Наталия Левитина - Все прелести замужества

Ознакомительный фрагмент

И поделилась этим с подругой.

– Ничего страшного, – с ходу отмела Женя первую же проблему. – Как сказал Франсуа де Ларошфуко, «разлука ослабляет лёгкое увлечение, но усиливает большую страсть, подобно тому, как ветер гасит свечу, но раздувает пожар». Возрадуйся, сестра: расставание только усилит ваши с Никитой чувства.

– Ну ты нахваталась! – удивилась я. – Ларошфуко без запинки цитируешь.

– А то, – глубокомысленно согласилась Женя. – Ещё бы.

– Раньше Никита звонил гораздо чаще. Каждый день присылал эсэмэски. А сейчас почти всегда молчит. Если я звоню – то ему некогда разговаривать: у него люди, у него встреча, он куда-то торопится и так далее. Что это означает?

– Именно то, что ты подумала! Он тебя разлюбил. В Сочи ему подвернулась сексапильная девица, загорелая аборигенка. Они закрутили роман, и Никите уже не до тебя.

– А-а-а! – в ужасе заорала я в трубку.

– Это была шутка, – успокоила подруга. – Работает человек, работает. Некогда ему. И никуда он от тебя не денется. Ты сама это прекрасно знаешь. Ваши отношения прошли проверку временем и различными испытаниями. Сейчас Никита далеко, и он редко звонит. Зато когда встретитесь – разнесёте квартиру в порыве страсти. И помни – каждая командировка Никиты открывает новые горизонты для «Юниа-Транс». Следовательно – увеличивает прибыль.

– Не забывай, моя дорогая, что прибыль получает владелец компании, то есть Генрих Николаевич, а вовсе не Никита.

– Не передёргивай, Юля. Никита тоже неплохо зарабатывает. Зарплата, премиальные, бонусы. Разве нет?

– Да, – согласилась я. – Однако вспомни, как он батрачил на акционерное общество «Фростком». Точно так же метался по стране с горящими глазами – увлечённо, страстно. А что в результате? Они вышвырнули его на улицу!

– Не надо проводить параллели. Генрих не такой. Он не отплатит Никите чёрной неблагодарностью. Он его ценит, только о нём и говорит. Кроме того, не забывай – я имею огромное влияние на мужа. Даже не знаю, как так получилось, но получилось как-то… А ты моя любимая подруга. И если Генрих вдруг решит обидеть Никиту, я ему такое устрою – мало не покажется.

– Ха! А если мы с тобой вдруг разругаемся?

– С чего бы? Не вижу причин. Мы с тобой пуд соли съели. Ты вспомни, как я в твоей квартире сражалась с мокрицами!

О, да, было, было!

Как-то раз злопыхатели подбросили мне в дом свёрток со всякой нечистью. Я раскрыла пакет, и шевелящийся клубок вывалился на пол – часть насекомых тут же разбежалась по углам, другие, полудохлые, остались корчиться в конвульсиях посреди прихожей. Содрогаясь от омерзения, едва не лишившись чувств, я добралась до Жениной квартиры – в поисках швабры. У меня её не было.

Подруга тут же всё взяла в свои руки. Она сама изловила и уничтожила килограмм ползучей мерзости, отмыла всю квартиру теми самыми ручками, которыми сейчас конспектирует лекции в лондонском колледже искусств. Правда, тогда эти руки были украшены пузырьковой экземой от постоянного домашнего труда, а сейчас – бриллиантовыми кольцами…

– Так, что там у нас дальше по списку? – спросила Женя.

– Марина оценила на пять с плюсом мои шансы в ближайшее время превратиться в бегемота. Она заявила, что меня разносит на глазах.

– Какая Марина?

– Аркадьевна, мой редактор в «Стильной Леди».

– А-а, эта… Так она вечно чем-нибудь недовольна. То ты шарфик неправильно выбрала, то блузка не того цвета, то лыжи рано надела. Ясное дело, ты обижаешься. Как сказал Ларошфуко…

– Снова Ларошфуко?

– Да. Юля, я ж эссе пишу по его «Максимам и моральным размышлениям». Так вот, он сказал: «Наше самолюбие больше страдает, когда порицают наши вкусы, чем когда осуждают наши взгляды». Не слушай Марину Аркадьевну, пусть говорит всё, что хочет. Ты сама мечтала немножко прибавить в весе. Прибавила. Радуйся. Ты выглядишь фантастически.

– Правда?

– Я не шучу. А Марину не слушай. Так, какие ещё проблемы?

– Нам с Евой грозит преждевременная смерть. Мы получили дозу облучения в салоне «Будуар». Кажется, я уже умираю. Как-то погано себя чувствую в последние дни.

– Надо спать по ночам и поменьше пить кофе, – отрезала Женя. – И всё с тобой будет в порядке. А чем это вы облучились?

Я в двух словах обрисовала ситуацию. Когда подруга услышала об эффекте, производимом лазером, она стала настойчиво требовать адрес салона.

– Ты сдурела, что ли? – возмутилась я. – Я же русским языком сказала – в Интернете выложена негативная информация об этом лазере.

– В Интернете много всякого бреда пишут. И всему верить?

– После этой процедуры у женщин в восьмидесяти процентов случаев развивался рак кожи.

– А когда он развивался? Пожить-то успели в своё удовольствие? Да и вообще неизвестно… Разовьётся или нет. А тут есть шанс через неделю обзавестись новой кожей. Кто от такого откажется?

– Забудь. Я натравила на «Будуар» санэпидстанцию. Позвонила и наговорила ужасов. Надеюсь, салон уже прикрыли.

– Ну вот! – расстроилась Женя. – Зачем ты так! Подруга называется!

– Я спасла женскую часть нашего города от вымирания. Иначе рано или поздно все протоптали бы тропинку в это опасное место.

– Предательница!

– Наоборот – избавительница. Лучше объясни мне вот что…

И я рассказала Жене о мужчине в чёрном плаще.

– Ты всё выдумала, – успокоила она. – Это простое совпадение. Наверняка мужик поджидал кого-то, работающего в вашем здании. Поэтому и смотрел в сторону крыльца. Знаешь, девушкам всегда кажется, что мужчина смотрит именно на них.

– Я давно уже не девушка, – мрачно сообщила я. – И не питаю иллюзий насчёт мужской заинтересованности моей персоной. Лучше бы он пялился в другую сторону. Знаешь, мне как-то не по себе.

– Ты слишком подозрительна. И потом… Мне пришла в голову идея. А вдруг это архитектор? Ему заказали переделать фасад вашего здания. Вот он его и разглядывает. Прикидывает, что да как.

– Спасибо, что пытаешься меня успокоить. Однако мне всё равно страшно…

– Следующий раз позвони мне. Я подъеду, и мы вместе накостыляем этому козлу.

– Договорились.

М-да, психоаналитик из Жени бы не вышел!

Благодаря ей все мои проблемы обернулись надуманными фантазиями, жизнь вновь заиграла красками. А психоаналитик настроен на многолетнюю (и высокооплачиваемую!) работу с клиентом. Не в его интересах молниеносно расправляться с проблемами пациента.

Впрочем, один волнующий вопрос я от Жени утаила. Не рассказала подруге о том, какое заманчивое предложение мне сделал московский гость Олег Вадимович. Женя просто бы не поняла, в чём суть моих нравственных затруднений. Не вращаясь в журналистских кругах, она не знала ничего плохого о кандидате на пост мэра Альберте Васильеве.