Юна-Мари Паркер - Под покровом тайны

Джесика распахнула двустворчатые двери в конце коридора.

– Это зал «Эрмитаж», – произнесла она звонким голосом, предлагая Уоткинсам войти в большое помещение в стиле барокко, украшенное лепными гирляндами с изображением фруктов и цветов на ярко-голубом фоне. – В каждом конце расположены бары, но у нас есть также официанты, которые разносят напитки. – Затем она подошла к высоким окнам, выходившим на Гайд-парк. – Когда празднуют свадьбы, мы обычно помещаем здесь свадебный пирог с цветами по обеим сторонам. Это очень удобное место, так как все могут видеть, какое событие отмечается. – Джесика говорила с таким энтузиазмом, как будто собиралась устраивать в этом зале собственную свадьбу. Мистер и миссис Уоткинс были потрясены великолепием помещения и прониклись доверием к любезной молодой женщине. Стремясь устроить все как можно лучше для своей единственной дочери, которая выходила замуж за настоящего джентльмена, они решили не скупиться ради такого знаменательного дня.

– Что ты думаешь обо всем этом, мать? – прошептал мистер Уоткинс, который, нажив состояние, недавно побаловал себя покупкой «БМВ».

Миссис Уоткинс посмотрела на него и сложила ладони в кремовых хлопчатобумажных перчатках как для молитвы.

– Мне кажется, здесь очень мило, – тихо ответила она.

– Вы говорили, что у вас будет около ста пятидесяти гостей, не так ли? – спросила Джесика, заглядывая в свои записи.

– Совершенно верно, – сказал мистер Уоткинс.

– Тогда это помещение очень подойдет вам. Конечно, если гостей будет больше, я могу предложить вам бальный зал… – Она сделала паузу, подвергая Уоткинсов искушению посмотреть нечто более грандиозное и величе-ственное.

Они заколебались, миссис Уоткинс склонила голову набок, как бы прислушиваясь, что скажет муж, а мистер Уоткинс внимательно изучал ковер, размышляя, кого еще можно пригласить, чтобы заполнить большой зал.

– Почему бы не взглянуть на него, раз уж вы здесь? – предложила Джесика, как хозяйка, желающая предоставить гостям свои самые лучшие комнаты. – Надо пройти немного по коридору. – Она повела супругов в другой конец, энергично шагая по плотному ковру на высоких каблучках. – Этот зал является копией зеркальной комнаты в Версальском дворце, – сказала Джесика, как бы готовя их к потрясению. Когда она открыла высокие резные двери, Уоткинсы замерли, глядя на сверкающий полированный пол, который, казалось, занимал по площади несколько акров и отражался во множестве старинных зеркал в потемневших рамах. Сейчас в них многократно отражались и фигуры вошедших. Тяжелые портьеры темно-золотистого цвета обрамляли огромные окна, сквозь которые пробивались бледные лучи утреннего солнца.

– Мне кажется, первая комната нам больше подходит, – сказал мистер Уоткинс сдавленным голосом.

Джесика кивнула:

– Я согласна с вами. Вечером там будет особенно хорошо при свете люстр. В таком случае, может быть, сразу обсудим детали, чтобы вам не приезжать еще раз в Лондон? – Она мягко и ненавязчиво расспросила, чего бы они хотели, и умело предложила то, что, по ее мнению, подошло бы им.

Спустя полчаса Джесика вернулась в свой офис с довольным видом.

– Итак, дело сделано! – торжествующе сказала она Дику. – Они заказали «Эрмитаж» плюс десять ящиков вина «Болингер», шестьсот различных бутербродов, восемь ваз с розовыми и белыми цветами и трехъярусный свадебный пирог – слава Богу, мне удалось отговорить их от сахарных фигурок жениха и невесты сверху! – а также они заказали три номера на ночь перед торжеством. Можешь себе представить?

Дик вопросительно посмотрел на Джесику, забавляясь ее энтузиазмом.

– Они даже не моргнули глазом, когда я назвала цену! – добавила она.

Он рассмеялся:

– Такие заказчики никогда не торгуются. Раз уж они решили устроить большую гулянку, то не считаются с ценой! Кстати, ленч, который ты должна устроить, задерживается. Здесь для тебя сообщение.

– Великолепно! – Джесика взглянула на записку. – Теперь у меня будет время съездить домой и привезти вечернее платье. Эндрю и его родители любят пышные торжества, и я должна как следует принарядиться к обеду, который они устраивают.

В этот момент зазвонил телефон на ее рабочем столе.

– Алло? О, Питер! – Она взвизгнула от восторга. Питер Торн был одним из ведущих журналистов газеты «Ивнинг стэндард» и многие годы являлся ее другом, по возможности упоминая в своих заметках их отель и иногда направляя туда гостей для празднования тех или иных событий. – Как поживаешь? Когда ты снова приедешь на ленч со мной?

Голос его был низким и звучным, как всегда на грани смеха:

– Это правда, что Мадонна должна остановиться у вас на следующей неделе… и дать концерт в «Альберт-Холле»?

– Боже, я не знаю! – ошеломленно воскликнула Джесика. – Мы ничего не слышали об этом. Ты спрашивал у Анны Батлер из отдела связи с общественностью?

– Она, как всегда, все отрицает, а в отделе резервирования говорят, что не ждут никого с таким именем! Все бесполезно. Не могла бы ты узнать что-нибудь для меня, Джесика?

– Конечно, я попробую, но ты знаешь, официально я должна все отрицать, даже если это правда. Это политика отеля. Наши гости имеют право на инкогнито.

– Я знаю, знаю!.. – согласился Питер. – Ужасная глупость, не так ли? Администрация Мадонны в Лос-Анджелесе заявила, что она остановится в «Ройал-Вестминстере» на четверо суток…

– Это типично для них! – прервала его Джесика. – Они хотят, чтобы ее окружали папарацци и десятки тысяч поклонников, потому что все это работает на ее имидж. Однако другим нашим гостям такой ажиотаж ужасно не нравится! О Боже, надеюсь, что это неправда! Лишняя головная боль для службы. Да и нам не нужна лишняя суматоха.

– Тем не менее, надеюсь, ты будешь держать меня в курсе дел?

– Конечно, Питер. Послушай, я вспомнила кое-что. Если я помогу тебе, ты сможешь оказать мне небольшую услугу?

– Разумеется. А в чем дело?

– Тебе известно что-нибудь о семействе Даримплов? Моя подруга хочет побольше узнать о них. Они из Девоншира.

– Даримплы… – Питер умолк, глубоко задумавшись. – Знакомая фамилия, но я ничего не могу вспомнить.

– Сэр Джордж Даримпл. У него была дочь Камилла, которая умерла двадцать лет назад. Она была замужем за американцем по имени Джейк Ширман…

В трубке раздался протяжный свист, испугавший Джесику.

– Да, я знаю, о ком идет речь, – сухо произнес Питер. – Зачем твоей подруге знать о них?

Джесика заколебалась, удивленная его реакцией.

– Ну, она… она просто интересуется этой семьей, – сказала Джесика запинаясь.

– Посоветуй ей не лезть в это дело. Там произошло что-то ужасное. Я был в то время начинающим репортером и написал материал об этом случае. Это было больше двадцати лет назад. Пусть твоя подруга оставит свою затею. – Несмотря на то что Питер говорил серьезно, в его голосе вдруг появились насмешливые нотки.