Наталья Перфилова - Увидеть Париж и разбогатеть

— Да, это Юля, подруга наша, доктору сообщила… А насчет леченья, Вы же знаете, Альберт Владимирович, я мало что понимаю… Врач сказал ждать нужно, как организм прореагирует на огромную кровепотерю… Но я не могу просто так сидеть и ждать, умрет Диана или не умрет, я должна что то сделать… Я поэтому и позвонила Вам, Альберт Владимирович, не могли бы Вы…

— Конечно! — Нетерпеливо перебил меня профессор. — Она моя постоянная пациентка и, естественно, я немедленно займусь ее лечением. В какую больницу ее отвезли?

— В центральную. Врача зовут Тихомиров Денис Алексеевич.

— Ну, слава богу. — С видимым облегчением вздохнул Ильин. — Хоть в чем-то Дианочке повезло.

— Он что, такой хороший доктор? — Я, честно говоря, удивилась тому, что профессору известно имя какого то заштатного врача.

— Он не плохой, Лиза. А это уже многого стоит. В государственных клиниках таких специалистов единицы остались, и вам повезло, что Диана попала именно в его руки. Он парень молодой, правда, но очень талантливый и надежды подает большие в своей области.

— Странно. А Вы, Альберт Владимирович его, случайно, ни с кем не спутали?… Как-то он на меня не произвел впечатления …

— Ну, что ты деточка, я хоть и стар, но своих учеников пока и по именам, и по фамилиям всех до одного помню, и за успехами их внимательно слежу, помогаю иногда… правда, если просят, сам не лезу…

— Я очень прошу Вас помочь Диане…

— И не только ты, Лиза. Денис звонил мне сегодня рано утром и уже консультировался по поводу своей очень тяжелой пациентки, имени не называл, но, судя по всему, это и была Диана… Да, мир тесен, девочка. Мир тесен. — Задумчиво повторил профессор. — Я сказал, что полностью согласен с назначенными процедурами и обещал по возможности заехать, если возникнут осложнения.

— Вы прямо камень у меня с души сняли, Альберт Владимирович. — Искренне обрадовалась я. — Я сильно сомневалась в этом Денисе Алексеевиче, но и обижать его недоверием тоже как то не хотелось… Я рада, что все так удачно сложилось… Тихомиров сказал, что состояние Дианы пока стабилизировалось, но я все же попрошу Вас, профессор, заехать к ней хотя бы не на долго…

— Не волнуйся, Лиза, само собой, я заеду в больницу в самое ближайшее время, — твердо заверил меня Ильин. — Я и так бы время выбрал, раз Денис попросил, а уж для Дианы и говорить не о чем.

— Ну, что твой профессор сказал? — начала теребить меня за рукав Юля, как только я нажала кнопку отбоя. — Приедет он Дину посмотреть?

— Конечно, приедет, Юль. Альберт Владимирович лечит ее лет десять, а то и больше, почти как член семьи уже … Так что не волнуйся, если Диане можно помочь, то он все сделает…

— А что ты тогда такая кислая стала, будто он тебя расстроил чем-то? — Удивленно посмотрела на меня подруга. — Я даже подумала грешным делом, что он отказался…

— Да, похоже, зря я на этого доктора местного так наезжала… — С досадой ответила я. — Неудобно получилось…

— Подумаешь. — Легкомысленно махнула рукой Юля. — Лично мне на его обиды начихать. Станет Дине немного получше, перевезем ее отсюда в более приличное место, а этому в крайнем случае заплатишь побольше…

— Если он возьмет, — пробурчала я себе под нос.

— Что? — Не расслышала Юля.

— Конечно, заплачу, — громко ответила я. — Пусть только поможет Диане выбраться, а я уж в долгу не останусь. Ну, что подруга, ждать здесь нам больше нечего, вроде, все, что могли, сделали, теперь нужно с мужем твоим молодым повидаться, узнать, что думает насчет всего этого милиция.

— Петя давно из милиции ушел. — Почему-то обиделась на мои слова Юля. — Он теперь начальник сыскного бюро…

— «Надежда», — перебила я, — я все это прекрасно знаю. Вы дарите людям надежду на то, что все закончится хорошо. Вот и пойдем, подарите мне хоть немножко этой самой надежды… А насчет Пети, не обижайся. Разве быть милиционером в твоем понятии так уж не прилично?

— Нет, но… — замялась подруга, потом посмотрела на меня и продолжила. — Просто насмешки надоели до черта. Петя ведь моложе меня на восемь лет… Говорят, мол разбогатела баба и прикупила себе квартиру, машину и мужика молоденького… Не избалованного взяла из ментов, им платят то копейки, сама знаешь… Я и из города своего в первую очередь из-за этих насмешек уехала.

— Глупость какая! — Искренне сказала я и обняла Юлю за плечи. — Ты прекрасно выглядишь, такая женщина любому мужику за счастье будет и молодому, и не больно… Они просто завидуют, Юль, только и всего, а ты все близко к сердцу воспринимаешь…

— Но я ведь не держу его, Лиз. — Как бы оправдываясь, заглянула мне в глаза подруга. — Да и он начал за мной ухаживать, когда еще и не знал об оставленных тобой бриллиантах… Я ему сама понравилась, а не мои деньги. Правда?

— Конечно. — Успокоила я подругу. — Петя не тот человек, которого можно купить, поверь мне, я знаю, что говорю, а вот о бриллиантах ты ему совершенно напрасно рассказала, он слишком честный, чтобы ворованным пользоваться.

— Но мы же с тобой не крали, драгоценности попали к нам случайно… Их что, по-твоему, нужно было контрабандистам вернуть? Или государству?

— Не шуми, Юль. Мое мнение ты знаешь, а вот Петино могло с нашим и не совпасть…

— Да я ему всего то и не рассказала. — Призналась Юля. — Съездила к твоему ювелиру где то через пару месяцев, когда все успокоилось, обменяла бриллианты на деньги, положила их в банк… С Петей мы тогда уже вместе жили, но он ни разу не спросил меня, сколько средств у меня на счетах осталось после пожара. О деньгах мы заговорили впервые, когда я ему машину дорогущую подарила на день рождения…

— Отказывался? — Удивилась я.

— Представь себе, да. — Вздохнула подруга. — Пришлось показать ему сберкнижку, чтобы он убедился, что я не последнюю копейку на него потратила.

— Ну, а как ты происхождение денег объяснила? Ведь когда склад сгорел, ты при всех горько плакала и убивалась, что осталась почти нищей…

— А ты тогда сказала, что поможешь… — напомнила Юля. — Это все слышали, вот я и сказала, что это ты мне такую сумму перевела на счет… Не смотри на меня так, это же почти правда. Ты спокойно могла взять эти камни себе, и никто бы не узнал, а ты мне отдала… Чтобы помочь…

— Не оправдывайся, Юль. Ну, сказала и сказала… Мне все равно, главное, чтобы тебе было удобно. Поехали в ваше агентство, не терпится узнать подробности произошедшего с Дианой.

— Я специально предложила «Надежду» Пете открыть, и оформила все на него. Так он занимается привычным для себя делом, и не мается от того, что сидит у меня на шее. — Все никак не могла успокоиться Юля. — Гордый он очень.