Сандра Браун - Беззвучный крик

Он стал падать и умер прежде, чем оказался на полу.

Эззи, чудом избежав смерти, посмотрел во двор, где Анна Корбетт стояла на коленях возле Джека, прижав к себе его голову. Стоявший рядом с ней ребенок плакал. Но ноги мужчины двигались. Он был жив.

Достав свой пистолет из зарослей петуний, Эззи поднялся по ступенькам и остановился, чтобы взглянуть на Карла. У него всегда было большое самомнение. Он ужасно разозлился бы, если бы узнал, что после смерти будет выглядеть некрасиво. Но сейчас у него на лице было совершенно глупое выражение.

Пройдя мимо него, Эззи осторожно вошел в дом. В передней Анны Корбетт было как на бойне — такой же вид и запах. Ломакс лежал на спине, очевидно, убитый выстрелом в грудь.

Майрон Хаттс притулился возле стены, скорчившись в позе эмбриона, и что-то тихо бормотал.

Эззи с опаской приблизился к нему, но Майрон не оказал никакого сопротивления.

— Дай мне руки, Майрон, — опустившись рядом с ним на колени, сказал Эззи.

Хаттс послушно протянул ему руки, и Эззи защелкнул на них наручники, а затем спрятал в кобуру пистолет.

— Карл на меня сердится?

— Карл умер.

— Ох!

— Ты истекаешь кровью, Майрон.

— Очень болит.

— Ты можешь встать?

— Могу. — Эззи помог ему подняться на ноги и повел к двери. На Ломакса Майрон даже не взглянул и, казалось, не заметил Карла, лежавшего за порогом. — Можно мне съесть «Пэйдэй»?

— Конечно, Майрон.

— А «Попсикл»?

— Когда мы приедем в больницу, я посмотрю, что можно сделать.

По подъездной дорожке уже мчались патрульные машины и «скорые». Эззи с удивлением понял, что прошло всего несколько минут с тех пор, как он подъехал к воротам.

Его не удивило бы, если бы он узнал, что прошел миллион лет.

Казалось, миновала целая вечность.

Он подвел Майрона к двум полицейским, которые зачитали ему права, в то время как врачи уже обрабатывали его рану.

Майрон все говорил им об обещанном леденце.

Врачиха из «скорой помощи» приказала Эззи прилечь на веранде, пока не принесут носилки.

— Это еще зачем? — раздраженно спросил он. Молодая женщина посмотрела на него с недоумением.

— Но ведь вы ранены, сэр.

Только тогда Эззи обратил внимание на ноющую боль в правой руке.

— Вот черт! — Но на самом деле он был рад, что Карл попал в него. Он-то думал, что выронил пистолет просто по небрежности или что руки затряслись от старости.

Он громко засмеялся, и молодая врачиха посмотрела на него с тревогой.

— Нет, юная леди, я не сошел с ума, — сказал Эззи.

Принесли носилки, но он отказался на них ложиться, сказав, что сам пройдет небольшое расстояние до машины.

— Эй, Эззи! — Шериф Рон Фостер догнал его и пошел рядом. — С тобой все в порядке?

— Не могу пожаловаться.

— Ты сделал огромное дело, Эззи. Большое дело.

Отмахнувшись от комплимента, он спросил:

— Как там Стив Джонс?

— Ему пытаются спасти колено, но в остальном все нормально.

— Он хороший полицейский. Жалко Джима.

— Да.

— А как насчет него? — Он посмотрел на человека, который спас ему жизнь и которого сейчас грузили в санитарную машину. Анна Корбетт и ее мальчик прижимались к носилкам.

— Без сознания. Возможно, внутреннее кровотечение. Он в тяжелом состоянии.

У Эззи перехватило горло.

— Если бы не он, я бы погиб.

— Как только доктора заштопают твою руку, я хотел бы узнать, что случилось.

— Я не знаю, что происходило внутри, — сказал Эззи. — Но дело, видимо, приняло скверный оборот. Это чудо, что они остались живы.

До машины «скорой помощи» осталось уже немного. Он не станет унижаться и просить носилки, от которых отказался, но он потерял больше крови, чем показалось сначала, и сейчас у него немного кружится голова. Ноги передвигаются с усилием.

— Пока у нас не будет переводчика, я не могу допросить миссис Корбетт, но когда я спросил мальчика, что случилось, он сказал, что плохой дядя застрелил мистера Ломакса и ранил Джека и что его мама ударила плохого дядю ножом в ногу.

— Анна его ударила ножом?

— Ножом Джека.

— Знаменитый нож! — пробормотал Эззи.

— Пардон?

— Нет, ничего. — Эззи не видел смысла рассказывать об инциденте, происшедшем между работником и Эмори Ломаксом. Их соперничество — если оно действительно было — сейчас уже не имеет значения.

— Шериф Фостер!

К ним присоединился помощник.

— Коронер велел отдать это вам. Вошло в грудь Карла Херболда, как в масло. — Он подал Фостеру полиэтиленовый мешочек для вещественных доказательств с запечатанным внутри окровавленным ножом.

— Спасибо. — Подняв вверх мешочек, Фостер осмотрел оружие. — Да, эта штука может вскрыть человека, как консервную банку.

— Можно мне взглянуть?

Шериф передал мешочек Эззи. Нож был необычным — именно таким, каким его описывала секретарша Ломакса. Единственно, миссис Пресли говорила о костяной рукоятке, а сейчас Эззи показалось, что она сделана из оленьего рога. Когда она пыталась описать лезвие, Эззи тогда решил, что она рехнулась с перепугу, но черт побери — лезвие действительно отливает темно-синим цветом, и кажется, будто поверхность его покрыта рябью.

— М-да. Это тебе не простой охотничий нож, верно?

— Не хотелось бы мне напороться на его острие, — ответил Фостер.

— Я только один раз видел похожий нож, — сказал Эззи. — Много лет назад у одного парня в городе был такой же. Этого парня звали Джон…

Внезапно ноги Эззи подкосились, и он, должно быть, покачнулся, потому что Фостер подхватил его под руку.

— Мэм, я думаю, у него кружится голова.

Врачиха обхватила Эззи за талию.

— Я знала, что его нужно положить на носилки!

Эззи попытался высвободиться.

— Как же это называется? — прохрипел он, проводя пальцем вдоль лезвия запечатанного в мешочек ножа.

— Давай, Эззи. Все уже сели, — сказал шериф покровительственным тоном, который бы и так в любое время вызвал у Эззи раздражение, а уж тем более сейчас.

— Есть же для этого какой-то термин у оружейников! — упрямо застыв на месте, бормотал он. Он не хотел нового разочарования. Он хотел, чтобы кто-то подтвердил его догадку.

Но он чувствовал, что прав.

— Эззи…

— Ответь же, черт возьми!

— Это… гм… — Прищелкнув пальцами, Фостер поймал ускользнувшее слово. — Флинтинг. Это называется флинтинг. Потому что индейцы делают такие ножи из кремня [14].

Глава 50

— Вам не стоит вставать, мистер Хардж.

Вошедшая в палату практикантка-медсестра обнаружила Эззи сидящим на краю кровати.

— Конечно, не стоит, но мне надо кое-куда пройти.