Паутина любви... (СИ) - "Anyuta"

– Мы все видели, – подал голос мужчина.

– Да-да. Какая-то машина вылетела на красный свет, ударила по вашей и скрылась, – подтвердила та же женщина.

– Антон, ты как? – прошептала Милана, осматривая мое лицо.

– Я… я тебя люблю, – ответил первое, что пришло на ум, а она рассмеялась.

– Дурак, я тоже тебя люблю. Но посмотри, – она махнула в сторону такси, – какой урод так водит? Замер, пока Милана продолжала возмущаться, вспоминая утренние события. Я был зол, обижен. И когда вышел из дома, чтобы сесть в машину, оказалось, что все колеса проколоты. Такси. Я поехал на такси. Выстрел. До этого был выстрел. Теперь машина, авария и Милана… Она была со мной.

– Антон, с тобой все в порядке? Ты побледнел. – Милана осторожно коснулась моей щеки, и я моргнул.

– Да, все хорошо, – улыбнулся я. Но внутри меня зародилась паника. Это была не просто случайность.

– Антон, «Скорая» приехала, – сказала она, а я только кивнул. Слишком был ошарашен своими умственными заключениями. Поднялся, помогая Милане, и она качнулась, я успел ее подхватить за талию. Краска сошла с ее лица, и она тихо застонала.

– Тебе плохо? – испуганно прошептал я, всматриваясь в нее.

– Сотрясение, – ответила она, открыв глаза. – Ничего. Пройдет.

– Мисс, пройдемте, – предложил медбрат, но я не хотел выпускать ее из рук. Больше не отпущу. Ни на шаг. Как и обещал. Поддерживал ее, пока не усадил в машину, и ее начали осматривать. Я отказался от помощи.

– Добрый день, мы могли бы с вами поговорить об аварии? – Офицер оторвал меня от наблюдения, как Милану осматривали голову, а она бурчала, что сама врач и знает все о последствиях.

– Да, конечно, – кивнув, отошел в сторону.

– Ваше имя?

– Антон Волков, – на автомате ответил я.

– Мистер Волков, – протянул он, просматривая что-то на планшете. С каких пор у нас все так инновационно?

– Он самый.

– В отчете есть, что в вас стреляли, но вы не предали это огласке, закрыв дело. По опросу очевидцев выходит, что авария произошла по вине водителя, который в вас въехал и потом скрылся с места преступления, двигаясь на красный свет. На машине не было номеров. У вас есть какие-то соображения по этому поводу? – спросил он меня, а я отрицательно покачал головой.

– Хотя, – через секунду произнес я, – все началось с наркотиков. В вашей базе должны быть заявления, что меня пытались подставить. Потом выстрел. Сегодня утром кто-то проколол мне шины.

– Вы понимаете, что теперь это дело не закрыть? – нахмурился он.

– Да, пусть разбираются. Я не хочу больше подвергать опасности мою невесту, – грозно сказал я.

– Вам следует обратиться в участок. Но они и так вызовут вас для дачи показаний, – цокнул он языком.  – И я бы посоветовал вам подумать, кто желает вам смерти. Или пугает вас. Не успел ответить, как в брюках завибрировал телефон, и я достал его, на автомате отвечая.

– Антон, мать твою, я тебя смотрю в новостях! – заорал Рома. – Что происходит? Как ты?

– Простите. – Я кивнул офицеру и отошел. – Ром, кто-то пытается меня убить.

– Я уже выезжаю за тобой…

– Я с Миланой, понимаешь? С ней был и тогда ехал к ней на свидание, – быстро сказал я, обернувшись к девушке, которая уже ругалась с медбратьями.

– Ты думаешь, это Виталий? – недоверчиво спросил он.

– Не знаю, Ром. Не знаю, но теперь боюсь за нее, – тихо ответил я, запуская руку в волосы.

– Тебе надо уехать… или… – он вздохнул и продолжил: —…не знаю. Может, охрану нанять?

– Найму, но сначала переговорю с Виталием – сказал я.

– Антон, они хотят, чтобы я поехала в больницу, а я против! – громко крикнула Милана, и я повернулся.

– Я потом наберу, – бросил в трубку и отключился. Быстрым шагом подошел к машине «Скорой помощи» и посмотрел на уставшего медбрата. Да, парень, она такая, и ее не переделаешь.

– Я никуда не поеду, – уперто сказала она, подходя ко мне.

– Милан, может быть, все-таки стоит? – спросил я ее.

– Нет и нет. – Она обиженно выпятила губу и сложила руки на груди.

– Мисс, у вас могут быть осложнения, – попытался образумить ее парень.

– Я же говорю, сама знаю, что для меня лучше, – покачала она головой, а затем скривилась.

 – Хорошо, тогда давайте мы довезем вас до дома, – предложил он.

– Отлично, – согласился я. Ведь если мы будем в машине «Скорой помощи», то никто до нас не доберется. Это был лучший вариант.

– Но…

– Нет, Милан, садись, и мы поедем домой, – оборвал я ее и подтолкнул к автомобилю.

– Но…

– Я сейчас сам тебя туда затолкаю, – вновь перебил ее и уже сильнее толкнул к машине. Сжатые губы и резко вздернутый носик говорили мне, что она обиделась. Но это для ее же безопасности. Но мог ли я ей сказать об этом? Нет. Мы забрались в машину, и парень закрыл двери, крикнув, что можем ехать. Я назвал адрес, и машина тронулась. Притянул Милану за талию и обнял, пытаясь сохранять спокойствие. Мне необходима была эта секунда, чтобы подумать, восстановить бешеный ритм сердца. Но мысли слишком неуловимы, и я только вздохнул.

– Антон, папа узнает, – тихо сказала Милана, а я печально улыбнулся. Это было меньшее из двух зол.

– Плевать, малышка. Я поговорю с ним, не волнуйся, – поцеловал ее в лоб и сжал в своих руках. В тишине мы доехали до дома, и мне вручили список лекарств на случай ухудшения состояния Милане, а она только фыркнула, спрыгнув на землю.

– Весело тебе, – усмехнулся медбрат.

– Не жалуюсь, – улыбнулся я и пожал ему руку. Догнав Милану, взял ее за руку и увидел улыбку на ее лице. А разве нужно что-то еще сейчас? Нет. Мы вошли в дом, и на нас обрушились мама и Дороти, перебивая друг друга.

– Да все хорошо, это обычная авария, – закатила глаза Милана.

– Вы не пострадали? – Мама уже начала плакать, и теперь была моя очередь покачать головой и издать обреченный вздох.

– Милана, – из кабинета вышел Виталий и остановился, смотря на нас. – Я так испугался, мы только что увидели вас в новостях…

– Это ты, да? – закричала она, отпустив мою руку. – Ты так его ненавидишь, что решил убить? Я раскрыл рот от этого. Откуда она знает? Чувствует? Или на подсознательном уровне ощущает мои эмоции?

 --Я? – выдохнул Виталий и сильнее побледнел.

– Да, ты! Ведь ты сказал ему держаться от меня подальше. А в него стреляли, когда он ехал ко мне в ресторан, а теперь, когда мы были вместе, кто-то врезался в нас, без номеров, и свалил! Ты оплатил эти покушения? Какой же ты урод! И за него ты хочешь замуж? – Милана уже повернулась к шокированной маме.

– Милан хватит, – оборвал я ее.

– Да он чуть тебя не убил! – воскликнула она, и ее голос дрогнул. – Он чуть не убил того, кого я люблю! Ненавижу! Топнув ногой, она развернулась и, всхлипывая, начала подниматься по лестнице. Моя храбрая малышка. Я был полон любви к ней, меня никто не защищал, кроме нее. А я не смог в который раз. И эта мысль больно кольнула меня.

– Виталий, это правда? – тихо спросила мама. – Ты хотел убить моего сына?

– Нет! – возмутился он. – Я только сказал ему, что если он подойдет к ней, то я отменю свадьбу! Я закрыл глаза, чтобы немного отстраниться от этой разборки.

– Что? – закричала мама. – Не верю! Не могу поверить, и это после всего! Да почему ты так его ненавидишь? Почему?

– Я сделал глупость, Анжела, – вздохнул Виталий. – Я не хочу, чтобы моя дочь пережила то, что ты. Понимаешь? Ведь он его сын!

– Не верю, – покачала головой мама. – Это я отменяю свадьбу.

– Мам, – оборвал я ее и набрал побольше воздуха в легкие для новой лжи. – Ты любила его столько лет, как и он тебя. И сейчас из-за желания отца уберечь дочь ты хочешь опять уйти в депрессию. Я вырос и теперь не желаю смотреть на это. С меня хватит. Устал от твоих истерик, устал от твоих советов. Ты сама им не следуешь. Поэтому вы поженитесь через неделю, а точнее, через шесть дней, и мне похрен, что он мне говорил. Я все равно встречаюсь с  Миланой. И буду продолжать, потому что люблю ее. Поэтому советую вам обоим подняться к себе и потрахаться. А я поднимусь к Милане и успокою ее. Я снова начал дышать, оглядывая двух родителей. Да, я ненавидел Виталия, но я любил маму. И если этот урод все, что ей нужно, то не позволю ей совершить ошибку. Ведь я тоже мудак, а Милана меня любит. История повторяется.