Бывшие. Спаси моего сына (СИ) - Багирова Александра

Я ничего против не имею. Мой отец тоже был не против такого союза. А уж Костик в двух Михаилах души не чает. Он у меня вообще невероятный ребенок, общий язык с кем угодно может найти.

Провожу рукой по фотографии сына, которая стоит рядом с рабочим ноутбуком. Как же хочется счастья для своего мальчика.

Отвлекаюсь от воспоминаний. Заставляю себя погрузиться в рутинную бумажную работу. С головой ныряю в отчеты. Выныриваю, когда вижу Амира, стоящего рядом с моим столом.

- Стучаться тебя не учили? – бурчу недовольно.

- Стучал. Ты не отвечала. А я смотрю вроде не заперто, - и снова смотрит на меня алчным взглядом.

- Ладно, - закрываю ноутбук.

- Как там Юра?

- Стабильно. Но сейчас будет очень сложно. Пошли, я тебе все расскажу и покажу, - поднимаюсь из-за стола.

- Мил…ана, - хватает меня за руку.

Что за манеру взял! Тут же выдергиваю.

- Что?

- Я знаю, благодарил. Но еще хочу сказать, что я искренне тебе очень благодарен. Ты не представляешь, что сделала, - снова пытается меня за руку ухватить, ближе придвигается.

- Представляю. Пошли. Ребенок ждет, - хочу его обойти, а он не дает.

Огромный стал, в плечах раздался.

- Я хотел сказать, - кадык нервно дергается, - пятнадцать лет назад… я бы хотел прояснить ситуацию. Я бы не бросил тебя, если бы ты на самом деле была беременна. А так ты во многом виновата.

Глава 15

- Я полагала, ты немного повзрослел, - окатываю его презрением во взгляде. – А ты и дальше собираешься обсуждать события пятнадцатилетней давности?

Бесцеремонно отодвигаю его в сторону и направляюсь к выходу.

- Я хотел прояснить ситуацию. Тогда осталось много недосказанного, - летит мне в спину.

- Мне нечего с тобой обсуждать, кроме здоровья моего пациента Юрия Каримова.

Выхожу в коридор. Амир идет следом. Не проходим и половины пути, как нам навстречу идет Игнатий Станиславович, завидев меня меняется в лице, хватает меня за руки.

- Милана Алексеевна, волшебница вы наша, как я рад вас видеть, - наклоняется и принимается целовать мои пальцы.

- Игнатий Станиславович, право, хватит. Не стоит, - выдергиваю руки.

- Я все для вас сделаю! Просите, что угодно! – продолжает смотреть на меня полными слез глазами. – Вы сотворили невозможное.

- Все хорошо. Не волнуйтесь. Извините, я сейчас немного занята.

- Да, да, простите, - тут же поспешно отходит, давая нам возможность пройти.

- Смотрю, старики – это твой конек. Сын от Евсеева, охомутала профессора, и жена его не помешала. Теперь этот. Эх, Милка, Милка… - цедит злобно Амир, когда Игнатий Станиславович остается позади.

- Тебе не мешало бы рот с мылом помыть. Подумай хорошо, прежде чем наговаривать на человека, с которым ты рядом даже стоять недостоин, - бросаю презрительно.

- А что сын не от Евсеева? Чего же у него тогда фамилия такая? От кого ребенок, а?! – не унимается.

- Думай о своем сыне. Переоденься, - открываю одно из помещений. - Медсестра тебе скажет, что и как делать. – Жду тебя у Юры.

Поворачиваюсь и иду прочь.

Пока жду Амира, прохожу к мальчику. Смотрю на хрупкое тельце. Весь негатив остается за дверью. Сейчас имеет значение только его здоровье.

Малыш открывает глазки. Тихо стонет. Смотрит непонимающим взглядом вокруг.

- Не переживай, Юр. Я твой врач. Ты немного заболел. Но идешь на поправку, - шепчу, чтобы его не напугать. Смачиваю ребенку губы водой. Пить ему еще нельзя.

Мальчик внимательно смотрит на меня. Губы дергаются в подобии улыбки.

- Красивая… ангел… - с трудом шевелит потрескавшимися губками. – Папа…

- Он тут. Сейчас придет, - ком в горле.

До безумия его жалко.

- Папа и ангел… - у мальчика невероятно большие глаза, добрые, открытые.

Чем-то похожи на Костика. У Амира другие, более жесткие. Только зелень мальчикам от отца досталась.

- Очнулся? – Амир входит.

- Да.

- Папа, - мальчик пытается поднять руку и не может. Очень слаб еще.

- Я тут, Юрка. Все путем будет, - лицо Амира мгновенно меняется, в нем человеческие черты проявляются. Явственно боль читаю.

- Он сейчас заснет. И надо, чтобы ты рядом был. При каждом его пробуждении. Иначе испугается.

- Конечно, я буду тут, - кивает. Глаз с малыша не сводит. – Сына, как же так. Ничего, мы тебя на ноги поставим. Скоро бегать будешь, - челюсти сжимает, желваки ходуном, а в глазах его зеленых влагу замечаю.

- Она красивая, - мальчик на меня взгляд переводит. – Ангел… я ее видел там… - не договаривает, глазки закрываются. – Папа… - уже не говорит, скорее по губам понимаю.

Странно, что мать Юра не звал. Не удивился, что ее нет. А вот Амиру действительно обрадовался.

Не мое дело. Снова одергиваю себя.

Тяжело смотреть на Юру. Испытываю непозволительные эмоции.

Говорю Амиру, что и как надо делать. Оставляю контакты врачей, медсестер на смене, чтобы в случае чего, сразу мог обратиться. Говорю долго, и при этом не свожу взгляда с Юры. С его спокойного, бледного личика, такого милого и открытого.

- А тебе можно звонить… если что… - около постели сына Амир сильно изменился. Пропал гонор, желание скандалить, смирение появилось.

- Да. В случае чего смело набирай. Я всегда на связи. Но безвылазно в клинике быть не могу.

- Понятно, - кивает, тяжело сглатывает.

- Тут для тебя кровать. Все необходимое есть. Если что-то надо, говори.

- Он поправится? - резко на меня взгляд переводит, смотрит с надеждой и отчаянием.

- Должен. Сделаем все возможное и невозможное, - говорю искренне.

- Я верю тебе, Мил… - шепчет с запалом. Зажмуривается. Отворачивается.

- Держитесь. Я на связи.

Выхожу. Несколько секунд стою за дверью, даю себе возможность отдышаться и выровнять дыхание.

Подавляю нелогичное желание вернуться и остаться рядом с Юрой.

Заставляю себя переодеться и поехать домой. Нельзя себя изводить.

По дороге заезжаю в магазин. Снова покупаю продукты. Тот же самый магазин. Даже кассир тот же на кассе. Но выйдя на улицу не замечаю ничего подозрительного. Все спокойно. А на душе как раз наоборот, кошки бесстыдно когти точат.

Надо поспать. Все от недосыпа.

Дома заставляю себя поесть. Принимаю душ.

Звоню сыну. Но он сбрасывает и сообщает, что занят и немного позже перезвонит.

Надеюсь, ничего не случилось. Кладу телефон рядом с собой. Закрываю глаза и проваливаюсь в тяжелый сон.

Снится мне прошлое. Мой ад. Издевательства моих мучителей. А ведь давно уже ничего подобного не снилось. С появлением Амира и кошмары оживают.

Будит меня не звонок мобильного, как я предполагала, а открывшаяся входная дверь.

В панике выбегаю в коридор, в голове после кошмаров одно предположение хуже другого. А на пороге застаю своего отца и сына.

- Не ожидала! – Костик раскидывает руки, бросает сумки и крепко меня обнимает.

- Вы чего! У вас еще неделя отдыха! – восклицаю растерянно.

- Мам, не отдыхается без тебя. Вот совсем, - еще крепче меня обнимает.

- Ага, доча, тоска зеленая, - соглашается мой отец.

Глава 16

- Врете вы все! – восклицаю. – Я видела фото и видео, там рай на земле.

- Где тебя нет, мам, там и рая нет, - хитро щурится Костик. – Вот поедешь с нами следующий раз, хм… возможно, и я рай рассмотрю.

- Правда, Лан, там скукотень, и за тебя нам не спокойно, - отец разувается, потягивается. – А дом есть дом.

- Так, я за Эльзой! Как она там без меня, похудела, наверное, - сын срывается с места и за дверью исчезает.

- Поздно уже, Кость! – кричу ему, но где там, сына никто и ничто не остановит.

В своей собаке он души не чает. И мне не хотелось ее соседке отдавать на время, но с работой иначе никак. Она привыкла что отец дома, Костик часто с ней, а одна бы извелась совсем.

- Ты как? Вижу, устала сильно, - отец меня рассматривает.