Shinmaya aka Fred - Частные уроки

— Я завтра пришлю вам факс, ладно? — обрадовано спросила женщина и прибавила: — А ты не мог бы съездить в Киото и немного прибраться в квартире? А то, наверное, там осталась куча вещей. Как-то стыдно показывать ее в таком состоянии…

— Хорошо, — Хаято держался изо всех сил. Тетсу был уверен, что сейчас больше всего на свете брат хотел швырнуть телефон в стену, растоптать его, сломать… лишь бы не слышать этот приторный вкрадчивый голос.

"Ненавижу… Ненавижу ее…"

Хаято сидел на краю кровати, спрятав лицо в ладонях.

— Почему? — спросил он надломленно. — Почему она не может позвонить просто так? Спросить, как у меня дела? Она звонит, только когда ей от меня что-то нужно. В остальные дни у нее как будто и нет сына… Неужели я чем-то заслужил такое?

Больше всего Тетсу хотел сказать Хаято, что Аяко — отвратительная продажная сука, но у него не поворачивался язык, чтобы назвать так его родную мать. Поэтому мальчик прижался к брату сзади, обвил его руками, целуя обнаженную спину, лопатки, плечи.

— Хочешь, я поеду с тобой в Киото? — спросил он.

Хаято накрыл его руки своими и утвердительно кивнул.

* * *

— Киото? — удивленно переспросил Акимару-сан, поставив чашку с кофе на стол. — Что вам понадобилось в Киото?

Тетсу с замиранием сердца следил за выражением лица Кеиты: он должен отпустить их, только их двоих! Хаято, подхватив палочками еще одно кольцо кальмара, окунул его в тесто и опустил в жаровню. Раскаленное масло весело зашипело. Тетсу казалось, что он понимает, почему брат так любит готовить: во время этого процесса Хаято "отключался" от внешнего мира, смотрел на события своей жизни как бы со стороны, другими словами, медитировал. В такие моменты парня интересовало только одно: не пригорит ли тэмпура? Поэтому вопрос отца он просто проигнорировал.

— Аяко-сан планирует продать квартиру, — объяснил Тетсу вместо брата. — И просит Хаято прибраться там немного. А я все равно никуда не ездил этим летом. И никогда не был в Киото…

— Продать квартиру? — Акимару-сан задумался. — Но ведь она лишь частично принадлежит Аяко. Половина квартиры твоя, Хаято, разве нет?

— Если ей нужна квартира, пусть забирает, — голос парня звучал до того спокойно и умиротворенно, что Тетсу стало слегка не по себе.

— Не хочу давить на тебя, — мягко возразил отец, — но, может, стоит еще раз подумать?

— Пусть продает, я все подпишу, — так же спокойно ответил Хаято. — Не хочу, чтобы из-за квартиры разрушились наши с ней отношения.

"Какие там отношения? Что за иллюзии? Этой суке вообще плевать на тебя!" — думал Тетсу.

Акимару-сан вздохнул и поправил съехавшие на нос очки, сделал последний глоток кофе и сказал:

— Решать тебе, Хаято. Ну, а насчет Киото, не вижу причин, по которым я должен запретить вам поехать, — отец устало улыбнулся. — Пойду, вздремну часочек.

Уже почти завернув за угол гостиной, тоо-сан обернулся назад:

— Кстати, у меня тут на днях берет интервью журнал "Деловая Япония". Основная тема этого номера — "Семья и бизнес". Редактор предложил мне сняться вместе с вами. Чтобы вы тоже пару слов сказали о нашей семье. Что думаете?

Не сговариваясь, в один голос Тетсу и Хаято громко сказали:

— НЕТ!

Акимару-сан вздрогнул от неожиданности.

— Но почему? — растерянно спросил он.

"Черт, черт, черт… Разве можно было так реагировать? Держи себя в руках, Тетсу!"

Хаято первый нашелся, что ответить удивленному отцу.

— Пап, ты извини, конечно, но я не хочу распространяться о том, что мой отец — крутой бизнесмен. Мне, как солисту группы, это очень нелестно. Подумай сам, мы станем известными, а потом все узнают про тебя, и никто не поверит, что мы всего добились сами.

— Обидно, конечно, — отец выглядел расстроенным, — но вполне логично. А ты, Тетсу?

— А у меня причина та же самая, — сообразил Тетсу. — Кто знает, может, мне суждено стать супермоделью?

— Наверное, вы оба правы, — вздохнул Акимару-сан и отправился к себе.

— Пронесло, — тихо сказал Хаято, когда отец закрыл за собой дверь.

Тетсу ничего не ответил. Мальчишке хотелось кричать от восторга: сердце стучало быстро-быстро, дыхание сбилось, а щеки пылали огнем. Они поедут в Киото! Вдвоем!

Мальчик на радостях подскочил к брату и крепко его обнял.

— Ты чего? — улыбнулся Хаято, прикрывая жаровню крышкой.

— Я так счастлив, — прошептал Тетсу, уткнувшись лицом в спину брата. — Так счастлив, что, наверное, сейчас взорвусь! Как хлопушка!

Хаято повернулся к братишке и улыбнулся ему в ответ. Не накрашенный, он казался каким-то особенно хрупким и нежным. Мальчик ласково провел рукой по щеке брата.

— Люблю тебя, — прошептал он одними губами.

* * *

Глядя на Фуджисан, проплывающий за окном, Тетсу зевнул: за лето он уже отвык вставать в семь утра, но Хаято непременно хотел успеть на ранний поезд, чтобы целый день провести в Киото. Мальчики отпросились трое суток и не хотели терять драгоценное время зря. В поезде Тетсу дремал под мерный стук колес, брат слушал плеер, изредка открывая блокнот и что-то записывая, наверное, текст новой песни.

Тетсу ни разу не бывал в Киото, но видел много фотографий и представлял его себе как средневековый город с узкими улочками, традиционными крышами-пагодами и живописными внутренними садами. Каково же было удивление мальчика, когда они приехали на вокзал, который был ничуть не менее современным, чем токийский! И лишь проехав сорок минут на такси, мальчики, наконец, погрузились в тихую и размеренную жизнь старой Японии.

Двухэтажный жилой корпус, где жили раньше Хаято и его мать, был самым современным в этом квартале, хоть его и построили в шестидесятых. Мальчики поднялись на второй этаж, Хаято порылся в рюкзаке и достал оттуда ключи.

— Сейчас только вещи кинем и пойдем гулять, — сказал он. — Я столько всего должен тебе показать!

Квартира была очень старой по сравнению с той, в которой они жили сейчас, и очень-очень маленькой: гостиная, совмещенная с кухней, миниатюрная ванная с туалетом и крохотная спаленка.

— Как ты здесь жил? — спросил Тетсу, заглядывая в комнату Хаято.

— А что? — удивился брат. — Четыре татами. Все нормальные люди так живут.

Тетсу убедился, что ничего не понимает в японской жизни: во-первых, он не мог прикинуть размер комнаты в татами на глаз, а во-вторых — не представлял себе, как можно полноценно жить в комнате размером два на три метра. Неужели Хаято прожил целых семнадцать лет в этой каморке?