Джулия Гарвуд - Список жертв

— И они решили, что мой брат виновен в той аварии, — сказала Риган.

— Нина точно знала, чего хочет. Как только она окрепла достаточно, чтобы выдержать дорогу, они переехали сюда, в родной город Уокера. Полагаю, что первоначально их целью был именно Уокер Мэдисон. И Эрик искал возможность убить его.

— Сначала так и было, — подхватил Алек. — Но потом планы изменились.

— Мы нашли у Эрика вырезки из газет и фотографии Уокера, — продолжал Уинкотт. — Они почти все время были в курсе его поездок. А еще мы нашли фотографии Риган и вас. — Он кивнул братьям. — Помните то семейное фото, что так понравилось Генри? Он еще повесил его на стену в рамочке. Думаю, планы изменились после того, как Нина увидела этот снимок. На нем Уокер стоит за спиной Риган, руку положил ей на плечо, и по лицу видно, что он смотрит на сестру с нежностью. Должно быть, они сходили с ума всякий раз, когда смотрели на ваши улыбающиеся лица.

— И тогда они решили, что сначала Уокер должен страдать. Он должен помучиться перед тем, как Эрик его убьет. Гейдж хотел, чтобы брат стал причиной смерти сестры и осознал бы это. Они оба сошли с ума от ненависти.

— Авария превратила их в чудовищ, — прошептала Риган.

— Знаешь, милая, по-настоящему хорошие люди не превращаются в чудовищ. Значит, это дремало где-то внутри, как червоточина в яблоке, — мрачно отозвался Бьюкенен.

— И все же мне их жаль…

— А мне нет, — резко сказал Алек. — Этот урод хотел тебя убить. Если бы я мог, я застрелил бы его еще раз.

— Думаю, на сегодня стоит закончить. — Уинкотт встал и убрал блокнот в карман.

— Я тоже пойду. — Софи вскочила. — Сегодня выдался поистине кошмарный день. Ты меня так напугала, Риган! Теперь неделю придется ходить по магазинам, чтобы снять стресс.

— Я что, должна извиниться за сегодняшнее?

— Ну, если тебе от этого станет легче, — хмыкнула Софи.

— Софи, тебе придется отвезти меня домой, — заявила Корди. — И если уж Риган и должна перед кем-то извиниться, так это передо мной. Я вообще не хотела участвовать в этом дурацком забеге. Помните, я предложила пойти в кафе.

— Минуточку, ты сказала, что мы встретимся на финише и пойдем в кафе!

Пререкаясь, подруги помахали Риган и ушли. Потом откланялся Уинкотт, и Алек встал.

— Эй, Джон, погоди-ка, мне надо кое-что тебе сказать… Они скрылись за дверью.

— Ты как? — спросил Спенсер. — Составить тебе компанию на вечер?

— Нет, спасибо. Я уже в норме.

Она проводила братьев до двери, ткнула кулачком в спину Эйдена и спросила:

— Хочешь, скажу что-то смешное?

— Я просто мечтаю услышать сегодня хоть что-то не страшное и не печальное. Так что давай.

— Помнишь, у меня была одна маленькая проблема…

— Какая именно?

Риган нахмурилась — можно подумать, у нее проблем столько, что он не успевает их пересчитывать, поросенок.

— Папики и их девочки.

— Ах да, твое отвращение к разновозрастным парам, когда мужчина намного старше женщины?

— Именно.

— Я советовал тебе поработать над собой.

— Я работала… и это помогло мне выжить. Я как раз таращилась на такую парочку… ну, старалась найти в них что-то положительное, как ты советовал. Старалась убедить себя, что человека нельзя презирать только за то, что он… э-э… старый плешивый сластолюбец.

— Ага, я вижу, что ты успешно справляешься со своей проблемой.

— Если бы не мое отвращение к этим людям, я не заметила бы Эрика Гейджа заранее, понимаешь?

— А то, что ты его заметила, оказалось важным?

Черт, ну почему брату так непросто объяснить самые очевидные вещи.

— Ладно, проехали, — устало сказала Риган.

— Слушай, теперь я тебе что-то скажу…

Она подняла голову, чтобы взглянуть ему в лицо, и тогда добрый братец ухватил ее пальцами за нос, потянул и заявил:

— Мы тебя любим. Помни это, ладно?

Риган кивнула, чувствуя, как на глаза опять наворачиваются слезы.

— А ты утроишь мне бюджет на следующий год? — быстро спросила она.

— Нет. Но любить не перестану.

Алек возвращался, проводив Уинкотта. Эйден перехватил его в коридоре. Спенсер в дверях болтал с Риган.

— Что такое с моей сестрой? — резко спросил Эйден.

— Я собираюсь на ней жениться, — отозвался Алек без улыбки.

— Вот как?

— Ей потребуется время, но я уверен, что в конце концов она согласится.

Эйден вдруг усмехнулся, протянул Алеку руку и, бросив быстрый взгляд на Риган, сказал:

— Может, вам понадобится не так уж много времени на уговоры.

К ним присоединился Спенсер, и Алек поставил его в известность о своих намерениях. Спенс вдруг почувствовал себя старшим братом — нахмурился и начал:

— Если хоть раз моя сестра заплачет из-за вас… — Он осекся, взглянул на Риган, которая стояла в дверях и ладошками утирала слезы. Спенс вздохнул и пробормотал: — Впрочем, что это я…

Мужчины обменялись рукопожатием и разошлись. Риган стояла на пороге и смотрела, как Бьюкенен идет к ней. Он отметил, что вид у девушки не слишком приветливый.

— Я хотела поблагодарить тебя за сегодняшний день, — сказала она.

— Давай.

— Ты спас мне жизнь.

— А ты спасла мою.

— Тогда мы в расчете.

Она отступила к двери, намереваясь захлопнуть ее перед носом Бьюкенена. Чтобы он не увидел, как она плачет… в смысле, как она плачет из-за него.

— С чего это ты такая сердитая?

Риган разозлилась по-настоящему. Этот человек хочет попрощаться еще раз? Сейчас получит!

— Я не сердитая! Но насколько я помню, мы с тобой уже попрощались. Ты собирался двигаться дальше, помнишь? «Идти вперед», так, кажется, ты выразился. Вот и иди. Желаю счастья в личной жизни и успехов в работе.

— Вот как.

— Вот так!

Он потянулся к ней, но Риган отступила и покачала головой:

— Нет-нет, не надо. Послушай, Алек, я больше не хочу. Так нельзя, понимаешь? Ты сказал, что уезжаешь, а потом просто приходишь опять и… так нельзя, я не выдержу… — Не реветь! Только злость может остановить слезы, и Риган разозлилась еще разок: — И вообще, ты же идешь вперед, забыл? Что же ты встал? Давай, иди… отсюда!

Она завелась и готова была к ссоре, к сражению. Но Бьюкенен сыграл нечестно. Просто молча смотрел на нее, а потом тихо сказал:

— Я тебя люблю.

— Нет.

— Да. Люблю.

— Ты сказал: «Если ты когда-нибудь будешь в Бостоне»… Ты это сказал!

— Я не поеду в Бостон без тебя.

Риган отступила в коридор и мстительно сказала:

— Если ты когда-нибудь будешь в Чикаго…

Она попыталась захлопнуть дверь, но не успела. Алек просунул ногу между створкой и косяком. Потом без труда распахнул дверь и вошел. Неторопливо запер за собой дверь и сказал: