Сьюзен Льюис - Западня

Глава 19

— Как же ты меня напугала! — с ухмылкой произнес Мэтью, передавая Мэриан стакан с минеральной водой и садясь рядом с ней на диван. — Если бы тебя не оказалось рядом, одному Богу известно, что бы я натворил. Позвонил бы в ФБР — это точно. К счастью, все обошлось, если не считать небольшого недоразумения со Стефани.

Мэриан устыдилась. Она не хотела пугать Мэтью, вообще не собиралась звонить — просто ей захотелось услышать его голос. Вот и позвонила — якобы затем, чтобы сообщить ему, что Бронвен провела ночь с Серджио Рамбальди. Не опасно ли это?

— Кстати, — ответил он вопросом на вопрос, — Бронвен знает, что ты просветила меня насчет ее сердечных дел?

— Нет. И не говори ей, пожалуйста, иначе она перестанет мне доверять.

Мэтью в шутку отсалютовал ей наполненным бокалом.

— Могила.

Они сидели в баре клуба «Граучо». После шести сюда потянулась обычная публика: журналисты и издательские работники. Мэриан смотрела на оживленные лица, прислушивалась к звучавшим со всех сторон — «дорогая», «бесценная» и «чудненько!» и вспоминала Хейзел, их директора по производству. Вот кто чувствовал бы себя здесь как рыба в воде!

Мэтью словно прочитал ее мысли:

— Ты поладила с Хейзел?

— Более или менее. В наше отсутствие она перевернула приемную вверх дном — я ничего не могу найти. Потом она подсадила к нам свою личную секретаршу, а тут еще Вуди с его хозяйством — мы теперь словно сельди в бочке. Но это неважно: ведь до отъезда в Нью-Йорк осталось несколько недель. В компании веселее — пусть даже Хейзел постоянно высмеивает мою прическу, отсутствие стиля и все прочее.

— Скажи, чтобы на себя посмотрела. По-моему, ты — привлекательная женщина. И вовсе не обязательно украшать себя как рождественскую елку.

— Ну раз ты одобряешь, можно не волноваться, — пошутила Мэриан, тая от блаженства.

— Хватит о старушке Хейз. Я хочу поговорить с вами об Арте Дугласе, юная леди.

— Не смей называть меня «юная леди», а то я чувствую себя детсадовкой. И потом, мне нечего добавить к тому, что рассказала Грейс.

— Ни в коем случае не предпринимай ничего в одиночку. Если Дуглас нашел тебя в Лондоне, найдут и другие. Неужели тебе не страшно?

— Сейчас — нет. С тобой, Мэтью, я чувствую себя в безопасности.

— Смотри, не ляпни при Стефани. В общем, страшно тебе или нет, мы не имеем права рисковать. Я договорился с Бронвен — до отъезда в Нью-Йорк она поживет с тобой в квартире Стефани. Сослался на то, что тебе одиноко. А ей безразлично, где жить: с тобой или в квартире мужа, когда его нет в городе.

— Я ей и так надоела. Мы две недели не разлучались ни днем, ни ночью.

— Не стоит себя недооценивать. Бронвен даже обрадовалась. Она переберется в выходные, пока ты будешь у матери.

Мэриан посмотрела на часы. Времени до отхода поезда еще достаточно.

— Я прочел написанные тобой эпизоды, они выше всяческих похвал. Мэриан, у тебя талант, и ты не должна зарывать его в землю. Кажется, у Стефани есть кое-какие соображения на этот счет.

— Мэтью, — тихо произнесла она, — как ты думаешь, Оливия жива?

— Не знаю. Временами мне кажется — да, а временами — нет. А как по-твоему?

— По-моему, жива.

— Из-за тех криков?..

— Нет. Теперь я уверена, что мне померещилось.

— Тогда почему ты так считаешь?

— Ну… труп так и не нашли…

— Надеюсь, ты не собираешься возглавить поисковую группу? — Он поставил бокал на столик и взял ее за руку. — Пойми, Мэриан. Здесь, в Лондоне, кажется, будто Италия и Америка очень далеко. Но люди, с которыми была связана Оливия — насильники, измывавшиеся над беззащитными детьми, — ни перед чем не остановятся. Будешь докапываться до истины — и тебя может постичь участь Оливии. Ведь ее потому и услали из Америки, что она слишком много знала. Я, конечно, прекрасно к тебе отношусь, но отнюдь не жажду ставить фильм о твоем исчезновении.

Он так серьезно смотрел ей в глаза, что у Мэриан участился пульс; она лишилась дара речи.

— Привет!

Они одновременно обернулись и увидели Стефани с Бронвен.

— Надеюсь, мы не помешали? — спросила Стефани, переводя взгляд с пунцового лица Мэриан на их сомкнутые руки.

— Нисколько. — Мэтью встал. — Мы тут говорили об Оливии.

— Неужели?

— Ей-богу. Что будете пить?

Стефани не удостоила его ответом.

— Мэриан, разве ты не собиралась ехать в Девон шестичасовым поездом?

Мэриан схватила сумку и забормотала, что ей пора бежать. Мэтью остановил ее.

— Ничего подобного. Твой поезд без четверти девять, так что успеешь еще выпить. — Он обнял Стефани и, прошептав что-то на ухо, заставил сесть. — А ты, Брон?

— «Кер-Рояль», пожалуйста. Мэриан, ты слышала? Мы будем жить вместе.

— Да, Мэтью говорил. — Она сразу же пожалела о своих словах. К счастью, мимо как раз проходил какой-то знакомый Стефани и Бронвен, а когда они обменялись любезностями, вернулся Мэтью с напитками.

В восемь часов Мэриан сказала, что ей пора. Мэтью вызвался отвезти ее на вокзал.

— Ты же не на машине, — ехидно напомнила Стефани.

— Возьму такси.

— Может, тогда уж махнешь до самого Девона?

— У меня есть идея получше. Давай вместе отвезем Мэриан на вокзал, а оттуда поедем домой.

— Нет, спасибо. Я останусь с Бронвен. Всего хорошего.

— Нет, правда, Мэтью! — взмолилась Мэриан уже в такси. — Я вполне могу сама о себе позаботиться. Нельзя, чтобы Стефани подумала…

— Что между нами что-то есть?

— Ну да… Но это же абсурд!

— В самом деле? — весело проговорил Мэтью, но тотчас снова стал серьезным. — Мать встретит тебя на станции?

— Да, обещала.

— Ну а теперь, — сказала Мэриан после того как Мэтью нашел ее купе и затолкал ее сумку на багажную полку, — побегу мириться со Стефани. Веди себя хорошо и не разговаривай с незнакомыми мужчинами.

Серджио ждал Дейдру у нее в кабинете. Она поняла это по поведению Анны: один только Серджио Рамбальди мог привести ее невозмутимую секретаршу в такое волнение.

Серджио отложил журнал и раскрыл объятия. О, как хотелось Дейдре выплеснуть все, что на душе! Но эти темные глаза и без того доставали до дна, парализовали волю. Вот так же он действовал на нее в первые дни их связи, когда она была готова отдать ему всю свою жизнь. Возможно, она и отдала ему свою жизнь.

Он приказал тихим, обволакивающим голосом:

— Расскажи все, что тебе известно.

Дрожащим шепотом она поведала ему об обыске в его квартире и слежке.

— Понятно. Но скажи мне, cara, в душе ты знала?..

— Да — об Оливии. Но не о…

Он приложил к ее губам палец.

— И тем не менее не выдала. Я недостоин твоей любви.

— Объясни мне, что происходит. Прошу тебя!

— Это непросто, любовь моя. Но как только все будет кончено, обязательно объясню. Еще до того, как Оливия вернется в мир.

— Так она жива?

Он уставил невидящий взор в пространство.

— Да, жива. Тебе дорога Мадлен?

— Да, очень! Ты хочешь взять и ее? Поэтому у тебя столько ее фотографий? Пожалуйста, Серджио, скажи, что это неправда! Что ты не заберешь ее у меня!

— Я должен, cara.

— Но почему? Почему именно Мадлен?

— По множеству причин, которые я не могу открыть — в настоящее время. Ты сама сделала ее знаменитостью.

— Но это же безумие! Какая тут связь?

— Когда-нибудь узнаешь.

— Где ты спрячешь Мадлен, когда возьмешь ее?

— Она будет с Оливией. Они вместе вернутся в мир.

— Серджио, ты говоришь дикие вещи. Что значит «вернется в мир»?

— Это значит, что ты снова ее увидишь.

— Когда?

Он погладил ее по волосам.

— Ты отважная женщина, любовь моя. Я украл твое сердце и знаю ему цену. За это и люблю тебя. И нуждаюсь в твоем доверии.

— О, Серджио! Если б я только знала, что ее ждет!

— Тс-с-с! Знание не поможет. Верь мне, прошу тебя!

Хотя Серджио почти не касался ее, у Дейдры было такое ощущение, будто он крепко сжимает ее в объятиях; она утопает в омуте его страсти, сливается с ним воедино; ее личность растворяется в его личности.

— Обними меня! — прошептала она. — Пожалуйста, обними меня!

— Хорошо провела время? — спросила Бронвен в воскресенье вечером, когда Мэриан возвратилась в Лондон.

— Да, очень. Выиграла двадцать фунтов в бинго.

— Хорошо, что мы с тобой одни. Можно поговорить спокойно.

— Что-нибудь случилось?

Бронвен смутилась и выпила немного вина. Она уже раскаивалась в том, что пообещала Стефани это сделать.

— Это касается Мэтью.

Мэриан отвела взгляд в сторону.

Бронвен весь вечер репетировала свой будущий монолог, но сейчас ей стоило немалых усилий начать.

— Мэтью гораздо старше тебя. Нет, я не то хотела сказать… Дело в том, что… он, конечно, неотразим… Эти черные глаза как будто смотрят тебе в душу… Некоторые принимают это за любовь… Ты так молода… В общем, Стефани и Мэтью давно любят друг друга. Они столько выстрадали! Им трудно, но в конце концов все утрясется. Мэтью без ума от Стефани… Я говорю это не затем, чтобы сделать тебе больно, а чтобы ты поняла… прежде чем…