Лишняя в этом доме (СИ) - Екатерина Юдина

в крошечное окошко. Через него была видна баскетбольная площадка, расположенная около правой части особняка.

Там как раз в баскетбол играли Брендон и Хорас. Оба полуголые. Лишь в шортах и это было то зрелище, от которого невозможно оторвать взгляд. Хорас тоже являлся огромным и мощным альфой, неминуемо привлекающим женское внимание, но на него я не смотрела. Только на Брендона.

Я видела, что Брен был ленивым и в тот же момент агрессивен, но в каждом своем движении, словно зверь, за которым наблюдаешь затаив дыхание и с последующим мгновением, к сожалению, влюбляешься еще больше, хотя давно кажется, что сильнее уже некуда. Так, что в груди жжет настолько сильно, что это даже больно.

И я видела то, что за их игрой так же наблюдала Алес. Она сидела на скамейке. Подбадривала братьев. Подавала им воду и полотенца.

Я никогда не завидовала ей. Не смела этого делать, ведь и так забрала у Алес слишком много — десять лет жизни в родительском доме. Но иногда, к сожалению, я ловила себя на мысли, что хотела бы быть рядом с ними. Как часть семьи, в которую меня так и не приняли.

Алес подошла к Брену и шутливо растрепала брату волосы. Наверное, она единственная, кто смел делать нечто подобное, но даже в такие моменты не полностью было ясно то, насколько они близки.

Я чувствовала, что мне не следовало приближаться к Брендону. Хотя бы потому, что я не хотела тревожить эту семью, но… наверное, я слишком эгоистична.

Хизер сказала, что рано или поздно я найду себе парня, но прекрасно понятно, что эти слова ничто иное, как лишь утешение. Как не пробудившаяся омега, я калека. Неполноценная — запаха не имею и никогда не смогу родить. Кому такая нужна?

Никому.

Поэтому мои цели в жизни были таковы — поступить в хороший университет, потом найти интересную работу. Без отношений жизнь не заканчивается и ты уж точно не умираешь.

Но все же Брендон дал мне ту надежду, от которой я давно отказалась — хоть немного почувствовать себя омегой. Тем более, рядом с тем, кого любишь до дрожи. А еще, с парнем, которого я явно не заслуживаю. Кто такой Брендон, а кто я?

Глубокие шумные вдохи. Меня буквально трясло и я нервничала настолько, что перед глазами плыло, но когда игра была окончена и Брендон ушел, я на ватных ногах медленно поплелась к его спальне.

Когда я подошла к нужному месту, Брендон как раз открывал дверь, намереваясь войти в свою комнату. Полуголый, горячий и потный. С растрепанными волосами. Выглядящий словно бог.

— Пришла дать ответ? — спросил он, ногой толкая дверь.

— Да.

— И что?

— Я согласна.

— Отлично, — Брендон положил ладонь на мою талию. Этим прикосновением забирая все мое дыхание и уже в следующее мгновение утягивая за собой в его спальню.

Глава 12 Дверь

Раньше я ни разу не заходила в комнату Брендона. Максимум, что я видела, это закрытую дверь его спальни.

Буквально мгновение и я окажусь внутри, но переступая порог, я ощутила, как от внезапно обезумевшего сердцебиения голова закружилась и перед глазами вспыхнуло множество воспоминаний. Обычно мне нечего было делать на этом этаже, поэтому ходить тут просто так я не могла. Это было бы подозрительно. Тем более, в конце коридора жил Лойд и, если я попадалась ему на территории этого этажа, можно было считать, что для меня наступил ад. Однажды он вовсе загнал меня в угол. В прямом смысле. Упираясь руками в стены, лишил меня возможности к побегу и, насмешливо смотря на меня, спрашивал, что я тут делаю. Попутно с этим привычно унижал. Без фанатизма, но всегда метко. Прямо в цель. Не прямым текстом, но все же ясно давая понять, что это не мой дом и во многих его частях я не имею права появляться.

Поэтому на этом этаже я бывала очень редко и лишь в те случаи, когда у меня появлялось оправдание для визита на практически запрещенную территорию. Например, раз в неделю наступала очередь Хизер поливать цветы, посаженные в горшки на наружных сторонах подоконников.

Я всегда упрашивала ее отдать мне эту работу. Объясняла это тем, что я прямо ужас, как люблю цветы, но Хизер не глупая и все прекрасно понимала. К счастью, она это не комментировала. Просто отдавала лейку.

Зачем я вообще таскалась на этот этаж? В надежде встретить тут Брендона. По утрам выходя из своей спальни он всегда был один и вот эти мгновения, когда мы проходили мимо друг друга в пустом коридоре, для меня являлись чем-то сродни урагана, каждый раз расшатывающего мой мир.

Чаще всего по утрам Брен был сонным. Он вообще ни на что не обращал внимания. В том числе и на меня. Поэтому мы просто молча проходили мимо друг друга. Он на первый этаж, а я поливать цветы. Иногда, в те редкие моменты когда его взгляд все же касался меня, альфа говорил безразличное «привет». Мое «привет» всегда было хмурым. Я же должна была делать вид, что Брендон мне безразличен. Делала это настолько тщательно, что порой это действительно можно было принять за ненависть.

Но вот такие редкие встречи в коридоре, случающиеся не чаще, чем раз в неделю, для меня уже стали традицией. Даже, если альфа, проходя мимо так и не замечал меня. Они все равно для меня являлись целым миром.

Его редкие «привет». То, что пару раз наши руки случайно соприкоснулись. Да и мне просто нравилось смотреть на только что проснувшегося Брендона. Еще сонного. С мокрыми и торчащими после душа волосами. Ступающего по полу босыми ступнями.

А потом он уехал учиться в колледж.

Изначально я радовалась. Во всяком случае, пыталась. Считала, что теперь мне станет легче и чувства поутихнут. Возможно, я вовсе перестану его любить. Вот только, стало наоборот, сложнее. Мне будто воздуха не хватало и я, проходя по дому, постоянно оглядывалась, будто в надежде его увидеть.

Когда Брендон уехал, Хизер пошутила, что, наверное, теперь и моя любовь к цветам исчезла, но, нет, я продолжала их поливать. Понимала, что больше не встречу альфу в коридоре, но почему-то все равно туда ходила. А еще постоянно останавливалась около закрытой двери его спальни. Прикасалась к ней кончиками пальцев, каждый раз чувствуя, как в груди покалывало.

Наверное, эту сторону его двери я знала уже наизусть, но и не думала, что однажды увижу обратную