Верь мне - Алёна Берндт

class="p1">— Хорошо, подари, если тебе не жалко, — Ляля притянула к себе племянницу, — Ну вот, я за тебя рада, что ты нашла здесь себе нового друга. А тётя Нина тебе как? Вроде бы она добрая…

— Ксюша сказала мне, что их мама строгая, иногда ругает их. Но я думаю, это бывает у всех, да? Бабушка тоже иногда ругает меня, когда я, например ноги сильно промочу и домой не иду, гуляю, а после заболеваю.

— Все мамы иногда бывают строгими, и бабушки, и даже тёти, — рассмеялась Ляля и подмигнула Женьке, — Это называется воспитание! Ну ладно, тогда я со спокойной душой поеду домой, а с тобой остаётся заяц, ты ведь помнишь?

— Конечно помню, — прошептала в ответ Женька и тоже попыталась подмигнуть Ляле, но только смешно зажмурила оба глаза и обе они расхохотались.

— Потише там, расшумелись, — раздался за маленьким окошком домика ворчливый возглас Розы Игнатьевны, — Елена, вы когда съезжаете? Мы договаривались ненадолго, и у меня уже другие квартиранты ждут.

Ляля снова подмигнула племяннице и вышла во двор, чтобы поговорить с суровой хозяйкой. А Женька подумала, что уже послезавтра она останется в доме тёти Нины, с Ксюшей и Сашей, будет ждать папу с работы… у неё будет обычная семья, как например у её одноклассника Валеры Гордеева, у которого есть два брата и сестра. Ей было даже интересно, каково это — жить в семье, где есть родители и другие дети… Всё же маленькое сердечко немного томил страх, но его уколы были так малы, что Женька отмахивалась от них, как от комаров.

В конце концов, она здесь не навсегда, и август наступит быстро, ведь каникулы всегда пролетают очень быстро, их не успеваешь и заметить. И они с отцом отправятся обратно, к бабушке и деду, и он останется там погостить. Там они побудут по-настоящему вдвоём.

И вот уже стоит Женька с отцом на перроне вокзала и машет рукой вслед уходящему поезду, который увозит Лялю обратно.

— Ну что, Женёк! — весело тряхнул головой Сергей, — Раз уж мы с тобой сегодня свободны, и на работу мне только в ночную смену… а не махнуть ли нам с тобой в кино? А? Что скажешь?

Женька смотрела на отца снизу вверх совершенно счастливыми глазами, улыбалась и еле сдерживалась, чтобы не расплакаться от счастья.

— Ну, тогда по мороженке и в кинотеатр! — рассмеялся отец и подмигнул Женьке.

Глава 17

Хотя дверь в комнату, где разговаривали Сергей и Нина, была закрыта, но Женька всё равно слышала их разговор. Проводив Лялю, они с отцом отправились в кино, потом еще раз поели мороженого в детском кафе, и только к вечеру явились домой, прихватив в кулинарии торт к чаю для всех домашних.

Когда они, весёлые и довольные, заявились домой, но по лицам домашних сразу стало понятно — грядёт ненастье… Нина была мрачнее тучи, а Саша и Оксана притихшие сидели в своей комнате. Женька, так счастливо проведшая этот день, который она так долго ждала, сразу ощутила всю злость, с которой на неё посмотрел Саша.

— Ты мог бы и моих с собой в кино взять! Или что, как твоя дочь приехала, они для тебя существовать перестали?! — громко говорила Нина Сергею.

— Нин, ну что ты такое говоришь! Просто я Женьку так давно не видел, подумал, что ничего плохого не будет в том, если мы хоть один день проведем вдвоём. Скоро у меня выходной — я всех троих планировал в цирк сводить.

— Сашка с Ксюшей весь день сегодня дома просидели, вас ждали. Ведь они же дети, разве так сложно понять, что и они хотят того же, что и твоя дочь! Нельзя делить детей!

Голос Нины звучал всё громче, и непривыкшая к такому Женька вжималась в раскладушку, которую поставили в комнате специально для неё. Хотя она и думала, что папа всё правильно говорит, и они даже по дороге купили билеты в цирк на воскресное представление, но всё равно отчего-то чувствовала себя такой виноватой.

Ксюша сидела за столом у окна и рисовала карандашами, привезёнными ей в подарок Лялей, и не смотрела на Женьку. А Саша вдруг поднялся со стула, подошел к Женьке и склонившись к самому её уху прошептал:

— Пока тебя здесь не было, они никогда не ругались! Всё из-за тебя, ты всё испортила! Зачем ты приехала, сидела бы в своей деревне…

Женька вспыхнула, и слёзы градом покатились у неё из глаз:

— Саша, я же ничего плохого не хотела, зачем ты так? Я ведь так долго отца не видела, мы совсем немного погуляли…

Но Саша и не слушал её, он сел рядом с сестрой и стал смотреть в окно. Дверь в комнату отворилась и вошла Нина, глянув на насупленного сына и на плачущую Женьку, сказала, как ни в чём не бывало:

— Ну что, пойдёмте чай пить с тортиком!

Женька быстро вытерла слезы, в надежде, что взрослые сейчас всё выяснили, и жизнь снова наладится, а недопонимания между ней и Сашей пройдут. Она пила чай, ела торт и улыбалась, хотя всё вдруг показалось ей безвкусным, но она так боялась «всё испортить»… Ледяной страх сковал её душу, что вот сейчас, после чая, отец уйдёт на ночную смену, а она останется одна в чужом и недружелюбном доме.

— Женька, ты чего загрустила? — спросил отец, когда Женька провожала его в прихожей, — Давай выше нос!

— Да она просто устала, наверное, — обняла девочку за плечи вышедшая из кухни Нина, — Сейчас отдохнёт, а завтра мы на дачу поедем, чтобы ты выспался после смены без нас, дадим тебе отдохнуть. Правда, Жень?

— Да, конечно! — Женя так обрадовалась и ласковому тону, и объятиям тёти Нины, что страх от ухода отца тут же притупился.

«Мало ли как бывает, я ведь одна у бабушки с дедом живу, а в семье, где братья и сёстры, разное бывает, — думала Женька после ухода отца на работу, — И ссорятся, и мирятся… надо просто подойти к Саше и всё ему объяснить по-хорошему».

Она закрыла книжку, с которой сидела на балконе, и направилась в комнату, где обитала теперь с Ксюшей и Сашей. Однако открыв дверь, она остолбенела от открывшейся ей картины — Ксюша сидела на полу в слезах, перед ней валялась её разбитая шкатулочка, в которой она хранила свои заколки и девчачьи украшения. Все вещи из шкатулки были разломаны и порваны….

На плачь дочки из кухни выскочила Нина, Женька испуганно прижалась к стене,