Барбара Колли - Пятновыводитель для репутации

Но Шарлотта замерла на месте, словно окаменев.

— О нет! — пробормотала она, уставившись на дыру в основании вазы. Оказывается, внутри сосуда было кое-что спрятано, и теперь, когда оно вывалилось наружу, Шарлотта почти немедленно поняла, что это такое.

Кости. Крупные кости, которые подозрительно напоминали кисть руки. Шарлотта поежилась. Но в самом ли деле это человеческие кости?

Ее охватил тихий ужас. Ей очень хотелось, чтобы кости принадлежали какому-нибудь несчастному животному, забравшемуся в сосуд на свою погибель, но в ней крепла страшная уверенность, что это именно то, чем кажется.

— Шарлотта? Что-то не так? — Пэтси бросила на нее взгляд поверх вазы.

Но в эту секунду Шарлотта не в силах была ни вымолвить хоть слово, ни оторвать взгляд от костей. Ее хватило только на то, чтобы вытянуть руку и указать на них.

Недоуменно нахмурившись, Пэтси проследила за взглядом Шарлотты, а затем подошла поближе. Когда она склонилась над вазой, желая лучше разглядеть дыру, глаза ее расширились от ужаса. И, испустив душераздирающий вопль, она схватилась за голову и принялась торопливо пятиться.

Глава 4

Совершенно утратив присутствие духа из-за воплей Пэтси и не в силах отвести взгляд от страшной находки, Шарлотта остолбенела. И лишь осознав, что все остальные тоже стоят, как вкопанные, а Пэтси вопит не переставая и необходимо ее утихомирить, она взяла все в свои руки.

Первым делом Шарлотта кинулась к Пэтси.

— Все хорошо, все в порядке…

Она отвела перепуганную хозяйку подальше от ужасного зрелища и заслонила собой вазу. Продолжая крепко держать Пэтси, женщина отрывисто выкрикнула через плечо работникам:

— Эй, кто-нибудь, звоните в полицию!

Оба мужчины побледнели, как мел, и, похоже, вид костей загипнотизировал их так же, как и Шарлотту за минуту до этого. Ни один из них даже не шевельнулся — вообще неясно, услышали они ее слова или нет.

Ничего удивительного, подумала Шарлотта. Пэтси до сих пор завывает, будто потревоженный дух!

Шарлотта повернулась к Пэтси, схватила и встряхнула изо всех сил.

— Прекрати! Немедленно прекрати визжать или… Или получишь как следует!

Кричать Пэтси перестала и перешла на стоны, тоже не слишком-то разряжавшие обстановку.

В свою очередь застонав, Шарлотта снова обернулась к работникам.

— Эй, вы! — пронзительно завопила она. — Ну-ка, пришли в себя! Немедленно возьмите себя в руки! Мне нужна помощь!

Один из рабочих неохотно подхватил Пэтси под одну руку, Шарлотта — под другую, и вместе им удалось увести ее в дом, а в доме — опять-таки силой — усадить на диван.

— Спасибо, — поблагодарила Шарлотта. — Но мне придется попросить вас еще об одной услуге. Выйдите, пожалуйста, к воротам и дождитесь полицейских. А когда они появятся, проводите их на место происшествия.

Рабочий отправился выполнять поручение, а Шарлотта поспешила на кухню за стаканом воды. Может, если дать Пэтси попить, бедняжка прекратит свои жуткие стенания?

Когда Шарлотта вернулась, Пэтси уже не стонала. Зато принялась лепетать что-то, раскачиваясь взад-вперед и устремив неподвижный взгляд в пустоту.

— Я должна, должна была знать! — бормотала она. — Если что-то так хорошо, что даже не верится, то здесь кроется подвох! — И она изо всех сил замотала головой. — Слишком хорошо… слишком хорошо… чего ж удивляться, что эта штука так дешево мне обошлась… теперь понятно, зачем он мне ее продал. Но почему? Почему мне? Я-то в чем виновата?

Шарлотта не разобрала и половины из того, что бормотала Пэтси. После долгих уговоров ей все же удалось влить в нее немного воды, но, едва оторвавшись от стакана, Пэтси вновь принялась бормотать. Шарлотта всерьез забеспокоилась и уже готова была вызвать «Скорую помощь», чтобы Пэтси дали какое-нибудь лекарство, как до нее донесся звук далеких сирен.

— Слава богу! — прошептала она.

Окончательно ли Пэтси вышла из строя или у нее просто кончились силы, Шарлотта понять не могла. Но к тому моменту, когда приехала полиция, владелица вазы перестала и стонать, и бормотать. Теперь она сидела молча, вперив взгляд в пространство перед собой, и сложно сказать, что в этот момент могло напугать больше — обнаруженные кости или ее лицо.

Шарлотта боялась оставлять Пэтси одну. Она стояла у окна и, время от времени поглядывая на приятельницу, наблюдала за тем, что происходило на заднем дворе. Один из полисменов допрашивал рабочих, второй присел на корточки рядом с вазой. Что-то в этом втором показалось Шарлотте смутно знакомым, но, когда и где они встречались, в эту секунду вспомнить не удавалось.

Наконец он выпрямился, вытащил из-за пояса рацию, проговорил туда что-то, а затем подошел к своему напарнику и рабочим. Полицейские перекинулись несколькими фразами, и тот, который показался Шарлотте знакомым, зашагал к дому.

Когда он постучал в заднюю дверь, Шарлотта уже спустилась, чтобы открыть ему. И в ту секунду, когда они оказались лицом к лицу, она узнала этого человека. Во рту у нее пересохло, и она с трудом сглотнула. Может, он все-таки не вспомнит, при каких обстоятельствах они встречались… Ей-то определенно хотелось о них забыть. Но одного взгляда на его лицо хватило, чтобы понять: он ничего не забыл. Офицер подозрительно прищурился:

— Мисс Лярю, если не ошибаюсь?

Шарлотта почувствовала, как у нее вспыхнули щеки, но заставила себя кивнуть. Не все так плохо, попыталась успокоить себя она. Во всяком случае, на этот раз он не целится в нее из револьвера, как в день знакомства!

— Офицер Джо…

Голос ее безжизненно стих: она не помнила его фамилии.

— Джо Блейк, мэм. Я должен задать вам несколько вопросов. Вам и мисс Дюфур.

Шарлотта отступила назад и знаком пригласила его войти.

— Она там, — Шарлотта указала на дверь в маленькую гостиную, где оставила Пэтси. Полицейский вошел в дом, и она захлопнула дверь.

— Я вызвал экспертов-криминалистов и детективов, — сообщил Блейк. — Но прежде чем они приедут, мне необходимо кое-что выяснить.

— Вероятно, это означает, что кости человеческие?

— Боюсь, все указывает именно на это, мэм.

— Вы можете сказать, мужские они или женские?

— А вот это как раз и предстоит определить экспертам.

Шарлотта не могла бы объяснить, что побудило ее задать такой вопрос. По правде говоря, она вообще плохо соображала и знала твердо лишь одно: ей больше всего на свете хочется оказаться дома. Она взглянула на дверь, за которой осталась Пэтси. Теперь здесь полицейские, значит, Пэтси в надежных руках. Они-то уж наверняка проследят, чтобы ей оказали медицинскую помощь… если понадобится.