Развод и запах свежего хлеба - Юлия Ильская

вздыхаю я, – ничего удивительного.

Глава 15

Через час я вхожу в кабинет, где собрались все сотрудники. На их лицах вижу беспокойство и напряжение. Я прекрасно понимаю их: люди спокойно работали, и тут – бац! – из-за личных проблем начальницы с мужем они рискуют остаться без зарплаты. Да и вообще, неизвестно, что будет дальше.

Я не могу пообещать им, что всё будет радужно и хорошо. Я сама не знаю, что будет с нашей компанией завтра, и не собираюсь врать своей команде.

Я встаю во главе длинного стола и жду, пока все затихнут. В кабинете повисает тишина. Все взгляды устремлены на меня. В них надежда, и от этого мне становится больно. Я подвела их. Всех, кто помогал строить компанию. Из-за своей глупости и беспечности. Они вправе сердиться на меня.

– Благодарю вас, что пришли, – начинаю я совещание. – Я собрала вас, чтобы сообщить…

– Пренеприятнейшее известие, – шутит вполголоса Илья, наш сисадмин.

Я делаю паузу, и он смущённо опускает глаза.

– Именно так, Илья. Известие неприятное, но не смертельное. Нам заблокировали счета.

– Значит, зарплаты не будет? – вскидывается секретарша Леночка. – А у меня ипотека…

– Спокойно, зарплата будет, – успокаиваю я её. – Зарплату за этот месяц я выплачу из личных средств. Дальше… я не знаю, что будет дальше. Но мы будем очень стараться, чтобы сохранить нашу компанию.

Люди одобрительно гудят, на лицах появляется облегчение.

– Но! – повышаю голос. – Я не могу вам гарантировать, что мы выстоим. Моих средств хватит на пару месяцев, а дальше… дальше либо у вас появится новый начальник, либо всё останется как есть.

– И что нам делать? – спрашивает Лена.

– Это уже зависит от вас. Вы можете искать новое место работы или остаться и надеяться на лучшее. Я не могу просить вас остаться – у всех семьи, дети. Кто хочет, может писать заявление. Я всё подпишу. На этом совещание закончено, всем спасибо.

Я первая выхожу из кабинета и иду к себе. Это совещание далось мне нелегко. Я почти физически чувствую разочарование людей. А ведь они в меня верили.

Я падаю в кресло и тру виски: голова разболелась некстати.

– Ника, ты с ума сошла? – вбегает Юля. – Ты решила отдать все свои деньги? А если ничего не получится?

– Не отдать, а выплатить команде зарплату, – устало поправляю я её. – А ты что, хочешь, чтобы я людей без денег оставила?

– Нет… но можно же объяснить, что обстоятельства…

– Какие обстоятельства, Юль?! – перебиваю я. – Что у них начальница дура, а муж начальницы похотливый кобель? Они не заслужили этого!

– Но ты останешься банкротом!

– Зато не сволочью. Всё, Юль, хватит. Голова болит.

– Ладно, – ворчит она, – как знаешь.

Я прикрываю глаза.

Ничего… Я справлюсь. Я сильная, – повторяю про себя как мантру.

Но совсем не чувствую себя такой. Я словно одинокое деревце, которое пытается противостоять лавине. Вот-вот тресну и переломлюсь. Но пока не преломилась нужно что-то делать.

– Зови наших, – говорю я Юле. – Будем думать. А еще…

Меня прерывает звонок.

Я смотрю на экран: Ростислав Борисович. Сердце подскакивает в груди и я вспыхиваю от стыда. Я до сих пор чувствую себя неловко за свои слова в прошлый раз.

– Да, Ростислав Борисович, – отвечаю я осторожно.

Юля замирает посреди кабинета. Я знаками прошу её подождать.

– Ну что? Счета уже заблокировали? – слышу сердитый голос.

– Откуда вы знаете? – удивляюсь я.

– Догадался, – хмыкает он.

– Да, заблокировали, – нехотя признаю я.

– Похоже на Метельского, – задумчиво говорит он. – И что делать собираешься?

– Какая вам разница, Ростислав Борисович? Вы всё равно от меня отказались, – вздыхаю я.

– Есть у меня кое-какие мысли. Приезжай вечером, расскажу. Документы все возьми. – говорит он, не обращая внимания на мои слова.

– Спасибо! Спасибо! – я не верю своему счастью.

– Подожди благодарить, – ворчит он. – Сначала документы посмотрю.

– Да, да, конечно, я привезу.

Я кладу трубку и поднимаю глаза на Юлю, которая смотрит на меня во все глаза.

– Он согласился! – выдыхаю я.

В её взгляде недоверие.

– Ты уверена? Он был такой сердитый… – бормочет она.

– Да, Юль. Он сказал привезти документы!

– Ура! – Юлька выбрасывает кулак вверх и лезет обниматься. – Поздравляю!

– Подожди поздравлять, – смеюсь я. – Давай документы соберем.

Мы, воодушевленные, принимаемся за дело.

– Вероника Александровна, можно? – в кабинет заглядывает Лена, секретарша.

– Да, конечно, – говорю я.

– Я тут подумала… – она тщательно отводит глаза. – Я решила уволиться. Простите, но у меня ипотека и ребенок…

– Да, Лена, конечно. Я понимаю, – ободряюще улыбаюсь я. – Ты уже нашла новое место?

– Да. Меня давно звали… Но мне здесь нравилось.

– Хорошо. Неси заявление, я подпишу. И передай остальным, чтобы не стеснялись – я не кусаюсь.

– Началось, – ворчит Юля. – Сейчас все разбегутся.

– Ну что ж… значит, придут другие, – пожимаю я плечами.

Вопреки прогнозам Юли, сотрудники не начали массово разбегаться. Ушли только Лена и Илья. Но мы сможем справиться и без них.

Вечером мы снова стоим перед воротами Ростислава Борисовича. Всё происходит, как в прошлый раз: нас обнюхивает и облизывает Рекс, потом мы идём пить чай в беседку. И только потом Ростислав Борисович принимается изучать документы.

Глава 16

Ростислав Борисович раскладывает мои папки на столике в беседке.

– Так… – ворчит наставник, листая документы. – Сначала скажи: всё ли здесь? Или опять половину забыла?

– Всё, честно! – отвечаю я.

Он что-то бурчит, щёлкает языком, перебирает бумаги. Иногда я слышу его протяжное «хм» и замираю: мне кажется, что в этот момент решается моя судьба.

– Так… – наконец произносит он, поднимая на меня суровые глаза. – Можно тебя на пару слов?

Он выразительно смотрит на Юлю. Она тут же поднимается и отходит подальше.

– Ситуация у тебя, Ника, аховая…– начинает наставник.

– Я знаю… – шепчу я.

– Нет, ты не знаешь! – рявкает он так, что я подпрыгиваю. – Ты