Сьюзен Льюис - Месть

— Я рада возможности поговорить с вами, Кирстен, — начала она ровным голосом, откинувшись на спинку дивана и скрестив ноги. — Лоренс очень дорог Дону Макалистеру и мне, — продолжала она, улыбаясь и показывая безупречно белые зубы, однако ее темные глаза были холодны, как лед. — За последний год ему пришлось много пережить — от него ушла Пиппа, да еще этот ужасный случай во время съемки фильма. Неудивительно, что какое-то время он будет совершать несвойственные ему поступки, хотя понятно, что если он заведет интрижку, ни Дон, ни я не будем возражать против этого.

У Кирстен вспыхнули щеки, но она промолчала.

Тея холодно улыбнулась.

— Буду откровенна, Кирстен, — продолжала она, — мне бы хотелось, чтобы Лоренс выбрал кого-нибудь другого, кто… скажем, помог бы ему пережить это трудное время. Впрочем, следовало ожидать, что это будете вы. — Она вздохнула. — Но я надеюсь, что ваша связь закончится скорее, чем в прошлый раз. Как вы понимаете, мы опасаемся повторения того, что вы сделали тогда. Лоренс очень переживал этот аборт, это ранило его гораздо глубже, чем вы думаете. И, раз уж у нас с вами откровенный разговор, думаю, вам следует знать, что Лоренс получит наследство не от своего отца, а от меня. — Она вопросительно подняла брови, словно спрашивая, понимает ли Кирстен, о чем идет речь.

Кирстен поняла это слишком хорошо, но Тея Макалистер решила все-таки разъяснить сказанное.

— Мое наследство вам не удастся прикарманить, Кирстен, даже если для этого мне придется вычеркнуть Лоренса из завещания.

У Кирстен перехватило горло, и она с трудом сказала:

— Я люблю Лоренса, госпожа Макалистер.

— О, я так не думаю, — перебила ее Тея, стряхнув невидимую ниточку с лацкана жакета, — я не раз встречала женщин вашего типа и даже без газетных статей с первого взгляда распознаю охотниц за наследством. Мне кажется, Кирстен, что… — Ее взгляд метнулся к двери — это вернулся Лоренс. Выражение лица Теи тотчас изменилось. Теперь оно излучало материнскую любовь.

— А вот и ты, дорогой. Том угомонился?

— Угомонился и крепко спит, — ответил Лоренс, сев рядом с Кирстен и обняв ее. — А где отец?

— Ушел за шампанским на кухню, — сказала Тея, бросив взгляд на каминные часы из позолоченной бронзы. — Осталось всего несколько минут.

Ровно в полночь все они стоя выпили шампанского, затем Лоренс прошептал Кирстен: «С Новым годом, дорогая» и слегка коснулся губами ее губ.

— С Новым годом, — с улыбкой сказала ему Кирстен и, почувствовав на себе сверлящий взгляд Теи, опустила глаза.

Лоренс заглянул ей в лицо.

— Что случилось? — тихо спросил он. — Ты вдруг стала такой серьезной.

— Ничего, — ответила Кирстен, — просто немного болит голова. Мне, пожалуй, пора.

— Ты серьезно? Уже?

— Да. — Повернувшись к дивану, она взяла свою сумочку. — Спасибо за чудесный вечер, — сказала она Tee и Дону.

— Но тут еще осталось столько шампанского! — воскликнул Дон. — Вы не можете бросить нас так рано.

— Извините, — сказала Кирстен. Потом, взглянув на Тею, спросила: — Вы позволите мне вызвать такси?

— Конечно, моя милая.

— Не дури. Я отвезу тебя, — резко сказал Лоренс, отводя тяжелый взгляд от Теи.

— Нет, нет, я прекрасно доберусь на такси.

— Ни в коем случае!

Они ехали домой молча. Кирстен чувствовала, что Лоренс взбешен, но сидела, отвернувшись к окну, и старалась не разрыдаться.

— О'кей, — Лоренс остановил машину у дома Кирстен. — Что она тебе сказала?

— Кто?

— Ты знаешь, кто, так что не юли, выкладывай все. — Поверь, Лоренс, это не имеет значения.

— Имеет! — рявкнул он, хватая ее за руку. — Она просила тебя оставить меня, не так ли?

— Лоренс, пожалуйста… — Кирстен пыталась высвободить руку.

— Я должен знать, — сквозь зубы пробормотал он. — Что она тебе сказала? Что лишит меня наследства, если я буду продолжать отношения с тобой?

Кирстен не смотрела на него.

— Уверен, что это так. Ради Боги, Кирсти, разве ты не видишь, что играешь ей на руку, собираясь бросить меня? Она говорит тебе, что у меня не будет денег, и ты от меня уходишь. Она проверяла тебя. Она, может, и не верит тому, что о тебе писали, но она любит нас с Томом и по-своему хочет защитить нас.

— От меня? — вдруг взорвалась Кирстен. — Еще бы! Весь мир нужно защитить от меня! Возможно, она права! Возможно, я охочусь за твоими деньгами! Но упаси меня, Боже, стать преградой между тобой и твоим наследством, — с этими словами она распахнула дверцу и, выскочив из машины, побежала к дому.

Лоренс догнал ее, когда она искала в сумочке ключи.

— Никогда не смей так унижать себя! — заорал он, круто разворачивая ее, чтобы посмотреть ей в лицо. — Я знаю, что ты любишь меня, и, черт меня побери, никому не позволю разлучить нас. А теперь выслушай меня! — крикнул он, встряхивая ее. — Я люблю тебя, Кирстен, я люблю тебя, ты понимаешь меня?

— Почему? — воскликнула она. — Почему меня, когда вокруг столько подходящих девушек, которых твоя мать…

Он закрыл ей рот поцелуем.

— Ты хочешь знать почему? — спросил он, отрываясь от нее. — Так я тебе скажу. Я люблю тебя, потому что ты единственная женщина на свете, которую я любил. Я люблю тебя, потому что ты, черт возьми, сводишь меня с ума. Я люблю тебя, потому что ты, черт возьми, такая дуреха… — Он выхватил у нее ключи и, распахнув дверь, втолкнул ее в дом. — Я люблю тебя потому, что когда ты рядом, мне есть ради чего жить. Я люблю тебя, потому что ты меня любишь. — Он захлопнул дверь и прижал ее к стене. — Я люблю тебя, потому что ты, черт возьми, такая беззащитная, — он поцеловал ее. — Я люблю тебя, потому что тебе надо быть любимой, — простонал он, задирая ее юбку. — Я люблю тебя потому, что ты делаешь со мной такое, чего не удавалось ни одной женщине, — сказал он, расстегивая «молнию» на брюках. — И я люблю тебя, — добавил он, входя в нее, — из-за этого.

Кирстен, задыхаясь, ловила ртом воздух. У нее подкашивались ноги, но он поддерживал ее, плотно прижав к стене.

— Им не удастся встать между нами, Кирстен, ты слышишь меня? — простонал он. — Никто и никогда не разлучит нас. Даже ты сама.

ГЛАВА 28

Не прошло и нескольких часов после их возвращения в офис, как Кирстен и Лоренс поняли, что было безумием надеяться сохранить в тайне свои отношения. Стоило им лишь взглянуть друг на друга, как вся команда поняла, что их роман, который все считали предрешенным, наконец возобновился и был теперь в самом разгаре. Их шутки заражали весельем всех. Все радовались, когда Лоренс бессознательно обнимал Кирстен, а она смотрела на него так, словно он рехнулся. Никто уже не входил в их офис, не постучавшись.