Элизабет Эштон - Парад павлинов

Гераклея возникла из моря совершенно неожиданно, «Аполлон» сиял своими огнями не хуже маяка. Это огромное белое здание с балконами и террасами само напоминало корабль среди темных вод моря, которое, кстати, подступало почти к его стенам.

С одной стороны располагался небольшой городок, когда-то бывший рыбачьей деревушкой; дальше на фоне пурпурного неба, усеянного звездами, вырисовывались четкие силуэты гор. А в долине лежал старый город, который теперь превратился в деревню. В давние времена люди не решались селиться прямо на берегу, опасались пиратов. Вся территория острова составляла не более десяти квадратных миль.

Долгое путешествие и новые впечатления утомили Чармиан, ее чувства слегка притупились. Вокруг шумели пассажиры, сходящие по трапу на причал. Стройные, загорелые юноши в морской форме принимали багаж, громко переговариваясь друг с другом.

Служащий отеля в светло-голубой форме приветствовал девушек Себастьена по-английски с сильным американским акцентом и повел их в отель. Дорожка, вымощенная плитами, уходила вверх, в темноту. В небольших домиках, прилепившихся на склоне горы справа от причала, горел свет, а слева сияли окна отеля, туда вела широкая дорога, проложенная через небольшую рощу.

По пологой лестнице девушки поднялись к парадным дверям. За ними оказался просторный вестибюль, отделанный мрамором, в стенных нишах стояли копии классических статуй.

В центре, на увитом цветами постаменте возвышался Аполлон Бельведерский. Его невидящий взгляд был устремлен сквозь стеклянные двери вдаль, на горизонт. Чармиан, едва взглянув на статую, нашла в этом символе отеля сходство с его владельцем.

Мадам Дюваль подошла к стойке регистратора и поинтересовалась, прибыл ли багаж. Ее заверили, что он уже на месте.

Подозвав девушек, она повела их мимо элегантно одетых людей, заполнивших вестибюль, клифту, который быстро и бесшумно доставил группу на третий этаж к их номерам.

Апартаменты превзошли роскошью самые смелые ожидания. Девушкам предоставили два двухместных номера, а мадам директрисе — одноместный. В гостиной номера мадам Дюваль были сложены коробки с платьями; здесь же были стойки для вешалок, гладильная доска и электрический утюг. Все было подготовлено для успешной работы.

Ужин подали в номера. Его принес молодой худенький официант, на вид почти мальчик, который вполне прилично говорил и по-французски, и по-английски. Сразу после ужина мадам усадила девушек за работу, заставив их распаковывать коробки, гладить платья и развешивать их на вешалки.

Потом она отправилась выяснять программу на завтра. Как только она удалилась, Ивонн и Дезире исчезли в своей комнате, оставив работу Чармиан и Гортензии. Несмотря на усталость, девушки работали упорно и к возвращению мадам почти все закончили.

Мадам Дюваль сообщила им, что коллекция будет демонстрироваться дважды в день: около трех и после ужина. Хозяин отеля возвел пунктуальность в культ, поэтому в «Аполлоне» все мероприятия проводятся точно по часам. Гости все прибывают, а в четверг ждут туристов с круизного лайнера.

Мадам Дюваль также получила сообщение, что операция у мадам Себастьен прошла успешно, и ей уже лучше.

— Все прекрасно, mes enfants, — сказала мадам. Несмотря на трудный день, она выглядела очень бодрой. — Идемте отдыхать.

Гортензия уснула, едва коснувшись головой подушки. Чармиан никак не могла заснуть. Приняв душ и наложив крем на лицо, она накинула халат и тихонько вышла на балкон.

Ночь была спокойная; ветер стих, но воздух стал прохладным, к Чармиан запахнула халат плотнее. Из сада доносился аромат жасмина и лакфиолей.

Отель, построенный ступенями, как бы повторял рельеф склона, поэтому сверху были видны балконы нижнего этажа и широкая терраса внизу. Она была ярко освещена высокими фонарями, перемежающимися с вазонами.

Сюда доносилась приглушенная музыка — внизу танцевали. Время от времени то одна, то другая пара выходила на террасу подышать свежим воздухом и пофлиртовать.

Первые гости «Аполлона» были не из простых людей: элегантные и ухоженные, они несомненно принадлежали к сливкам общества. Почему-то их изысканный внешний вид раздражал Чармиан. «Скорее бы сюда явились шумные туристы», — сердито подумала девушка.

С балкона вполне можно было разглядеть пары, выходившие на террасу, и когда там появился Алекс под руку с белокурой Хельгой, их невозможно было не узнать. На Хельге было черное бархатное платье, ее обнаженные руки и плечи в лунном свете отливали серебром. Алекс галантно набросил ей на плечи норковую накидку. Он был в белом фраке, вместе с блондинкой в черном платье они являли собой удивительную гармонию черного и белого.

Чармиан не могла ни расслышать слов, ни рассмотреть выражение их лиц, но Алекс относился к спутнице с нежной предупредительностью, это было заметно. Очевидно, между ними было полное взаимопонимание — Алекс выглядел таким заботливым, когда набрасывал накидку на плечи Хельги. Каким бы властным человеком он ни был, похоже, в трудную минуту жизни на него можно положиться.

Чармиан вздохнула. Она была достаточно самостоятельной девушкой, хотя порой, как и все, нуждалась в поддержке и помощи. Но до сих пор ей не встретился человек, который предложил бы ей стать ее защитой и опорой. На яхте Алекс был рядом, но сейчас — словно за сотни миль от нее.

Бросив последний грустный взгляд на ничего не подозревающего Алекса, девушка вернулась в свою комнату и легла спать.

На следующее утро, когда мадам Дюваль обсуждала с девушками программу выступления, посыльный сообщил, что госпожа Димитриу хочет видеть Чармиан, и попросил девушку следовать за ним.

Зал, отведенный для шоу, располагался в стороне от парадного входа, а комнаты Алтеи были прямо над ним. Чтобы попасть туда, Чармиан пришлось пройти по длинному коридору. Потом ее провели в просторную комнату, выходившую на широкий балкон и обставленную весьма причудливо.

Здесь не было ни следа классической элегантности, присущей отелю в целом. Стулья из металла и дерева самых необычных форм — одно стеклопластиковое кресло имело даже форму человеческой ладони — соседствовали с огромным старомодным диваном со множеством подушек. Непонятные модернистские картины украшали белые стены. Черный потолок усыпан серебряными звездами. Ковер на полу был ярко-алым.

В нише стояла скульптура, напоминающая изуродованный скелет шимпанзе.

Из колонок проигрывателя неслась громкая современная музыка, а хозяйка всего этого возлежала на диване.

Сложившееся у Чармиан представление об Алтее Димитриу не имело с ней ничего общего. Одетая в ярко-красные шорты и белую безрукавную блузку, девушка лежала на животе, задрав вверх ноги в красных босоножках. Ее густые черные волосы пышной волной спускались на плечи. Глаза, встретившие удивленный взгляд гостьи, были такими же, как у брата — золотисто-карими и проницательными.

— Госпожа Чевиэт, — доложил посыльный и удалился, притворив за собой дверь.

Алтея тут же села.

— Значит, ты и есть та девушка, которую нашел Алекс, — сказала она на хорошем английском. — Ты не в его обычном вкусе.

Чармиан покраснела от такой грубоватой откровенности.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, мадемуазель, — холодно ответила она. — Я здесь, потому что вы хотели меня видеть, и к тому же у меня здесь работа. Между мной и мистером Димитриу нет никаких личных отношений.

Этому, кажется, никто не верил; не поверила и Алтея.

— Рассказывай! — усмехнувшись, бросила она. — Я ведь не вчера родилась.

Чармиан сдержалась, но манеры мисс Димитриу окончательно перестали ей нравиться.

— Это сущая правда, — твердо заявила она.

Золотисто-карие глаза долго изучали ее лицо.

— Возможно, — согласилась наконец Алтея. — Ты слишком молода для него. Он предпочитает более опытных.

— Вы посылали за мной, мадемуазель? — напомнила ей Чармиан, чувствуя к Алтее растущую неприязнь.

— Ах, оставь ты эти церемонии, — нетерпеливо воскликнула Алтея. — Мы просто две девушки с одинаковыми фигурами. — Она вскочила с дивана с грацией молодой кошки, выключила проигрыватель и подошла к Чармиан.

— И ведь точно, удивленно протянула она, — мы одного роста, да и вообще мы во многом похожи. Только лица у нас разные.

— А вы думали, что это неправда? — спросила Чармиан. — Разве платье, которое сшили к вашему дню рождения, вам не подошло? Почему все подозревают какой-то обман?

— А я было решила, что все это — выдумки Алекса. Он бывает очень изобретателен, когда ему приспичит во что бы то ни стало добиться своего. Надеюсь, ты не ошибаешься, когда говоришь, что не нужна ему. В конечном итоге он всегда получает то, к чему стремится.

Алтея вернулась к дивану, бросив через плечо: