Юна-Мари Паркер - Влечения

— Я и с ним не могла связаться, — тут же солгала Ребекка. — Я же говорю, все вышло совершенно неожиданно, как снег на голову. — Она шутливо возвела глаза к потолку. Но Рибису и О'Харе было не до шуток. Они пристально смотрели на нее, следя за разговором. — Карен, миленькая, ну прости меня! Я прямо сейчас позвоню Стирлингу и успокою его. А мы встретимся с тобой в другой раз, хорошо?

— Хорошо-то хорошо, но ты не забудь насчет Стирлинга, — проговорила Карен озабоченным голосом. — Мне его жалко стало. Бедняга думает уже, что тебя грохнули, как и ту Мариссу…

— Я созвонюсь с ним сию секунду, обещаю. Не беспокойся, — сказала Ребекка. Повесив трубку, она оглянулась и сказала Джерри: — Мне нужно позвонить Стирлингу.

— Ну так звоните, зачем спрашивать разрешения? Скажите, что с вами все в порядке и что вы ничего не можете сейчас объяснить, но будете у него на квартире через двадцать минут, — отозвался Джерри. — Я поеду с вами. Надо узнать, с какими полицейскими участками он связывался… Час от часу не легче! Черт возьми, вот тебе и тайная операция! — добавил он, расстроенно вздохнув.

— Да уж… — буркнул О'Хара. — Нам еще не хватало, чтобы вся полиция Нью-Йорка узнала об этом…

Стирлинг не поверил Ребекке, что с ней все в порядке, и примчался к себе домой как ракета. По телефону Ребекка говорила очень сдержанно, словно боялась сболтнуть лишнее, и это его отнюдь не успокоило. Повернув ключ в замке, он влетел в прихожую, но в следующее мгновение замер как вкопанный, увидев, что Ребекка не одна.

— Не волнуйся, Стирлинг. Это Джерри Рибис. Он работает на ФБР, — торопливо объяснила она, увидев выражение его лица.

— Какого черта? — буркнул Стирлинг, глядя на Джерри.

— Так, спокойно, Стирлинг! Я сейчас все объясню, — сказала Ребекка. — Джерри нужно узнать, в какие полицейские участки ты звонил по поводу меня. Он ведет тайное расследование. Никто не должен знать о том, где я была сегодня утром.

Стирлинг успокоился лишь после того, как Джерри предъявил ему свое удостоверение агента ФБР. Он назвал те участки и больницы, куда звонил из-за Ребекки.

— Надеюсь, меня тут не выставят виноватым? — защищаясь заранее, проворчал он. — Я тревожился, не знал, что и подумать…

— Все нормально, я возьму это на себя, — устало сказал Джерри. — Так, мне пора, я вас покидаю. Но вы не беспокойтесь: за домом ведется тщательное наружное наблюдение. Я буду информировать вас о малейших изменениях в обстановке. Пока оставайтесь здесь, Ребекка. Не выходите на улицу, а если вам опять позвонят, старайтесь затянуть разговор как можно дольше. Я думаю, Капра звонит из своей штаб-квартиры… Нам ее необходимо вычислить, вы понимаете?

Ребекка пошла проводить его до двери.

— Спасибо, — вдруг сказала она. Джерри был так не похож на О'Хару. Теперь, когда окончательно выяснилось, что он не враг, ей стало легче на сердце. Она симпатизировала ему с самого начала. — Как нам связаться с вами, если потребуется?

— Никак, — бросил он через плечо. — Я сам свяжусь с вами.

С этими словами он вышел из квартиры и тихо, но плотно прикрыл за собой дверь.

— Ну вот. — Ребекка повернулась к Стирлингу лицом. — А теперь слушай!..

Ребекка проснулась среди ночи от каких-то смутных, но очень неприятных ощущений. Повернув голову, она различила в темноте силуэт спящего Стирлинга. Ребекка сделала движение к нему и в следующее мгновение поняла, что именно с ней стряслось.

— Стирлинг! — громко позвала она. — Боже, Стирлинг, у меня кровотечение! У меня, наверное, выкидыш!

Он мгновенно проснулся и включил ночник.

— Что?! Ты уверена?!

— Да… мне плохо… я боюсь шевельнуться…

Он вскочил с постели и схватил телефонный аппарат.

— Сейчас приедут врачи. Держись, малыш!

Стирлинг набрал номер, объяснил дежурному в двух словах, что случилось, и продиктовал свой адрес.

Ребекка лежала на боку, поджав колени к животу. Лицо ее было напряженным и покрылось испариной.

— Принеси, пожалуйста, из ванной какие-нибудь полотенца… — тихо попросила она. — Прости, Стирлинг. Прости меня, милый…

— Ты ни в чем не виновата и не смей винить себя, слышишь? — почти крикнул он. Ему было больно смотреть на нее. — Если с кого и спрашивать, так с Джерри Рибиса и этого злосчастного О'Хары за их вчерашний сюрприз!

Он принес полотенца и набросил ей на голые плечи теплый свитер. Ребекку трясло в ознобе. Она смертельно побледнела, кожа стала липкой от выступившего пота. Быстро одевшись, Стирлинг приготовился сопровождать ее в больницу. Сначала он нетерпеливо расхаживал по комнате взад-вперед, но затем Ребекка попросила его сесть на постель, и он послушался.

— С тобой все будет в порядке, малыш, — повторял он как заведенный. — Тысячи женщин проходят через это в первый раз. Все последнее время в тебе накапливалось внутреннее напряжение, а вчера ты пережила настоящий шок. Так что в этом нет ничего удивительного…

В эту минуту раздался звонок в дверь. Обрадовавшись и подивившись про себя оперативности медиков, Стирлинг выскочил в прихожую и открыл дверь. На пороге возник мужчина, одетый, как уборщик. Тем неуместнее смотрелся в его руке мобильный телефон.

— Я человек Рибиса, — лаконично представился он. — Мы перехватили ваш звонок. Я хотел только сказать вам, что машина с врачами уже выехала. Мы вызвали ее по своим каналам. Помощь прибудет с минуты на минуту.

— Я вам очень признателен, — отозвался Стирлинг.

— Надеюсь, с вашей подругой все обойдется.

— Да… конечно…

— Мы не спустим с нее глаз, когда ее привезут в больницу. Ей выделят отдельную палату, и в коридоре постоянно будут дежурить наши люди.

— Отлично! А сейчас я должен вернуться к ней, если не возражаете. Могу я рассчитывать на то, что вы сами встретите врачей и проводите их сюда?

Тот кивнул:

— Само собой.

Войдя в спальню, Стирлинг обнаружил, что Ребекка рыдает.

— Я хотела ребенка… — всхлипывала она. — Ты не подумай… я хотела…

— Я знаю, любовь моя… — У Стирлинга защемило сердце и на глаза тоже стали наворачиваться слезы. Он присел на краешек постели и ласково обнял Ребекку за плечи. — У нас еще будут дети, малыш. Жизнь ведь только начинается. Мы с тобой родим столько детей, сколько ты захочешь. Нас ожидает счастливое будущее…

Вместо ответа она лишь благодарно сжала его руку.

Спустя несколько минут приехали врачи. Ребекку завернули в одеяло, пересадили в специальное кресло-коляску и увезли к лифту. Внизу двое санитаров подхватили ее на руки, словно ребенка, и занесли в машину. Стирлинг с тяжелым сердцем последовал за всеми, предварительно заперев квартиру. В тот миг он думал лишь о том, что никогда не простит Рибиса и О'Хару за то, что случилось.