Fair Play (СИ) - Пожидаева Ольга

— Да, — захныкала я, уткнувшись ему в грудь.

Майк выдохнул, прижимая меня крепко-крепко.

— Но у меня условие, — я не могла упустить такой шанс и не подразнить его.

— Опять условие? — нахмурился он.

— Да! Хочу твою фамилию. В этот раз я стану Сторм со всеми гребаными формальностями.

Майк просиял, но тут же издевательски изогнул бровь, и я знала, что сейчас получу дразнилку в ответ.

— Я подумаю, — нагло ухмыляясь, проговорил он.

Пришлось ткнуть его кулаком в печень.

— Оу… Я подумал, я согласен, — тут же поднял лапки кверху засранец. — Засыпай.

Я улыбнулась и прикрыла глаза, отдаваясь сладкой неге, которая тут же накатила теплой волной, отключая сознание.

— Я люблю тебя, — было последнее, что я услышала, прежде чем уснуть.

— Люблю… — еле-еле выдохнула я, перебарывая сон.

Теперь я не оставлю без ответа ни одно его признание любви, ни одну улыбку, ни один поцелуй. Мы все будем делить пополам. Нам хватит сил идти вперед, преодолевать преграды. Нас теперь трое. Мы — семья. Настоящая, любящая семья, где каждый встанет горой за родного человека. Мы только в самом начале. И, конечно, я не питаю иллюзий. Еще сто раз мне захочется прибить Майка, а он будет частенько мечтать меня отшлепать. И наша дочь вряд ли вырастет паинькой. Не в кого ей. Но самое главное, что мы к этому готовы.

В наших отношениях было все. Ненависть, раздражение, непонимание, ложь, недомолвки. Но теперь все это осталось позади. С чистого листа. Только Fair Play.

Эпилог

Мел

Я смотрела в боковое окно на пригородный пейзаж Ньюпорта. Майк рулил к дому у озера, где мы собирались провести выходные. Я должна была радоваться этим маленьким каникулам, но никак не получалось.

В первый раз я по своей воле оставила дочку с Джейн и Томом.

— Все будет хорошо, — прервал напряженную тишину Майк. — Мама справится, и они позвонят, если что.

Он погладил меня по коленке, и я не могла не повернуться, чтобы встретить его тепло-карий взгляд и ответить на него неуверенной улыбкой.

— Я знаю. Знаю… — кисло отвечала я. — Просто не могу не переживать.

Майк, не сводя глаз с дороги, поднес мою ладонь к своим губам, нежно поцеловал запястье, провел языком и прикусил.

— Вернемся, когда захочешь, — коварно улыбнулся он, стрельнув в меня быстрым хитрым взглядом.

Я прикусила губу и сдвинула ноги, приготовившись застонать, но Майк уже отпустил мою руку. Но не прекратил скалиться, зараза такой. Наверное, я слишком остро на него реагирую. Хотя, когда было иначе? А если учесть полгода воздержания, то странно, что я не взрываюсь от одного прикосновения. Я снова отвернулась к окну, пытаясь отговорить саму себя от нападения во время езды на собственного мужа.

Последние шесть месяцев были не из легких. Сначала Виктория учила нас быть мамой и папой. Клянусь, не мы учились, а она нас дрессировала. Эта маленькая вредина держала обоих родителей в тонусе, приковывая к себе все внимание. Я умудрялась выкраивать время для работы, не прибегая к услугам няни. За няню был Майк. Он дал бы фору любой беби-ситерше в пеленании, смене памперсов и прочих мероприятиях по уходу за младенцем.

И все это муж освоил совершенно добровольно. Мы с головой завязли в присыпке, кормлениях и какашках. Я несколько раз пыталась выгнать Майка из дома, уговорить его начать заниматься проектом футбольной школы, но бесполезно. Он продолжал настаивать, что именно для этого и взял перерыв, что семья для него важнее всего. Я не спорила, но в ультимативной форме заявила, что он обязан хотя бы дважды в месяц зависать с Джошом. Условие было принято, и в эти дни мне помогала Джейн.

Несколько раз мы с Майком пробовали заняться сексом, но Вики постоянно просыпалась, обламывая нас. Дело не доходило дальше поцелуев, пока Майк в отчаянии не напал на меня в душе. Это было круто. Открытая кабинка, вода, хлещущая прямо на пол ванной. Я одним глазом нашла радио-няню, после чего успокоилась и расслабилась. Но как только Майк начал аккуратно входить в меня, я охнула от неожиданной боли. Мне было хорошо, безумно приятно вспоминать это ощущение, но к наслаждению вполне ощутимо примешивалась назойливая боль. Я поморщилась, что сразу заметил муж. Конечно, он мгновенно отстранился и допытывался до тех пор, пока я не призналась. Безусловно, после этого Майк прекратил все попытки и заставил меня перестать пытаться убедить его в обратном. Правда, все закончилось взаимными поглаживаниями и оргазмами, но это было не то.

Майк обещал, что мы попробуем через недельку, не так радикально, а в кровати, медленно и осторожно. Благо Вики приобрела какое-то подобие режима, и мы могли подстроиться. Но этим планам не суждено было сбыться, потому что через три дня меня увезли на скорой с острым приступом аппендицита.

Я чуть не сдурела в больнице, очнувшись от наркоза. Как потом оказалось, очнулась я не до конца и вела себя совершенно неадекватно. Мне хотелось бежать домой к малышке, которая все три месяца питалась исключительно грудным молоком. Майк силой укладывал меня, полупьяную, в кровать и звал сестру, чтобы она поправила капельницу. В это время Джейн, которую муж экстренно вызвал нянчиться с Вики, кормила нашу дочку смесью. Майк уверял меня, что с ребенком все в порядке, что с ней бабушка, что она не голодает, но я не могла успокоиться несколько часов. Лишь наревевшись вдоволь, я отключилась.

Не знаю, из-за операции или из-за истерики и дальнейшего больничного стресса, но у меня пропало молоко. Совсем. Даже вернувшись домой, я не могла прийти в себя. Казалось, что я — плохая мать, ужасная жена, вообще отвратительный человек. Ведь молоко для дочери не сохранила, с мужем трахаться не могу, все свои обязанности редактора «MU Today» спихнула на заместителя. Так я и кисла, пока Майк не наорал на меня как следует. В той же ванной, плотно прикрыв дверь, чтобы не разбудить Вики. Сначала я просто рыдала, слушая его справедливые упреки, потом начала вопить в ответ, а в довершении всего еще и колотить. Каким-то образом эта потасовка перешла в горизонтальную плоскость. Мы целовались, как сумасшедшие, а потом… Майк опять обломал меня с членом, но вдоволь ублажил ртом. Стоит ли говорить, что я не осталась в долгу.

После этого действа мне стало чертовски стыдно. Я перестала ныть, жалеть себя, и жизнь начала потихоньку налаживаться. Виктория росла здоровенькой, крепкой малышкой, хотя я боялась, что смесь не даст маминого иммунитета и все такое. Но нет, все было хорошо. А потом Майк уехал. Вернее, я заставила его согласиться на съемки в фильме Зидана. Это был документальный проект с участием множества звезд. После завершения карьеры и рождения дочери Сторм вообще нигде не светился. Настала пора напомнить о себе, а заодно и хорошенько изучить все премудрости открытия школы. На этот раз я ворвалась в ванную, пока он мылся, и не выпускала оттуда, пока муж не согласился с моими доводами. По инерции, как только разговор закончился, я прильнула к нему, надеясь хотя бы на волшебные пальцы, и мне повезло.

Уезжая, Майк пообещал, что по возвращении мы наконец займемся нормальным сексом. Все эти потирушки, полизушки и прочие выкрутасы осточертели до ужаса. Может, я и пропустила в школе и колледже сексуальные игры для девственниц, но сейчас наверстала их с избытком и просто хотела секса. Хотела его член в себе. А он…

Он прислал мне в помощь Джейн. Конечно, я была рада ее компании. После рождения Вики мы стали по-настоящему близки, подружились. Но все равно скучала по мужу, хотя и сама заставила его уехать. Майк пробыл во Франции почти три недели. Он вернулся вчера. Виктории исполнилось полгода, и папочка, конечно, не мог пропустить этот день. Мы все поехали к Стормам в Ньюпорт. Джошуа, Лив, Коннор, Эмма, их двое мальчишек и мы втроем. Я переживала, что не смогу оторваться от Вики, но она постоянно переходила из рук в руки, словно ценный кубок. Ее затискали до полуобморочного состояния, и ребенок просто вырубился прямо за столом. Майк, посмеиваясь, отнес ее в спальню, я поплелась за ним, потому что была не в состоянии находиться вдали от мужа после такой долгой разлуки.