Беверли Бартон - Страсть и сомнения

– У нас с лейтенантом Нортоном назначена встреча с мистером Кортесом. – Чад бросил взгляд на часы. – Уже сейчас, так что позвольте проводить вас в кабинет начальника управления. Он ждет вас и сможет ответить на некоторые вопросы. А как только мы с Нортоном освободимся, то со своей стороны будем рады сделать для вас все возможное.

Аннабел бросила косой взгляд на Куинна Кортеса:

– Мистер Кортес – подозреваемый?

Молчание. Аннабел переводила взгляд с одного мужчины на другого.

– Вы должны сообщать мне обо всем, что связано с убийством Лулу, и информация о том, является ли мистер Кортес подозреваемым, не может быть исключением.

Чад прочистил горло.

– Мистер Кортес обнаружил тело. Мы собираемся задать ему несколько вопросов в присутствии его адвоката.

Как по заказу, из подошедшего лифта вышла Кендал Уэллс.

– Что здесь происходит? Небольшое неофициальное обсуждение? – спросила она, подойдя к своему клиенту. – Надеюсь, ты хорошо вел себя, Куинн?

– Разве я когда-нибудь вел себя иначе? – ответил тот. Кендал внимательно посмотрела на него и перевела взгляд на сержанта:

– Итак, мы пришли вовремя и готовы ответить на ваши вопросы. Давайте побыстрее покончим с этим, чтобы мистер Кортес мог…

– Скоро мы займемся вами, – отрезал Чад, затем с любезной улыбкой повернулся к Аннабел: – Мисс Вандерлей, позвольте проводить вас в кабинет шефа Данли. – Он тронул ее за руку и повел вперед.

Аннабел последовала за ним, преодолевая желание оглянуться на оставшегося позади Куинна Кортеса.

– Не заставляйте нас долго ждать, – произнесла им вслед Кендал Уэллс.

– Приношу извинения за то, что никто не встретил вас и не проводил в здание, – негромко проговорил сержант Джордж, глядя на Аннабел. – Весьма сожалею, что вам пришлось встретиться с Куинном Кортесом, особенно сейчас.

– Можете мне объяснить, кто такой этот Куинн Кортес и почему он решил, что я должна была слышать о нем?

Чад хмыкнул.

– Эгоцентричный тип, защитник по уголовным делам. Считает, что весь мир должен его знать, потому что в нескольких случаях ему удалось помочь убийцам уйти от ответа. Только что он выиграл крупное дело в Нашвилле. Дело Макбрайера.

– Ах да, припоминаю. Слышала что-то в телевизионных новостях. – Аннабел ахнула, вспомнив, что говорил один из телекомментаторов о защитнике Макбрайера, имени которого она не запомнила. Мол, у него репутация не только крайне опасного оппонента в суде, но и настоящего сердцееда в личной жизни.

– По мне, так этот Кортес – просто дрянь, – сказал Чад. – Аморальный стяжатель, обделывающий темные делишки.

– Следует ли расценивать ваши слова так, что, по вашему мнению, у этого человека совершенно нет совести? А значит, он способен на убийство, верно? Вы ведь именно так рассуждаете? И считаете, что он убил Лулу?

Чад закашлялся, затем прочистил горло. Взглянув на него, Аннабел заметила проступивший на щеках сержанта румянец.

– Ну, вот мы и пришли. – Чад остановился перед закрытой дверью, ведущей в кабинет начальника полиции.

Аннабел поняла, что Чад Джордж вовсе не собирался отвечать на ее вопрос о Куинне Кортесе. Почему бы это? Неужели трудно ответить хотя бы «да» или «нет»?

– Шеф Данли, прибыла мисс Аннабел Вандерлей, – обратился сержант к закрытой двери.

– Не заставляй леди ждать, – раздался сердитый бас. – Иди за ней и приведи ее сюда. Нам и так пресса доставляет достаточно хлопот. Не хватало еще, чтобы… – Открыв дверь и увидев стоящую рядом с сержантом Аннабел, он резко оборвал свою тираду. – Мисс Вандерлей?

Она подтвердила это кивком.

– Пожалуйста, проходите в кабинет. – Данли строго посмотрел на Чада: – Разве вы не должны находиться сейчас совершенно в другом месте, сержант?

– Так точно, сэр. – Щелкнув каблуками, детектив повернулся и ушел, оставив Аннабел наедине с шефом Данли.

Джим Нортон, потирая ладонью лицо, разглядывал Куинна Кортеса. Тот самый Куинн Кортес. Было время, когда и о нем говорили: тот самый Джим Нортон, прославленный полузащитник и друг еще более прославленного ведущего игрока футбольной команды Университета Теннесси Гриффина Пауэлла. Джим отлично понимал, каково жить с опережающей тебя, а часто и сопровождающей всю жизнь, подобно призраку из прошлого, репутацией. Репутацией, от которой никак не отделаться.

Он внимательно слушал все, что говорил Кортес, и отмечал, как тот отвечал на вопросы. Инстинкт подсказывал Нортону, что Кортес не убивал Лулу. Во-первых, у него не было мотива. Во всяком случае, на данный момент так казалось. А во-вторых, Нортону импонировала реакция Кортеса на откровенную враждебность и грубость Чада Джорджа. Его партнер, похоже, задался целью любой ценой выбить из Кортеса признание в преступлении. Джим даже пару раз был на грани того, чтобы удалить сержанта из комнаты, прежде чем тот выйдет за рамки профессионального дознания.

Нортон соблюдал правила и всегда, точнее, уже долгие годы, старался не нарушать их, разве что – да и то лишь в случае крайней необходимости – мог чуть отойти от них. Общение с таким блестящим адвокатом, как Кортес, добавляло лишнюю головную боль управлению полиции Мемфиса, и для Джима важно было следить за тем, чтобы в их с Чадом работе не было даже намека на незаконные действия.

Такое уже бывало. Больше такие ошибки не повторятся.

– Ну что, закончили? – спросила Кендал, поднимаясь со стула и закрывая свой портфель.

– Возможно, – сказал Чад.

– Да, закончили, – поправил партнера Джим. – И хотим поблагодарить мистера Кортеса за сотрудничество.

– Значит, мой клиент может идти?

– Конечно.

– И может уехать в Хьюстон? – спросила она. Джим усмехнулся:

– На данном этапе не хотелось бы, чтобы вы приняли мои слова за официальные…

Мисс Уэллс шумно вздохнула.

– Значит, он может покинуть Центр криминальной юстиции, однако не может выехать из Мемфиса. Правильно я вас поняла?

– У нас пока еще не хватает фактов по данному делу, – сказал Джим. – Когда мы получим результаты вскрытия и опросим…

– Я не уеду из Мемфиса. – Кортес встал. – Если вам еще что-либо понадобится, я буду на связи. Но не принимайте мою готовность к сотрудничеству за уступку. Если вы не поторопитесь с поимкой убийцы Лулу, на шефа Данли будет оказано приличное давление со стороны общественности и семейства Вандерлей. Я не стану бездействовать и спокойно дожидаться, пока вы арестуете меня за убийство, которого я не совершал.

– В чем дело, Кортес? Если вы абсолютно уверены в своей невиновности, почему боитесь, что убийство повесят на вас? – Чад вышел из угла, в котором простоял последние десять минут. – Нам нужны неопровержимые доказательства для того, чтобы сделать это. Похоже, вас беспокоит, что мы можем найти такие улики.