Ксения Мартьянова - Этот томительный дым

- Я же сказал, что мне это не нужно, – в его голосе снова стали прослеживаться властные и жесткие

нотки.

- Однако меня почему-то обработали с ног и до головы, – она повернула запястья, открывая его обзору

свои перевязки, – хотя это не я находилась под завалом.

Ей показалось, что Дарен зарычал.

- Ты снова заводишь эту тему?

- Да, – вызывающе ответила Эбби и сложила руки на груди. – Потому что не собираюсь делать вид, что

все в порядке. – Его скулы мгновенно напряглись. Глаза налились уже знакомой ей яростью. Казалось, сейчас он снова потеряет над собой контроль, взорвется, выпустит наружу своего Зверя, но, вместо

этого, Дарен лишь развернулся и зашагал ко входу в… - если не придираться к словам - … её дом. – Не

нужно идти со мной. Я в состоянии сама дойти до квартиры.

- Ты в состоянии лишь бесконца падать: то в обмороки, то на ровном месте, – сквозь зубы отозвался он, практически отшвыривая дверь в стену. От внезапного удара консьерж подскочил со стула, но ничего

не сказал. Видимо, такое поведение «хозяина» здания было для него не в новинку.

- Ты… – Эбби чуть не задохнулась от подобного заявления. Ей так хотелось бросить что-то такое же

гневное ему в ответ, но она сдержалась. – Я просто не нуждаюсь в сопровождении.

- Это не тебе решать. Заходи, – велел он, когда створки лифта открылись.

- И не подумаю, – она сложила руки на груди и бросила на него свой гордый взгляд. Пусть знает, что

не подчинил её себе.

- Тебе лучше зайти по собственной воле, – сдерживаясь, но явно из последних сил, предупредил Дарен.

- Или что? – Тихо спросила Эбби. – Затащишь меня силой?

Мышцы на его лице мгновенно сжались. Он злился. И очень сильно.

- Заходи в этот чертов лифт...

- Ну уж нет! Я и с места не сдвинусь, пока ты не согл… – Дарен неожиданно подхватил её на руки и, перекинув через своё плечо, зашел в кабину. Он сделал это так легко, словно она была самой настоящей

пушинкой и… Господи, от его силы и властности у неё мурашки бежали по коже. Сейчас она на самом

деле готова была ему повиноваться, и… нет-нет-нет. Черт! – Отпусти! У тебя нет совершенно

никакого права хватать меня! – Эбби попыталась выкрикнуть это со всей ожесточенностью и яростью, но её вопль скорее напоминал томный вздох. Божееее. Этот мужчина истинный Дьявол!

Когда она собиралась было снова закричать, он неожиданно резко поставил её на ноги, а затем всё с той

же злостью долбанул по кнопке лифта.

- Что? Доволен собой?! – Сдувая растрепавшиеся локоны с лица, спросила она.

- Я предупреждал, – просто, но как-то тихо ответил Дарен.

- Это тебя не оправдывает! – Закричала она, давая выход эмоциям. – Так, как ты поступил, делает

только варвар со своей добычей или хозяин со своей рабой! А я для тебя, уж прости, ни та, ни другая!!

- У меня был иной способ заставить тебя войти в этот хренов лифт?? – Неожиданно заорал он, резко

разворачиваясь к ней. Его глаза горели такой свирепостью и таким огнем, что заставили Эбби на

инстинкте вжаться в корпус кабины. Она не боялась Дарена, но боялась того, что жило внутри него.

- Был, – тихо ответила она, стараясь преодолеть свой страх, – если бы ты позволил тебе помочь, если бы

согласился на медицинскую помощь…

- Дьявол! – Он резко долбанул ладонью по холодному металлу, вынуждая Эбби на мгновение прикрыть

глаза. – Почему всё повторяется по кругу?! Почему ты никак не поймешь, что мне не нужна ничья

помощь?!

- Но тебе больно… – одними губами прошептала она, замечая, как почти мгновенно переменилось

выражение его лица. Ярость полностью уступила своё место тому пламени, которое всего минуту назад

она видела в его глазах.

- Постоянно, – еле слышно ответил Дарен, – я ощущаю это внутри себя постоянно. Это часть меня. И ни

доктора, ни кто-либо ещё не в силах что-то изменить, – с этими словами он подошел ближе. – В ту

секунду, когда я перестану испытывать боль - я буду мертв.

Эбби затаила дыхание, с таким же мучением смотря ему в глаза и понимая, что, наверное, впервые в

жизни этот мужчина признался в том, что чувствует на самом деле. В этот момент раздался до боли

знакомый звук и двери лифта открылись. Дарен развернулся, чтобы выйти, но что-то заставило его

помедлить или кто-то…

- Элли… - имя сестры само слетело с губ.

- Слава… Богу, – она вздохнула от облегчения, по очереди оглядывая то одного, то другого. Эллисон

почти не дышала, поэтому говорила с большим трудом. – Я уже просто не знала… что делать… вас

нет… телефон доктора Эмерсона не отвечает…

- Что случилось? – Сердце опустилось, предчувствуя беду.

- Мэнди… – всхлипнула она. – Действие препарата кончилось и…

Из квартиры донесся душераздирающий крик, который заставил всё внутри у Эбби тут же похолодеть.

Она не помнила, как добралась до комнаты, лишь то, что бежала туда, сбивая ноги и стараясь

сдерживать слезы.

- …нет! Отпусти меня! Не трогай! Отпусти…

Эбби ухватилась за край косяка, не в силах пошевелиться от увиденного. Тайлер из последних сил, как

только мог, сдерживал Мэнди, прижимая её к себе, пока она, полностью утратив над собой всяческий

контроль, отбивалась ногами и пыталась вырваться из его хватки.

- Детка, пожалуйста…

- Я хочу умереть! – На этих словах Эбби вздрогнула и сжала дерево сильнее, чтобы просто устоять на

ногах. – Дай мне умереть… – обессилено качала головой она, пока по щекам текли слезы, – я не смогу

так жить… не смогу…

В этот момент Тайлер поднял голову и посмотрел Эбигейл прямо в глаза. Мимолетно. Наверное, всего

на секунду задержав на ней свой взгляд, но и этого оказалось вполне достаточно для того, чтобы она

заметила в них боль. Сумасшедшую. Ту самую, от которой чувствуешь бессилие, отчаяние и страх.

- Она ничего не говорит, – смотря куда-то сквозь неё, вдруг сказал Тайлер. Он еле сдерживал дрожь в

руках. – Я не понимаю, как помочь… просто не знаю…

- Отойди, – властный голос, раздавшийся за её спиной, заставил Эбби выдохнуть. – Подальше.

Она медленно повернулась и тут же встретилась с бешеным, почти что нечеловеческим взглядом синих

глаз, и этот самый взгляд заставил Тайлера мгновенно подчиниться. Он осторожно, словно

загипнотизированный, отошел в сторону, нехотя разжав руки, пока Мэнди, лишившись его опоры,