточно буду наблюдать за тобой — вот что я сделаю. Обещаю, что с этого момента ты вечно будешь созерцать в зеркале заднего вида мой автомобиль.

Когда он это говорил, бабушкина двустволка по-прежнему находилась у него в руках, а выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Я вдруг подумала, что он может выстрелить в Фарнсуорта, и испугалась.

— Прекратите базар — вы оба! — неожиданно гаркнул Ноа. Дэн мгновенно крутанулся на месте, чтобы взглянуть на него, а Фарнсуорт, бросив на Дэна недобрый взгляд, воспользовавшись неожиданной паузой, ретировался в дальний угол комнаты.

— Ты не петушись, Дэн, — сказал Фарнсуорт, но уже не столь агрессивно. — Я все это затеваю только для того, чтобы защитить твою семью. К тому же твои домочадцы, я уверен, не будут против осмотра дома. Так что не усугубляй.

Мы с Райаном обменялись взглядами. Он, так же как и я, затаил дыхание, дожидаясь развязки.

— Пошел отсюда к черту, — сказал Дэн.

Фарнсуорт некоторое время смотрел на него в упор, потом покачал головой.

— Я сюда еще вернусь, Дэн. Придется, сам понимаешь.

— Ошибаешься, — сказал Дэн. — Не придется.

Фарнсуорт вышел из комнаты и с силой захлопнул за собой дверь.

— Какой наглец! — прошипела, как змея, бабушка. — Больше я присутствия этого хулигана у себя дома не потерплю. Никогда.

— Извините меня за этот инцидент, Эмили, — сказал Дэн. Он снова отправился на кухню, и я слышала, как он выливал там предназначавшийся Фарнсуорту кофе в раковину.